Глава 1

Аделина

Город неспешно просыпался, радуясь выходному дню. Обычно и я разделяла его чувства, но не сегодня. Редкие прохожие с безразличием поглядывали по сторонам, изредка задерживая взгляды на витринах очередного магазина, совершенно не обращая внимания на тех, кто шёл им навстречу, что меня вполне устраивало: не хотелось показывать кому-то свои слёзы, против воли, стекающие по щекам.

Торопливо перебирая каблучками, я спешила к парковке, находящейся в паре кварталов от центра, где оставила свою машину, чтобы избежать пробок, и теперь жалела об этом. Ещё совсем недавно безоблачное небо затягивалось тяжёлыми грозовыми тучами, на которые я, время от времени, поглядывала, когда те озарялись всполохами молний, заодно прислушиваясь к отдалённым раскатам грома. Порывистый ветер, раскачивая старые липы, растущие вдоль дороги, срывал пожелтевшие листья и осыпал ими тротуар. Похоже, «бабье лето» закончилось, так и не начавшись, впрочем, как и моя беззаботная жизнь, которая, если уж быть до конца честной с собой, никогда таковой и не являлась.

Чего я достигла к своим двадцати трём годам? Ничего! Замуж пока не вышла, навязанную отцом работу в его фирме, десять минут назад, потеряла, так же как и часть наследства, принадлежащее мне по праву, и всё из-за того, что отказалась выходить замуж. Причём, эту идею предложил ни кто иной, как дорогой родитель. По его словам, в последнее время дела в бизнесе шли неважно, что, впрочем, для меня не стало неожиданностью, поэтому появилась необходимость пополнить активы за счёт слияния с другой фирмой, вот только гарантией должен был послужить мой брак с её престарелым владельцем.

Отец так загорелся этой идеей, что ни о чём другом не мог говорить! Ещё бы, такая удача! Вложений никаких не требовалось (счастье дочери в расчёт, похоже, не бралось), а результат уже был бы через неделю. Мысль о быстром решении всех финансовых проблем настолько пришлась ему по душе, что он даже успел подготовить копию брачного договора, о чём радостно мне сообщил за завтраком. Вот только я, в отличие от него, от этой идеи восторга не испытывала. Для меня брак был союзом двух любящих людей, но никак не выгодной сделкой, о чём ему и сообщила…

До этого дня я никогда не шла наперекор воле родителя, каждый раз находя оправдание любым его бредовым идеям и поступкам. Всегда старалась поддерживать в трудную минуту, считая это своим долгом после смерти мамы, но сегодняшнее его поведение перешло все границы дозволенного. Получив приглашение на завтрак, я и подумать не могла, что тот закончится подобным образом.

Мой отказ привёл отца в бешенство, он тут же позвонил нотариусу, с указанием подготовить новое завещание, в котором я уже не значилась. Следующим звонком были заблокированы все мои банковские счета, благо квартира досталась от бабушки, а то и её бы лишилась в одночасье.

Чего я только сегодня не наслушалась от него в свой адрес, вплоть до того, что и не дочь ему вовсе, поэтому, когда мне указали на дверь, уходила с чистой совестью, и высоко поднятой головой, твёрдо решив больше туда не возвращаться. Давно надо было начать жить своей жизнью, а не потакать прихотям отца, вот и повод появился, да ещё какой!

Задумавшись, я не заметила, как первые капли, срываясь с небес, застучали по мостовой, и опомнилась лишь тогда, когда особо крупная из них щёлкнула мне по носу, приводя в чувство. Подняв взгляд, тут же наткнулась на непроглядную стену дождя, неумолимо приближающуюся мне навстречу. Подобное явление я видела впервые в жизни, и это завораживало, но вот ощутить на себе всю его «прелесть» совершенно не хотелось, поэтому, пришлось спешно обернуться в сторону ряда магазинов, в поисках места, где можно переждать непогоду. Увидев маленькое кафе, так вовремя оказавшееся поблизости, свернула к нему.

Стена дождя приближалась с каждой секундой, и мне не оставалось ничего другого как ускорить шаг, чтоб не оказаться мокрой с головы до ног, а последние метры так и вовсе пришлось преодолеть бегом. И не зря! Поскольку, стоило мне оказаться под полупрозрачным козырьком, с кованым витым каркасом, как стихия обрушилась в полную силу, будто только и ждала этого момента.

Резкие порывы ветра швыряли крупные капли мне под ноги, попадая на туфли, поэтому, я решительно толкнула стеклянную дверь и, под дружный перезвон колокольчиков, прошла в уютное кафе.

