Глава 18

На следующее утро Эбби настояла на том, чтобы Рибек снова попробовал покормить Тиану. В конце концов ему это удалось, хотя и не без того, чтобы Эбби прикоснулась к ребенку. Но даже тогда девочка кушала беспокойно, а ее хвост все время хватал Эбби за запястье. Она старалась не обращать на это внимания — ведь это была всего лишь вторая попытка — но чувствовала скрытую панику. Рибек выглядел не менее обеспокоенным.

— Почему бы тебе не взять ее с собой сегодня? — предложила она. — Ты все равно сможешь приносить ее на время кормления, — поспешно добавила Эбби. — Но так у нее будет шанс провести время с тобой.

— Я не могу держать ее на руках все время.

— Ты можешь взять люльку. — Когда Рибек бросил на нее острый неприязненный взгляд, Эбби сказала: — Или мы могли бы соорудить уютную кроватку?

— Что сделать?

— Что-то вроде слинга. Чтобы носить ее на груди.

— Это было бы намного удобнее.

Вместе им удалось обмотать кусок ткани вокруг его груди и сделать чехол для ребенка. Рибек должен был выглядеть нелепо, но вид большого воина с крошечным ребенком, прижатым к груди, согрел ее сердце и другие части тела. По горячему взгляду его темных глаз Эбби заподозрила, что он заметил ее возбуждение. Рибек сделал шаг к ней, но Люси прервала его.

Она вытянула руку в сторону перевязи.

— Я хочу, чтобы Леонардо носил меня также.

К удивлению Эбби, Рибек безупречно ответил на каприз Люси.

— Но ты ведь уже большая девочка. Больших девочек носят по-другому.

Эбби поперхнулась и отвернулась, проклиная свое возбужденное воображение.

— Возможно, после обеда в середине смены ты сможешь провести со мной некоторое время? — Он бросил взгляд на Эбби. — Если твоя мама разрешит.

Люси даже подпрыгивала от радости.

— Она разрешит, правда, мама?

На Эбби смотрели две пары темных глаз, одна человеческая карего цвета, другая принадлежала рептилии — чёрного цвета, но их умоляющее выражение было одинаковым.

— Хорошо, — засмеялась она. — Тиана может вздремнуть со мной.

Рибек ушел с Тианой, но не раньше, чем поцеловал Эбби, настолько долго, что вызвал ее интерес.

— Леонардо целует маму, — хихикнула Люси.

А позже она повторила свое замечание девочкам, когда они собрались на завтрак в отсеке для приготовления пищи. Они договорились встретиться там, поскольку, как сказала Тешауна, «нам не нужно, чтобы мужчины пялились на нас, пока мы пьем кофе».

Несмотря на то, что в космосе не было кофе, у цире имелся бледный напиток со слегка солоноватым вкусом, который оказывал такое же действие. Эбби чуть не поперхнулась, когда Люси повторила свой предыдущий комментарий.

— Хорошо, что хоть кто-то наслаждается жизнью, — пробормотала Тешауна.

Эбби бросила на нее обеспокоенный взгляд. Девушка выглядела усталой и раздраженной, а ее обычная добродушная бравада отсутствовала.

— Вчера вечером она поссорилась с доктором, — тихо прошептала Кэсси, но Тешауна услышала.

— Чертовски верно. Мне не нужен еще один ревнивый засранец в моей жизни. Особенно, когда у большинства из них есть девушка в каждом порту и жена дома.

— Чертовски верно, чертовски верно, — пела Люси.

— Люси, эти слова могут произносить только большие девочки, — сказала ей Эбби. — Ты не должна их повторять.

— Леонардо говорит, что я большая девочка, — надулась малышка.

— Для подобных слов ты ещё маленькая, — твердо возразила Эбби. — Почему бы тебе не пойти с мисс Кэсси и не позволить ей сшить тебе новые штанишки?

— Я не хочу штаны. Я хочу платье.

— Да ладно тебе. Уверена, ткани хватит и на то, и на другое, — Кэсси потянула Люси в другой конец комнаты.

— С этими мужчинами все не так, Тешауна, — тихо сказала Эбби. — Их женщины умерли.

— Что? — На лице Тешауны появилось выражение невольного сочувствия. — Ты хочешь сказать, что он потерял свою жену?

— Нет. Я не думаю, что он вообще когда-либо был женат. Какое то время бушевала одна болезнь, благодаря которой погибли все женщины. Насколько они знают, Тиана — единственная.

— Так вот почему они нас не отпускают? — Слова Тешауны могли быть циничными, но Эбби увидела печаль в ее глазах.

— Бедный Джедан. — Глаза Элайны наполнились слезами. — Он так хорошо относится к Джинджер. Он был бы замечательным папой. — Она горестно улыбнулась, и Эбби заметила, что девушка тоже выглядит бледной и усталой. — Я могла бы воспользоваться его помощью прошлой ночью. Два ребенка — это очень тяжело.

