Глава 14

Я не уверена, слышен ли был мой стук в кабинет. Ответа мне нет, однако я толкаю дверь. В конце концов, не в личные покои ломлюсь. Вхожу, меня сразу окутывает темнота. Где здесь выключатель? Шарю рукой, но стена абсолютно гладкая.

— Даша, ты? — интересуется звучный голос, и я чуть не подпрыгиваю.

— Я… Мм… — владельца тембра я узнала без труда. — Я искала тебя.

Нет смысла юлить. Я хочу задать личный вопрос, надо для начала самой быть откровенной.

— Как прошла встреча с Ладой?

Шарапов стоит у окна. Он сипло вздыхает, из чего понимаю — мужчина на грани закипания. Скорее всего, он сам и выключил лампочки здесь, ведь весь дом хорошо освещается.

— Моя бывшая соскучилась по нам не на шутку, — мужчина отвечает с горькой иронией.

— Раньше такого не было? В чем причина?

Мне хочется задать много вопросов, но я себя сдерживаю.

— Не очень на нее похоже. Последний раз она так вибрировала, когда мы определяли законное место жительства Тоськи. Года два назад. Потом всё устаканилось, год она приезжала. Последний год почти не появлялась. Это не самая приятная история, Даш.

Понимаю, лезть в душу сейчас последнее дело, хоть мне и любопытно. Но просто так уйти и оставить его здесь не могу. Мне самой физически необходимо поддержать этого человека. Подхожу ближе к его силуэту. Очень близко. Так, что могу дотронуться до плеча. Что и делаю…

— Значит, рано или поздно всё опять наладится.

Шарапов дергается слегка от моего прикосновения, а я чувствую, какой он горячий. Провожу ладошкой вниз до его локтя, потом возвращаюсь. Кажется, он с трудом выдыхает под мое поглаживание. Мне и самой так мало кислорода. Особенно потому, что в следующую секунду на мой подбородок ложится ладонь, а рот накрывают жаркие губы.

«Мы так не договаривались…» — проносится в голове беззащитная мысль. Ничего не предвещало порыва, который готов сбить меня с ног. Я уже целовала этого человека, но сейчас поцелуй другой — острый, яркий. Сминает напором и не дает ни одного шанса на отступление. Я застываю от сильных движений. А Шарапов прет напролом. Вторгается, ласкает, крепко прижимает к себе.

***

Роман

Предохранители дымятся, разумные мысли о будущем летят к чертям. Я не думаю о том, что будет через секунду, минуту, день. Только левая сторона лица немного напряжена в ожидании пощечины. Однако объект моей страсти не дерется, а просто цепенеет. Похоже, Даша в полнейшем шоке. Но даже этот факт меня не охлаждает.

Кровь бурлит в венах, тело лихорадит, и источник избавления от мук может быть только один. Тот, к которому у меня не было доступа уже две недели. Да, мы культурные люди, меж нами пари. И я боялся ее спугнуть, да и сам сомневался — не лучше ли оставить ее в покое…

Но сейчас все мысли вышибаются из головы, и я припадаю к самым сладким в мире губам. Не красное словцо — они реально такие. Я еще и сгребаю Дашку в охапку и от напряжения с силой прижимаю к себе. Мои объятья, наверное, стальные. Но она не рвется из них.

Температура в кабинете шкалит, я чуть не взрываюсь, когда чувствую от нее отклик. Она уже не просто заморожена, девушка отвечает на мои движения. Тонкие пальцы впиваются в мои плечи. Фигурку пробивает дрожь. Эта взаимность срывает мне крышу, и я еще долго не отпускаю Дарью. Пока кислорода не становится совсем мало.

— Фу-ф, — выдыхаю и чувствую ее лоб на своем плече, — как понимаю, я еще поживу?

— Шарапов… Боже.

Дашка отпускает мои плечи, отходит в сторону. Жду, что она сейчас убежит. Надеюсь, не начнет собирать вещи. Но девушка делает шаг к окну, открывает одну створку. В доме отличная система вентиляции, кондюки. Но моя гостья подставляет лицо ветру и жадно дышит ртом.

— Даш…

Черт, я не знаю, что сказать. Правду? Я сделал, что хотел? Да, такая фраза точно «спасет» ситуацию.