Подойдя к барной стойке, по обе стороны которой в творческом беспорядке стояли конфетницы, вперемешку с фигурками героев из мультфильмов, только сейчас поняла, что кафе оказалось детское.

— Чашечку кофе, пожалуйста, и какое-нибудь ваше фирменное пирожное, — присаживаясь на высокий стул, сделала заказ миниатюрной девушке с бейджиком «Марина» на груди, расставлявшей на витрине фруктовые десерты.

— Ой, извините, мы закрыты, — встрепенулась она, словно только что меня заметила, хотя, судя по виду, так оно и было.

— Я не видела табличку с соответствующей надписью на двери, — упрямо покачала головой, совершенно не желая в такую погоду оказаться за дверью.

— Да, моё упущение. Прошу прощения! Я здесь новенькая, поэтому, ещё теряюсь, — разволновалась она, краснея. — Понимаю ваше возмущение, но на сегодня наш банкетный зал арендован, а заказчик строго настрого запретил впускать посторонних.

Обернувшись, я окинула взглядом банкетный зал, находящийся за аркой, буквально заваленный воздушными шарами, с одним единственным занятым столиком, где расположился мужчина и маленькая девочка.

— А я тихонечко посижу здесь, они меня и не заметят, — вновь обратилась я к девушке и, для большей убедительности, добавила. — Мариночка, вы же не выставите меня в такой дождь на улицу? Позвольте остаться, барная стойка ведь не арендована. Так?

Девушка неуверенно кивнула.

— Вот и замечательно, — ободряюще улыбнулась ей, — а за это я оставлю вам весьма щедрые чаевые.

Не знаю, что именно подействовало на девушку — ливень, бьющий в окно, или обещание щедрых чаевых, но мне всё же позволили остаться.

Не спеша, потягивая ароматный напиток, я вновь взглянула на дальний столик у окна, притягивающий моё внимание, где, молча, сидел мужчина, в строгом костюме и белой рубашке, закрыв лицо руками, и маленькая девочка, примерно лет пяти, разнаряженная как куколка. Золотистые завитки волос обрамляли бледное осунувшееся лицо, с бескровными губами, на котором отражалась такая печаль, что сердце защемило от сочувствия к ней.

Похоже, здесь у них планировался какой-то праздник, судя по количеству шаров и игрушек, а так же торту на столе, лимонаду и прочим не особо полезным вкусностям, которые, в виде исключения, позволяют родители кушать своим детям в такие дни. Но, судя по гнетущей тишине за их столом и выражению лица малышки, что-то явно пошло не так. И, как ни странно, меня это беспокоило, хотя я видела эту девочку впервые в жизни.

За размышлениями не заметила, как опустела чашка, поэтому, не раздумывая, я тут же заказала другую. Из-за непонятного волнения меня то и дело пробирала лёгкая дрожь, и, приятного в этом было мало. Усердно пытаясь справиться с ней при помощи обжигающего напитка, я грела заледенелые пальцы о чашку, неосознанно бросая взгляды на девочку.

Сердце сжималось от жалости, глядя на худенькую фигурку в розовом платьице, сидящую с опущенными плечами перед заваленным сладостями столом, к которым, похоже, она так и не прикоснулась. Захотелось обнять её, прижав к груди крепко-крепко, но вместо этого я отвернулась к окну, понимая, что подобное позволить себе не могла.

«Да, Линка, кажется, гормоны устроили тебе бунт, — пробормотала под нос, обращаясь сама к себе, при этом горько усмехнувшись, — и сейчас ты в полной мере ощущаешь все прелести отсутствия личной жизни, из-за чего, похоже, и пробудился материнский инстинкт к чужому ребёнку. Дожилась!».

Тряхнув головой, отгоняя навязчивые мысли о девочке, я сосредоточилась на проблемах, так внезапно свалившихся на мою голову. Работы я лишилась, но на первое время у меня были кое-какие средства, которые я планировала потратить на ремонт в бабушкиной квартире, поэтому и сняла довольно крупную сумму буквально на днях. Хорошо, что эта светлая мысль так вовремя посетила мою голову, иначе пришлось бы очень постараться, чтоб хоть как-то протянуть до того времени пока найду новую работу. Вот только вряд ли мне теперь удастся нормально устроиться в этом городе. Зная отца и его мстительный характер, даже сомнений не возникло — житья мне здесь не будет точно. Хоть у него и были денежные проблемы, но связи ещё оставались, а с их помощью он сделает всё возможное и невозможное, чтоб меня не взяли даже продавцом в магазин.

Ну и ладно, справлюсь как-нибудь! В наше время можно работать и через интернет, благо опыт имелся, поэтому нюни распускать рано, главное — не отчаиваться: жильё есть, деньги на первое время тоже, умом не обделена, так что ничего страшного не произошло.