— Двое? Молли тебе не помогла? — Эбби оглянулась и увидела Молли, прислонившуюся к задней стене и смотрящую на звезды.

Элайна пожала плечами.

— Я пошла ее искать, но Молли уже не было.

— Черт. Она, должно быть, улизнула, пока я ставила этого засранца-доктора на место, — в голосе Тешауны было больше грусти, чем злости.

— Ее не было так долго, — отозвалась Эмбер. — Я пыталась сказать ей, что Элайне нужна помощь, но Молли даже не взглянула на меня. Просто заползла в кровать и прижалась лицом к стене.

Эбби надеялась, что Райбел сказал девушке, что между ними нет будущего, но, глядя на Молли, ее сердце все еще болело от ее очевидной боли.

— Прямо как Ромео и Джульетта, — вздохнула Эмбер.

Тешауна щелкнула зубами от отвращения, но в мысли Эбби вторглось новое беспокойство. Конечно, девочка не настолько далеко зашла, чтобы пытаться покончить с собой? Глядя на унылую фигурку, она не была в этом уверена.

Прикусив губу, Эбби повернулась к остальным девочкам.

— Давайте позавтракаем. Потом мы сможем еще немного пошить.

Утро продолжалось достаточно спокойно, и в конце концов Эбби удалось уговорить Молли немного поесть.

— Ты хочешь о чем-нибудь поговорить, Молли? — спросила она, но та посмотрела на нее с яростным негодованием.

Эбби подозревала, что Райбел рассказал ей, почему больше не собирается с ней встречаться. Она вздохнула, решив пока оставить эту тему. Лучше всего было дать Молли возможность остыть, прежде чем снова пытаться поговорить.

Повернувшись к Люси, Эбби проследила за тем, чтобы на завтрак у ее дочери были фрукты и что-нибудь, похожее на кашу, а не пирожные. После еды девушки возобновили шитье. И только когда Элайна, взяв в руки рубашку, сморщила нос и положила ее обратно, Эбби вспомнила о предыдущем ночном разговоре.

— Элайна, что-то не так с этой рубашкой?

— Нет. Просто она кажется неправильной.

Девушка пожала плечами, но через несколько минут Эбби увидела, что Элайна взяла другую такую же рубашку. На этот раз она улыбнулась и оставила ее себе. Любопытствуя, Эбби взяла одну из вещей из общей кучи. Еще до того, как успела поднести ее к лицу, она поняла, что вещь ей не нравится. Не было ничего конкретного, просто общее чувство отторжения.

По мере того, как проходило утро, Эбби поняла, что у Тешауны была такая же реакция: она перебрала несколько рубашек, прежде чем выбрала одну. Эбби готова поспорить, что рубашка принадлежала Мекою. Ни Эмбер, ни Кэсси не казались обеспокоенными ни одним из предметов одежды, но Молли взяла одну и тут же отбросила ее. Взяв другую, она прижала её к себе и начала плакать.

Эбби подошла к ней и обняла. На мгновение Молли напряглась, но потом сдалась и зарыдала, прижавшись к плечу Эбби.

— Он думает, что я слишком молода, — выдавила наконец из себя Молли. На этот раз в ее взгляде отражалось больше предательства, чем гнева.

— Ты и правда очень молода, Молли, — мягко заметила Эбби.

— Но я не ребенок. — Ее рука опустилась на живот. Молли горько рассмеялась. — Разве беременность не доказывает это?

— Тебе не обязательно быть взрослой, чтобы забеременеть, милая, — сказала Элайна.

— Но я никогда не чувствовала себя так раньше! — Молли вытерла глаза и села. Если бы Эбби получала доллар за каждую женщину, говорящую также, никогда в жизни больше ни в чем не нуждалась бы. Но в речи Молли была искренность, которую Эбби не могла игнорировать. — Раньше, с Биллом, я всегда чувствовала себя маленькой и беспомощной, а с Райбелом я чувствую себя в безопасности. Именно Райбел дает мне чувство безопасности, но ещё с ним я чувствую себя сильнее. Как будто становлюсь лучше, когда он рядом.

— Ты что забыла, что он инопланетянин? — вмешалась Тешауна. — Неважно, какие чувства он в тебе вызывает. Мы возвращаемся на Землю, и он не может отправиться с нами.

Эти резкие слова наложили отпечаток на все утро. Эбби ощущала то же чувство подавленности, как бы она себя ни уговаривала. Тешауна была совершенно права. Цире были инопланетянами, а девушки — людьми. «Здесь нет будущего», — сказала она себе.

Ее слова эхом звучали в голове, особенно когда наступил обед и Эбби снова помогла Рибеку накормить Тиану. Несмотря на разногласия, они чувствовали себя одной семьей, и это чувство только усилилось, когда он забрал Люси на полдник, взвалив ее на плечо, чтобы покатать «большую девочку». Она визжала от восторга и прижималась к его голове.

