Глава 32. Договорились?

Устина

Мирослав выделил мне комнату в правом крыле дома. Здесь было все необходимое. Постель он велел мне взять в шкафу. Сейчас, перед сном, я заправляла ее. Я все же приняла ванну, чтобы чисто расслабиться. И это помогло. Сейчас меня просто нереально клонило в сон.

Раздается короткий стук в дверь.

— Да?..

Я думала это Полиночка. Мы очень здорово провели с ней сегодняшний день. Она учила меня рисовать, а я плела ей косы. Думала, прибежала пожелать мне спокойной ночи, а это Мирослав.

— Все хорошо? — спросил он меня, входя. — Может, тебе чего-то не хватает? — закрыл за собой дверь и встал неподелеку, скрестив руки на груди.

Он так смотрит на меня, будто боится лишнее сказать. Сдерживает себя. Целый день сегодня такой. Больше не напирает. Наверное, боится, что я снова вздумаю сбежать. Только некуда мне. Да и не хочу я. До рабочей недели еще далеко, а здесь мне очень даже неплохо.

— Все хорошо, — киваю. — Вот… постель заправляю.

— Устала?

— Немного.

— Ты все еще думаешь об этом?..

Как-то совсем не плавно мы перешли к тому, о чем я весь день заставляла себя не думать.

— Конечно думаю. Это были два года моей жизни с человеком, которому я верила. Мне жаль их… эти годы.

В глазах Мирослава некая печаль. Жаль, что он не говорит того, о чем сейчас думает. Я, наверное, не прочь откровенного разговора. Теперь все изменилось. Меня ничего не сдерживает.

— Всего этого не было бы, если бы ты тогда не сбежала…

— …и не убила бы нашего ребенка, — добавила я, опустив заправленную в наволочку подушку на постель. — Да, ты прав…

— Вчера ты другое говорила.

— Вчера я была сама не своя… Вела себя как ребенок… Ты правильные вещи говорил. Просто… — усмехаюсь с грустью, — …я все эти годы пыталась убедить себя, что поступила правильно. А когда увидела тебя и услышала о том, что ты не делал того, в чем я тебя заочно обвинила, то…

— То что?

— Я возненавидела себя. Мне хотелось бежать… Бежать к мужу… К прежней жизни… Куда-нибудь! Лишь бы не чувствовать этой боли и не видеть в твоих глазах осуждение.

— Я тебя не осуждал и не осуждаю, — спешит сказать Мирослав. — Я был зол… Но не на тебя.

— На моего отца? Напрасно, Мирослав. Не все это его вина. Она в сущности моя.

— Хватит… — Мирослав огибает кровать и проходит ко мне. — Я больше не хочу говорить и слышать об этом. Оставим это в прошлом.

— Я… я не могу оставить этого в прошлом.

— Почему? — с беспокойством спрашивает Мирослав.

— Потому что… потому что всегда будет то, что будет напоминать мне о моем неправильном выборе шесть лет назад.

— Ты о своем бесплодии? — на что я киваю, опуская голову чуть ниже. — Ты будешь лечиться. Я все для этого сделаю.

— Мирослав…

— Будешь отказываться? — с раздражением в голосе обрывает Мирослав. — А может, дело все-таки не в этом, а в Полине?

— Ч-что?.. При чем здесь она?

— Ты такого себе не планировала — возиться с чужими детьми. Я могу это понять. Только не ври мне.

— Ты что?.. Нет, дело не в этом! — округляю глаза. — Я… Мне очень нравится Полина. Она никакая не помеха. Даже не думай так!

— Хорошо. Тогда почему ты спешишь отказываться? Потому что уже не чувствуешь ко мне того же, что и раньше? Ты не уверена, что тебе это нужно?

Клянусь, я была готова сейчас признаться ему в том, что ничего для меня не изменилось. Что мне хватило всего лишь одной ночи и встречи, чтобы понять это. Но… я не стану спешить. Поспешные решения ни к чему хорошему меня еще не приводили.

— Я… я приняла твое предложение не из-за отчаяния. И не потому, что мне некуда идти. Я… точно знаю, что ты мне небезразличен, но я… не хочу спешить.

— Хочешь заставить меня ждать своего решения? — тяжело вздыхает в нетерпении, хмуря брови.

— Ты сказал, что я могу побыть у тебя на время праздников.

— Сказал.

— Так вот… Дай мне это время. Я хочу разобраться в своих чувствах. Мне оно нужно. Если ты можешь и хочешь ждать, то…

Мирослав берет меня за руки и тянет за них к себе. Мы обнимаемся. Просто обнимаемся. Ничего более. Мне так… хорошо.

Хочется, чтобы эта минута длилась вечно. Я ловлю себя на мысли об этом, и мне страшно. Страшно от того, что может что-то случиться. Что все опять ничтожно покатится к чертям. Впереди меня ждет развод, переезд, разговоры с родителями… А мне так хочется избежать этого. Но так не получится. Я должна буду пережить это. Но не сейчас. Сейчас я с ним.

— Я не переставал тебя любить. Я, может, и забывал об этом, но точно не переставал.

Слезы проступают сами собой.

— Я… я глупость сделала.

— Устина! — в комнату неожиданно вбегает Полина и застает нас обнимающимися. Это вызывает у нее улыбку, но мы, конечно же, спешим отлипнуть друг от друга. — Ты обещала показать фокусы!

— Устина тебе завтра обещала их показать, — напоминает ей Мирослав.

— Ну пожалуйста! Можно сегодня один химический фокус! Нет, не фокус. Опыт!

— Верно, — улыбаюсь. — Ну хорошо. Сегодня можно парочку сделать.

— Я уже все приготовила почти! Идемте! — девочка выбегает из комнаты, взмахнув косами.

— Она от тебя без ума, — ухмыляется Мирослав.

— И от тебя тоже. Мне бы такого отца… — улыбаюсь, проводя ладонями по его груди. — Так мы договорились, Мирослав?…

Он берет мои руки на своей груди и чуть сжимает их. Немного медлит с ответом.

— Договорились.