— Молчи, Рома.

Мне хочется нажать на рестарт и прослушать свое имя из этих губ снова и снова. И опять же то, как она меня назвала, дает надежду. Вспоминаю ее просьбу и ничего не говорю. Мы стоим и тяжело дышим вразнобой. За окном стрекочет птица, звук как будто не из мира роскошных особняков. Я и сам сейчас вышел из привычной реальности. Дотронулся до чего-то настоящего. Первый раз мы настолько безбашенно прикасались друг к другу. И впервые, целуя Дашу, я никем не притворялся.

Густая тишина рассасывается в секунду от стука. В дверь молотит что-то мелкое и настойчивое. Мы с Дашкой поворачиваемся.

— Папа! — доносится писк из-за створки.

Даша вздыхает, но в ее голосе слышится улыбка.

— Тося.

Девушка закрывает окно, а я иду к выключателю. Включаю лампочки, быстро смотрю на Дашу. Хочу видеть ее лицо после всего, что только что произошло. Зрелище снова будоражит кровь — девушка разрумянилась, глаза сверкают. Губы раскрылись и припухли. Сглатываю, поворачиваюсь к двери. Настойчивый Тосик стучит по ней.

— Тоськ, ты соскучилась?

В дверях появляется любопытный носишка. Дочка таращит глаза.

— Я тоже хочу играть в прятки! — заявляет она.

Не очень понимаю.

— Мм?

Тут издалека слышится голос Макса.

— Это я рассказал малой, что вы решили поиграться.

Братец в своем репертуаре, впрочем, объяснение вышло невинным.

— Тось, беги прячься в детской, а я приду тебя искать, — отзывается Дашка. Мы выходим в коридор.

М-да, площадь поиска она здорово сузила. Но малая согласна на такие условия и с радостным визгом нас покидает. Даша прикладывает руки к щекам, кивает в сторону гостиной.

— Неловко вышло.

Ерунда.

— Я в своем доме, — напоминаю, а сам жадно прокатываюсь глазами по ее лицу.

С удовольствием бы повторил эту неловкость и не только эту… Дашка только опускает глаза.

— Пойду к ребенку.

Ну что же, вечер завершается внезапно мирно. Конечно, я хотел бы закончить его по-другому, и эти мысли не дают покоя все время перед сном. Отвлекаюсь, пока укладываем мелкую. Потом снова вспыхиваю после Дашкиного робкого пожелания спокойной ночи. Да о покое и мечтать нечего!

Даже после душа глазею в потолок, вспоминаю гибкую фигурку в своих ладонях. Отчетливое дыхание девушки, дрожащие пальцы на своих мышцах. Если такое впечатление оставил поцелуй, что же будет… А что будет, теперь я точно уверен. Я даже немного благодарен бывшей, что она появилась, и во мне очнулось что-то звериное. Я понял, что не хочу лишаться своего. А Дашка в это понятие входит самым непосредственным образом.

Впрочем, несколько дней после даю Даше очухаться. Она в моем доме, вроде даже в отличном настроении. Так что больше пока к ней не лезу, тем более навалились дела. Приходится рано утром выезжать в офис контролировать крупный проект. И провести несколько встреч, которые давно переносил. Лето в разгаре, нужные люди начинают оседать за границей на ближайшие месяцы.

А вот не такие уж необходимые персоны уматывать не собираются. Ближе к концу недели одна из них является в мой офис. Я даже не успеваю выпить чашку кофе, мне сообщают, что ко мне ломится дама. Впрочем, к лучшему, разговор и без напитка выйдет бодрым.

— Лада, зачем ты здесь?

Бывшая стоит перед моим столом, нервно вытянувшись. На ней строгий темный костюм с короткими брюками и более глубоким декольте, чем принято в офисе. На лице воинственный макияж, белые волосы стянуты в высокую шишку. Я от нечего делать разглядываю бывшую. Ну и чтобы сразу не раздражаться.

— Спасибо, что разрешил охране впустить, — с издевкой благодарит Лада, — нам давно нужно поговорить, Шарапов. Ты так не считаешь?

Но ее лицемерный тон не трогает, слишком хорошая у меня память.