— Приведи ее обратно в нашу каюту через несколько часов. Я хочу поговорить с тобой.

Рибек серьезно кивнул и дернул плечом, оттолкнув Люси и заставив ее снова завизжать. Когда они повернулись, чтобы уйти, Эбби увидела, что его хвост и рука крепко держат ее дочь. Тепло наполнило ее. Рибек никогда не позволит девочке упасть.

— Куда ты хочешь пойти, принцесса Люси? — спросил Рибек, когда они вышли из столовой.

— Где ты управляешь кораблем?

— Это называется мостик. Я отведу тебя туда.

Когда он вошел на просторный мостик, там во второй раз за этот день воцарилась пораженная тишина. Его солдаты были более чем удивлены, когда их капитан появился с Тианой, хотя это не помешало им собраться вокруг, чтобы полюбоваться ею. Младенец смотрел на них широко раскрытыми глазами. Она не казалась испуганной, но ее крошечный кулачок по-прежнему сжимал его рубашку, а хвост обвивался вокруг него каждый раз, когда Рибек поправлял ее положение.

— Самка цире, — вздохнул Марак. — Я никогда даже не мечтал увидеть такую.

Рибек вспомнил, что накануне Марак был на дежурстве и пропустил совместную трапезу, но на удивление его это раздражало.

— Она моя дочь. А не любопытный предмет.

— Да, капитан. Я не это имел в виду. — Марак колебался, затем осторожно сказал: — Ваша дочь?

— Если только мы не обнаружим, что у нее есть живая семья на Тревелоре. — Даже от этой мысли у него защемило в груди. Рибек не мог смириться с тем, что потеряет не только Эбигейл и Люси, но и Тиану. Отодвинув нежелательную возможность в сторону, он нахмурился и посмотрел на своих солдат. — Разве у вас нет работы?

После этого утро прошло как обычно. Несмотря на более чем несколько взглядов в ее сторону, Тиана вела себя настолько тихо, что его воинам было легко придерживаться своего распорядка.

Он подозревал, что с Люси будет совсем по другому — и это подозрение подтвердилось, как только они вошли на мостик.

— Привет! — радостно и громко поздоровалась она. — Я — принцесса Люси, а Леонардо — мой скакун!

Инзен подошел и поклонился ей. Он был главным инженером и еще одним старшим членом экипажа.

— Как поживаете, принцесса Люси?

Девочка поклонилась ему в ответ и повелительно махнула рукой.

— Я в полном порядке, спасибо. — Ее внимание привлекли огромные экраны, выстроившиеся вдоль передней части мостика. — Что это такое? Это телевизоры?

— Это экраны, которые позволяют нам видеть, где мы находимся, — ответил Инзен. — Думаю, я знаю кое-что, что ты захотела бы увидеть. — Он подошел к своему столу и несколько секунд работал с пультом управления, после чего экраны засветились, показывая массив планет с блестящей розовой туманностью, сияющей за ними.

— Это так красиво, — вздохнула Люси и замолчала, ее рука сжимала голову Рибека, пока она смотрела и смотрела. Рибек стоял, позволяя ей наслаждаться зрелищем, видя его как бы впервые ее глазами.

В конце концов, девочка встрепенулась.

— У тебя есть «Холодное сердце»?

— «Холодное сердце»?

— Мультфильм? С королевой Эльзой и ледяным дворцом?

Рибек не совсем понимал, о чем она спрашивает, но это звучало как какое-то развлечение.

— Боюсь, что нет, малышка.

— А других мультиков нет?

— Нет.

— Это хороший мультик, — сказала она. — Мне нравятся, когда в мультфильмах поют.

У Рибека возникло нелепое желание спеть для нее. Вместо этого он опустил девочку на уровень груди.

— Хочешь посмотреть, чем мы здесь занимаемся?

— Очень хочу, — согласилась Люси, милая улыбка озарила ее лицо.

Рибек обнял девочку, а его хвост обвился вокруг ее спины, прежде чем провести ее от станции к станции и познакомить с остальными членами команды мостика. Когда Люси это наскучило, Инзен вручил ей планшет и показал, как играть в простую игру.

Когда Люси увлеклась игрой, Рибек усадил ее в свое кресло и подошел к Инзену.

— Я не знал, что планшеты Резерва оснащены детскими играми.

Щеки Инзена потемнели, но он пожал плечами.

— Я просто написал небольшую программу. Если ей понравится, я могу сделать еще.

— Спасибо, друг мой. — В знак благодарности Рибек сжал его плечо.

— Нет нужды благодарить, — взгляд Инзена упал на Люси.

— Мое старое сердце радуется, когда я снова вижу ребенка, особенно такого счастливого. Я буду молить Грантара, чтобы она всегда была такой счастливой.

— Я тоже, — согласился Рибек, проследив за его взглядом. Пока она с ним, он сделает все, что в его силах, чтобы девочка была счастлива.