51

После предложения Германа моя жизнь заиграла новыми красками. Мы начали подготовку к свадьбе, а так же готовились к переезду в дом Тихомирова.

Пока что мы с сыном остались у мамы. Ведь Герман решил сделать ремонт в детской комнате и нашей спальне.

Было приятно ездить с любимым по строительным магазинам и выбирать обои для нашего уютного гнёздышка. Герман полностью доверил выбор дизайна мне. Он хотел, чтобы я обустроила всё по своему вкусу, чтобы в доме мне было хорошо и комфортно.

Вернувшись с очередной поездки по мебельным магазинам, я взялась за приглашения на свадьбу. Макеты были уже готовы, и мне не терпелось красиво подписать их и разослать родным. Герман составил список своих гостей, которых хотел бы видеть на свадьбе. Ну а я взялась за подписи приглашений и их отправку.

Список гостей был довольно внушительным — свадьба обещала быть пышной и громкой. Хоть я и хотела скромную,тихую свадьбу, ведь мне не нужен весь этот пафос. Однако Герман уговорил меня на шикарное торжество. Аргументируя это тем, что свадьба — один раз в жизни, и я должна запомнить её.

Практически все родные и друзья Германа были из состоятельных семей. Из-за этого мне было некомфортно находиться среди них, ведь я совсем не из их круга…

Однако любимый успокоил меня. Сказал, что ему совершенно не важно — что подумают обо мне другие. Он любит меня такой, какая я есть. И моё финансовое положение и статус его точно не интересуют.

Мама помогала мне с приглашениями пока Мирон сладко спал в кроватке. На телефон пришло сообщение и я достала его из сумки, которая висела на стуле. Это было сообщение из мебельного магазина, в котором мы заказывали кровать для спальни. Ремонт в комнатах был готов, вся мебель установлена. Кровать — последняя деталь, которую мы ждали. Она делалась на заказ, поэтому и ожидание было долгим.

“Ваш заказ №2365 готов. Мы доставим его в любое удобное для вас время. Свяжитесь с нами по номеру телефона, который указан в договоре”, — говорилось в сообщении.

Вроде бы — всего лишь сообщение из магазина. Но во мне оно вызвало целую бурю эмоций… Ведь оно означало, что теперь я могу переехать к Герману.

В голове не укладывалось то, что уже завтра я буду жить с НИМ в одном доме. И не просто жить, как при беременности, а именно нашей общей СЕМЬЁЙ. Даже не верилось в то, что мы с Германом теперь будем спать в одной постели, просыпаться рядом и вместе завтракать…

От этих мыслей бросало в дрожь, а по спине начинали бегать мурашки.

Я сообщила Герману о готовности кровати, а он сказал потихоньку собирать вещи. И что вечером заедет за нами с Мироном.

Мы закончили с приглашениями на свадьбу, и мама стала помогать собирать мне вещи.

— Как же я рада за тебя, доченька, — сказала мама, осторожно складывая стопку детской одежды в чемодан. — Я знаю, что Герман любит тебя. По глазам вижу, и по его поступкам. Как он заботится о вас с сыном, как ухаживает… Ещё и Алёнку нашу вылечил, подарки ей приносит. Это о многом говорит.

— Ох мама, — покачала головой я. — Я так счастлива. Даже боюсь говорить об этом, чтобы не сглазить…

— Не сглазишь, — улыбнулась мама и тепло обняла меня. — Любовь невозможно сглазить. Она сильнее всех преград.

Хоть я и понимала, что теперь всё хорошо, но я всё же боялась спугнуть своё счастье. Как говорят — счастье любит тишину… И я предпочитаю придерживаться этих слов.

Когда вещи были собраны, Герман приехал за нами. Он снова привёз подарок для моей сестры, а для мамы — цветы. Герман поблагодарил маму за то, что она хорошо воспитала меня, и мы уехали в наш дом.

Зайдя в дом мне всё показалось новым, несмотря на то, что я уже жила тут какое-то время. Наверное из-за моего нового статуса — и взгляд на окружение изменился.

Елена Степановна с радостью взяла на себя роль няни для Мирона. А Герман повысил ей зарплату в два раза. Она — хорошая и добрая женщина, ей мне было не страшно доверить сына. Но я не хотела полностью перекладывать на неё уход за малышом, а лишь иногда собиралась просить её о помощи. Тем более, что сейчас у нас много дел — ведь свадьба совсем не за горами.

Мирон уснул по дороге и я осторожно переложила его в кроватку в только что отремонтированной детской. А затем мы с Германом пошли в спальню, чтобы осмотреть новую кровать.

Комната получилась очень уютной. Бежевые оттенки и качественная мебель отлично гармонировали с живыми цветами, которые я установила около большого окна.

Кровать казалась просто огромной! Когда мы заказывали её, я совсем не ожидала, что она будет такой. Но это и не плохо.

— У тебя прекрасный вкус, — похвалил меня Герман, осматривая комнату. Ведь это именно я выбирала всё для неё. С любовью и трепетом в сердце я выбирала каждую мелочь для уюта.

— Спасибо, — смущённо ответила я. — Я всегда мечтала о подобном ремонте, но у нас с мамой на это не было денег. Иногда даже не еду не хватало…

Я погрустнела от воспоминаний с того времени. Сестра бесконечно болела, мы перебивались как могли, часто занимали деньги у знакомых. Было тяжело. Порой даже очень…

— Ну ничего, зато теперь у тебя есть всё. И маме твоей мы тоже сделаем ремонт. Такой, какой она пожелает.

— Спасибо тебе, — сказала я, обнимая любимого.

Герман осторожно поднял моё лицо за подбородок и нежно поцеловал. Затем медленно стал двигаться в сторону кровати, пока я не упёрлась в неё ногами. Одним движением руки он усадил меня на неё и продолжил целовать. Только поцелуи его с каждой минутой становились всё страстнее и ненасытнее…

— Ты что, там ведь Елена Степановна за стеной с Мироном, — смущённо сказала я, оторвавшись от сладких поцелуев любимого.

— Она не войдёт без стука, — ответил он и продолжил покрывать меня поцелуями.

Мне было жутко неловко от понимания того, что к нам в любой момент могут войти… Но я была так счастлива сейчас, что остановиться уже было просто невозможно…

Я закрыла глаза и поддалась чувствам, которые с головой накрыли меня…