— Насколько долго, Ковалевская? — отвечаю в ее стиле. — Три года, как ты решила что семья и дочь, это не «твое»? Или два, когда ты боялась, что тебе придется выплачивать некоторые суммы, раз она не живет с тобой. Или, может, год? Тот самый срок, когда ты практически не появлялась.

Лада поднимает подбородок вверх.

— Но появлялась же! Ты сам создал такие условия, Рома.

Интересно, как от одних и тех же четырех букв порой хочется взлететь, а иногда выворачивает. И все дело в том, кто называет тебя по имени.

— Мой дом был открытым для тебя. Я принимаю твоих родителей. Но ты предпочла пропасть, а потом пытаться увезти дочь за моей спиной! На какое отношение ты теперь надеешься?!

— Рома… Можно мне присесть?

Киваю.

— Валяй.

Мой стол представляет собой букву Т. Так удобнее принимать посетителей. Бывшая приземляется у самого основания его «ножки». Подальше от меня.

— Ты прекрасно понимаешь, я не пыталась бы увезти малышку насовсем, — она усмехается с горечью, — все мы знаем, кто ты и кто я.

— Я отец, а ты мать. Которой плевать на эмоции маленькой дочери.

— Мне не плевать!

Меня снова передергивает, но надо дослушать. Расставить точки.

— И что ты хочешь?

Лада прокашливается.

— Да, ты гостеприимен с моей семьей, — начинает она, — хоть и сам уезжаешь из дома, а родители видят внучку в присутствии прислуги. Но, Шарапов… Ты привел в дом девушку, готовишь Тосю к тому, что вы будете жить одной семьей. А я хочу, чтобы она знала, кто ее мать!

— Повесить баннер с твоим изображением во дворе? — больше я не знаю, что ответить на этот бред. — Или сразу в гостиной?

Лада опускает взгляд.

— Я хотела пообщаться с Тонечкой. Просто как мама и дочка.

— Я не верю тебе.

Круг разговора замкнулся. Бывшая постукивает по столешнице идеальным светлым маникюром.

— Считаешь, с приемной матерью Тоне будет лучше?

Терпение помаленьку меня покидает. Лада даже называет дочку на свой манер. Нарочно? Или мой воспаленный мозг просто цепляется к мелочам.

— Какой еще приемной матерью?! Это Лидия Васильевна сказала тебе эту чушь? И потом ты упрекаешь, что я не оставляю их с ребенком? Чтобы дочка узнала обо мне много нового, пока я пашу для ее блага? Тебя душила семья, ты хотела жить! Ты не смогла вывезти нормальные отношения с дочерью на расстоянии, забила и на них. Так живи как знаешь, Лада! И перестань чудить.

Блондинка дергается, вскакивает на ноги.

— Да, я хотела жить, и у меня были амбиции! Мне был всего двадцать один год, когда я забеременела! Я даже университет не успела закончить.

Морщусь.

— У тебя были все условия, чтобы получить образование.

Лада фыркает.

— Что ты понимаешь, Шарапов? У тебя всё в мире измеряется деньгами. А гормоны?! Ты хоть представляешь, что чувствует женщина в положении?

Жму плечами.

— Но ты и после не вернулась в учебное заведение. Я не запрещал.

Лада сверлит меня взглядом.

— Ты настаивал на грудном кормлении. Считал, время ребенка с няней должно быть ограничено. Да и… Диплома мне было мало на тот момент. Я хотела что-то из себя представлять.

Тру переносицу. Да, я старше своей жены на семь лет, но еще больше повзрослел, когда стал отцом. Я был очень счастлив, когда родилась Тоська. И мне было больно, что моя любимая на тот момент женщина не разделяет этих чувств. В ее распоряжении находились лучшие средства для ребенка, техника, специалисты. Но мне было тяжело видеть ее равнодушие, я делал замечания… Не считаю себя идеально правым, просто по факту происходило так.

— Ну вот теперь ты что-то представляешь, — окидываю ее взглядом, — успокойся.

Лада глубоко вздыхает, словно пытается внять моему совету.

— Я не желаю тебе зла, Шарапов. Я всегда была предельно честной с тобой. Даже когда у меня появился Арсений, я сразу пришла к тебе. Я не изменяла!