Пока я опустошала кофейные запасы уютного заведения, дождь прекратился, и сквозь тяжёлые тучи стало проглядывать солнышко, что ещё больше подняло мне настроение, придавая уверенности в собственных силах: впереди меня ждала чудесная жизнь!

Заплатив по счёту, добавив обещанных чаевых, при виде которых девушка довольно заулыбалась, я решительно встала, собираясь покинуть кафе, но, не удержавшись, вновь взглянула на девочку, и внезапно столкнулась с удивлённым взглядом голубых детских глаз, которые тут же засветились от счастья.

— Mami! — звонкий детский голос прорезал звенящую тишину, заставив меня замереть на месте.

Малышка, ловко спустившись со стула, кинулась в мою сторону, тем самым окончательно повергнув меня в шок.

Мужчина, сидевший с ней за столиком, резко вскинул голову. В его взгляде отразилось удивление, спустя мгновение, сменившееся жгучей ненавистью и презрением, причину которых, я не понимала.

Подбежав, кроха что-то взволнованно защебетала, на незнакомом мне языке, осторожно ухватившись за мою руку, но видя, что я никак не реагирую, застыв каменным изваянием, заплакала, что привело меня в чувство.

— Милая, ну что ты, успокойся, пожалуйста, — присев рядом с ней, прошептала я, заглядывая в её голубые, словно весеннее небо, глаза, в обрамлении пушистых ресничек, и коснулась бледной щёчки, утирая слёзы.

Малышка замерла, затаив дыхание, и вдруг всхлипнув, крепко обняла меня за шею. Не думая, что делаю, я подхватила её на руки, прижав к груди, при этом испытывая странные чувства. Да, я отдавала себе отчёт, что это не мой ребёнок, но в ней что-то было такое родное, из-за чего моё сердце наполнилось нежностью.

Властный мужской голос быстро спустил меня с небес на землю, заставив вздрогнуть от неожиданности. Не понимая смысла сказанного, я явно ощущала ярость, сквозившую в каждом его слове, которая будто прожигала насквозь. Шаг, другой, и вот он уже стоит в полуметре от меня, окидывая с головы до ног ледяным презрительным взглядом, словно перед ним была мерзкая мокрица, а не человек.

Девочка, испуганно обернувшись, вновь заговорила, судя по тону, прося о чём-то, на что мужчина, усмехнувшись, снисходительно кивнул, произнеся фразу, от которой кроха довольно заулыбалась. Вслушиваясь в их голоса, я пыталась определить, на каком языке они разговаривают, но всё впустую. Хотя, уже через пару секунд мне стало совсем не до размышлений, поскольку шагнув, незнакомец оказался настолько близко, что я растерялась, будучи не готовой к тому, что за этим последует.

Энрион

Настроить портальный переход, чтоб осуществить задуманное, не составило большого труда. Конечно, энергии для этого требовалось не мало, но мой магический потенциал позволял проделывать подобное без особых проблем. Гораздо труднее было уговорить дочку, но и с этой задачей с помощью Витара я справился, пообещав ей, что мы увидим много интересного.

Идея, предложенная старым магом, была на самом деле не плоха, вот только с выбором места мы серьёзно ошиблись, и это стало очевидно уже спустя примерно десять минут после перехода. Высокие строения и ревущие повозки, движущиеся без лошадиной тяги не только не вызвали у Кэти интереса, они буквально привели её в ужас: непривычная к шуму, малышка вздрагивала от каждого резкого звука. Мне бы надо было выбрать для первого знакомства дочки с Террой небольшое поселение, но мой максимализм весьма не вовремя проявил себя и здесь, поэтому пришлось срочно менять план, и вместо посещения парка, где, как я уже знал, любили развлекаться местные дети, поискать место потише.

После недолгих поисков мы наткнулись на небольшое заведение, на вывеске которого был нарисован ребёнок, держащий в одной руке стакан с трубочкой, а в другой нечто похожее не пирожок. Похожее я когда-то уже встречал, в одно из прошлых своих посещений, и, пройдя внутрь, лишь убедился в правильности сделанного выбора — это заведение было нечто вроде трактира, но только для маленьких, что меня вполне устраивало.

Поскольку в силу некоторых обстоятельств нам с Витаром приходилось посещать немало миров, выучить все языки было просто не реально, поэтому старый маг придумал весьма действенное заклинание, позволявшее без видимых трудностей и нам, и тому на кого оно направлено, понимать речь друг друга. Из невидимых, были энергозатраты на его создание, приводившие к довольно быстрому опустошению магического резерва, что и произошло со мной за несколько часов пребывания здесь, и попыток местными диковинками разжечь в Кэти интерес.

