Глава 72

– Подумай сама, ты же не полная идиотка! Ты уже запятнала свою репутацию неподобающим поведением. О твоей исступленной ненависти к падчерице знает весь высший свет. А тут ещё титул графини. Понимаешь? Это идеальный мотив… женщина сошла с ума, и в ярости убила несчастную, после чего осознала содеянное и не в силах жить с муками совести, покончила жизнь самоубийством, – высказываю свои предположения по дальнейшему развитию событий. – Как говорится, не рой яму другому…

– Дольф не убийца! – было очевидно, что Селитера распаляет себя и мои слова не доходят до ее, возбужденного мнимой победой, сознания.  Я от отчаяния едва ли не застонала. – Прекрати свои жалкие попытки очернить его в моих глазах, тебе это не удастся!

Женщина блажила что-то еще в том же духе, но я перестала слушать, погрузившись в невеселые думы. У меня планируют отобрать магию, как у тех несчастных детей, над которыми экспериментировал маньяк. Но его поймали… а его исследования попали не в те руки. Сперва Дерек, затем сбрендивший Фауст с группой жалких магов, на закате своей жизни, и принц Дольф. И каждому из них судьба подсовывает встречу со мной… Интересно, с какого момента Дольф перехватил инициативу?

Я раз за разом пыталась дозваться Флина, максимально отрешившись от внешнего раздражителя в виде опьяненной триумфом мачехи, но в эфире была полная тишина. Пыталась достучаться до Димки, через амулет, посылая в никуда свой ужас и мольбу о помощи, но… увы. Я даже не знала, как он должен работать. Услышал ли сын мой зов или нет?

Зато мысли о том, каким пыткам меня предадут, так и норовили погрузить сознание в отчаяние, с каждой неудачной попыткой связаться с родными. Кажется, Тени как-то упоминали пытку под названием «Кровавый орел»? От красочной картины представленной во всех жутких подробностях начиная от стекающей крови и раскрытых сломанных ребер, за которыми продолжало биться сердце, передернуло.

А может от озноба. В помещении было прохладно.

– Что за…?

Я обернулась на недовольный голос Селитеры, что безуспешно пыталась открыть дверь, за которой ранее исчез Дольф. Она дергала и дергала за несчастную ручку, стучалась кулаком по двери, даже пнула пару раз.

– Закрыто? – усмехнулась, устраиваясь на полу, прижимая колени к груди. Ноги уже не держали, а я тут судя по всему, задержусь на какое-то время. – Того и следовало ожидать. Свидетелей не отпускают, Селитера.

Мои надежды на то, что запертая дверь пробудит в женщине хоть каплю сомнений не оправдались. Следующие несколько часов мы сидели каждая по своим местам: мачеха в роскошном кресле, я на каменном полу клетки. Удостоверившись, что жертва в полной её власти, похитительница продолжала рассказывать о своих планах на будущее. Как она станет королевой, как будет править вместе с Дольфом и как лишит меня титула и имущества, чтобы окончательно превратить свою ненавистную падчерицу в никчемную пустышку. Слушать было до невозможности противно, но и полностью игнорировать я её не могла. Вдруг, расскажет что-нибудь полезное? Лучше бы не слушала, только силы потратила на самоконтроль. А силы мне еще понадобятся, это очевидно.

Она замолчала, едва послышался звук прокручиваемого ключа в замке. Вспорхнула со своего места а-ля бабочка и практически повисла на шее у вошедшего мужчины. Да-а, за таких не сражаются, такими пользуются и выбрасывают. Я отвернулась, чтобы не смотреть, как эти двое целуются, словно позабыв, что у них под боком самая настоящая заложница.

– Ну, как вы тут, девочки? – мужчина вольготно устраивается в кресле, усаживая на одно колено мачеху. Селитера буквально мурлыкала от ласки, когда мужская рука то и дело перемещалась от лопаток к филейной части, сжимая полушария. И если мачеха была во власти накатывающей страсти, то меня буквально передергивало от холодного изучающего взгляда Дольфа, что сверлил мою персону недовольным взглядом. – Почему ты не накормила нашу гостью, как я велел?

На столе, позади кресла, стоял поднос полный еды.

– Обойдется, – фыркает мачеха. – Она недостойна еды с королевского стола.

Уже в следующее мгновение мужская ладонь сжимает подбородок Селитеры, не позволяя отвернуться.

– Ты ослушалась меня, – он не изменился в лице, ни единый мускул не указывал, что мужчина зол, но вот его голос… от него веяло антарктическим холодом. – Дважды за сегодня. А я не люблю, когда мои приказы не выполняются.

– Прости, – заюлила, едва ли не хныкая леди, когда её волосы намотали на кулак и потянули вниз, открывая доступ к горлу. Женщине было действительно больно – слишком надломленный голос, в котором слышались подступающие слезы. – Я больше не подведу тебя, обещаю.

Секунда и все прекратилось.

У меня в этот момент сердце билось где-то в районе горла, руки изо всех сил комкают подол платья, а эти двое уже ведут себя как ни в чем не бывало. Первая мысль – Дольф воткнет мачехе в горло вилку, и будет наслаждаться её муками. И вздохнула с облегчением, когда ситуация разрешилась бескровно.