Качаю головой.

— Физически нет. Да и попробовала бы… В общем, разговор потерял смысл, прошлое мы оба хорошо знаем.

— Я хочу общаться с дочкой! — быстро говорит Лада. — Что она скажет тебе, когда вырастет?

— А тебе?

— Позволь мне видеться с Тоней. Общение с матерью важно для девочки.

Мне не хочется начинать сначала. На секунду прикрываю глаза.

— Я подумаю, — смотрю на бывшую прямо.

— Спасибо, Шарапов.

Лада, наконец, уносит ноги в лакированных лодочках, а я чувствую себя окруженным со всех сторон. Мне трудно разобраться во всех этих психологических тонкостях. Лучше бы я нашел пару объектов для удачного инвестирования.

Прежде чем погрузиться в работу, берусь за телефон. На автомате набираю номер.

— Да, — отвечает Даша.

— Привет, — кажется, я охрип от препирательств с Ладой, — как вы там?

Девушка молчит пару секунд.

— Сегодня жарко, решили пойти к бассейну. Тося в восторге. А у тебя как дела?

Улыбаюсь, кажется, впервые за вечность.

— Макс с вами? Если он будет пялиться на тебя, получит по лбу. Передай. У меня порядок, теперь полный порядок.

Панибратство Макса к Дашке меня порой реально раздражает. Когда он кидает в ее сторону шуточки или называет уменьшительно — Дашенькой. В такие моменты мне и правда хочется зарядить ему. Однако в чем-то я братцу благодарен, он открыл мне глаза. Я слишком заморочился на нашем пари, своем семейном положении. А ведь неплохо бы просто уделить этой девушке внимание.

Так что разобравшись с делами, я снова заскакиваю в цветочный бутик. Я мог бы хоть весь ассортимент заказать с доставкой на дом. Но заехать самому, выбрать и привезти… Есть в этом что-то настоящее. Даша выбивается из привычной картины моей реальности. Поступки по отношению к ней должны соответствовать.

Сегодня мне предлагают пионы с какими-то необычно сочными и тугими бутонами. Так говорит консультант, я сам все же не особо вникаю. Смотрятся симпатично, и ладно. Беру охапку, прыгаю в авто и мчу домой. За рулем сам, надежного водителя оставил на подхвате у девчонок. Да и если честно, хочется побыть одному в дороге.

Я так и не решил, как вести себя с Ладой. Мое мнение — она должна держаться подальше и не морочить голову дочери. Так я понял за последние месяцы. Но если я не прав? Вдруг дочка вырастет и затаит на меня обиду? Не простит, что я прогонял ее мать. Какая бы эта мать не была. Очень сложно.

Даже дорога не расставляет всё в голове по местам. Прибываю в особняк, стараюсь погасить в себе мысли о бывшей. Усилий и не требуется, ведь первой я вижу Дашу. Она лежит на диване в гостиной, смотрит в телефон. Такая домашняя, что хочется приземлиться рядом. Но у меня в руках букетище сортовых пионов.

— Привет. Это тебе.

Пора бы от них избавиться. Глаза Дашки вспыхивают. Как бы независимо она не держалась, ей приятны знаки внимания. А для меня отдельный вид удовольствия эта ее реакция. Она тут же подходит, забирает цветы.

— Спасибо, — зарывается носиком в лепестки, — ты меня балуешь, Шарапов.

— Рад.

Еще недавно я боялся, девушка будет со мной из-за красивых жестов. А сейчас сам хочу дать ей всё, что могу. И без разницы, какая будет ответка. Впрочем, получить кое-что я все же хочу…

— Тоськой занимается Макс, — Даша передает обстановку, — они сегодня весь день вместе. Нинель даже от скуки уехала к подружке.

— Отлично… — отвечаю, не задумываясь.

— В смысле?.. — Даша хмурится.

Я делаю к ней шаг, забираю из рук пионы и кидаю на диван. Мне без разницы, как проводят досуг брат и его невеста. Но то, что он отвлекает Тоську, очень вовремя. Дашка, такая трогательная и радостная от подарка, вызывает одно желание. И пусть я не съем это лакомство сейчас без остатка, хотя бы еще раз попробую.