Усталость давала о себе знать, и хотелось лишь одного — тишины. Добиться этого оказалось весьма просто с помощью некой суммы, которую я вручил хозяину заведения, с просьбой убрать из помещения всех посетителей. Через пять минут моё пожелание было в точности исполнено. Кроме того сумма произвела на этого человека настолько хорошее впечатление, что в порыве благодарности он попытался устроить Кэти маленький праздник, но малышка взирала на всё с таким безразличием и тоской, что я, в конце концов, сдался, окончательно убедившись в бессмысленности всех приложенных усилий.

Когда звякнули на входной двери колокольчики, привлекая внимание персонала к новому посетителю, я совершенно не обратил на это внимания, а зря, тогда бы для меня не стал полной неожиданностью надрывный крик дочери: «Мама!».

Вскинув голову, я увидел… Доротею! Да, она сильно изменилась: некогда длинные волосы были обрезаны чуть ниже плеч, глаза и губы выделены с помощью местных женских примудростей, а вместо платья, которые она предпочитала, в этот раз на ней был брючной костюм нежно-кремового цвета, похожий на те, что используют некоторые леди при верховой езде без женского седла. Но это без сомнения была она, во всей своей красе! Вот только красота была обманчива, как приманка у ядовитого цветка, отравляющего всех, кто польстился на нежность его лепестков.

Похоже, мы с Витаром всё же ошиблись в своих предположениях, и у созданного ей портала был не только вход, но и выход, который привёл ей сюда.

Волна ярости накрыла меня с головой. Я еле сдержался, чтоб тут же не придушить эту гадину за всю боль, что она причинила дочке, но вовремя взял себя в руки. Кэти была так счастлива, что моя ярость стала затихать, оставляя после себя лишь жгучую ненависть к этой женщине.

Все последние годы отчаянных попыток сохранить семью ради дочери, терпя выходки жены, как оказалось, я делал только хуже. Да, обвиняя меня там, на башне, Тея была права — я, действительно, женился на ней не из-за большой любви, и именно мне, а не ей, нужен был наследник. Но когда я впервые взял на руки мою малышку, в душе что-то перевернулось, зарождая вместо обязательств перед своим родом, искреннюю отцовскую любовь. Жаль только, что материнской, наша дочь не получила ни капли.

Глядя на свою вмиг изменившуюся девочку, неуверенно державшую мать за руку и взахлёб рассказывающую ей о событиях сегодняшнего дня, пришлось признать, насколько сильно она ей нужна, но, не похоже, что это было взаимно: выражение лица молодой женщины говорило само за себя — встречи она точно не ожидала. Удивление и непонимание сквозили в её взгляде, вновь зарождая в моей душе ярость и желание как следует её встряхнуть, да так, чтобы искры из глаз полетели. А когда Кэти заплакала, так и не дождавшись от неё никакой реакции, это окончательно вывело меня из себя.

Решительно встав, я собирался осуществить задуманное, но вдруг застыл на месте от неожиданности. Увидев слёзы нашей крохи, Тея присела рядом с дочкой, чем немало меня удивила, и стала вытирать их, что-то ласково нашёптывая. При этом на её лице отразилась такая нежность, что, ругнувшись сквозь зубы, мне пришлось хорошенечко потереть глаза, дабы убедиться в реальности происходящего.

— Папа, иди скорее к нам, — обернувшись, попросила Кэти, — обними маму, так же как и я, крепко-крепко, чтоб она поняла, насколько сильно нам нужна, и никогда больше не уходила.

— О, милая, я не только её обниму, но и расцелую, чтобы уж точно сомнений не возникло, — усмехнувшись, ответил ей, заметив, как на ненавистном лице отразился страх.

Сделав шаг, подойдя к ним вплотную, я нежно обнял дочку, легонько коснувшись губами её разрумянившейся щёчки, и повернулся к жене.

Положив ладонь на её затылок, лишая тем самым возможности отстраниться, я запустил пальцы в её мягкие волосы, намотав их на кулак, намеренно причиняя боль, при этом глядя в распахнутые от страха глаза, полные неверия, и накрыл её губы жёстким поцелуем, отстранившись уже буквально через миг.

Я ожидал какой угодно реакции — негодования, угроз, даже пощёчину, но не слёз, заблестевших в её карих, с медовыми крапинками, глазах.

Стоп, как карих, если должны быть голубые?

Внимательно всматриваясь в эти незнакомые глаза, я применил магическое зрение, надеясь увидеть наложенную иллюзию… Но её не было!