Глава 5

— Куда?!! — летит мне в спину истеричный вопль блондинки, но поздно.

Я вваливаюсь в шикарно отделанный кабинет с панорамными окнами во всю стену и на секунду застываю на пороге. Кажется, тут шли переговоры, потому что двое мужчин как по команде замолкают и оборачиваются в мою сторону.

— Богдан Александрович! Я пыталась ее остановить! — оправдывается секретарша, бросая собирать осколки и залетая следом за мной в кабинет, — Я сейчас вызову охрану.

— Богдан Александрович, значит, — сузив глаза, усмехаюсь я, улавливая знакомое имя. Так, получается, что как минимум один из Вербицких прямо сейчас сидит передо мной. Судя по реакции блондинки, именно он занимает кресло генерального директора.

— Девушка, покиньте мой кабинет, пока Кире Сергеевне действительно не пришлось вызвать охрану, — с маской ледяного спокойствия и безразличия советует Богдан и тут же снова поворачивается к собеседнику, как будто забывая о нашем с Ромкой существовании.

Да что за люди пошли! Как денег побольше, так сразу нос воротят и пустым местом считают!

— Ага, покину, — цежу я сквозь зубы и вместо этого направляюсь твердым шагом прямо к мужчине. Водружаю переноску на дорогущий отполированный до блеска стол, и торжественно заканчиваю, — Сразу после того, как вы, Богдан Александрович, заберете своего ребенка!

В этот раз сохранить безразличие не получается уже ни у кого в кабинете. Лицо Богдана изумленно вытягивается и я с досадой отмечаю, что даже сейчас он хорош: высокие скулы, легкая небритость, острый внимательный взгляд карих глаз… которые сейчас округлились до размера монеты. Позади слышится звон — кажется, секретарша от таких шокирующих новостей роняет осколки вазы, захваченные в пылу с собой.

— Вы это серьезно? — иронично вздергивает бровь незнакомый мужчина. Он чем-то похож на Богдана Вербицкого — тоже брюнет, только с модно выбритыми висками, и слегка помоложе. А еще не такой пугающе-брутальный. Вот его мои слова не удивили, а кажется только развеселили.

Вот уж смешно — ребенка в подъезде бросили! Обхохочешься просто!

Богдан делает поспешный жест секретарше:

— Кира, подожди за дверью.

— А… охрана?

— Ее пока не нужно.

Даже не оборачиваясь чувствую волну разочарования, исходящую от нее. Вот уж беда, упустила главную сплетню про шефа!

— У вас есть две минуты, чтобы объяснить мне все, — бархатным с хрипотцой голосом говорит Богдан, жестом предлагая сесть.

Меня это почему-то злит. Вежливый какой! Как беременную прогонять — а возможно именно к нему приходила та другая Ника — так наглости хватило. Зато теперь джентльмен!

— Лучше, если мы останемся одни, — качаю отрицательно головой и бросаю выразительный взгляд на все еще улыбающегося мужчину напротив, — Только позовите своего брата, я не знаю точно, кто из Вербицких мне нужен.

Богдан вздергивает уголок губ в издевательской ухмылке:

— Это и есть мой брат.

— Артем Вербицкий? — уточняю я.

— К вашим услугам, — фыркает тот, делая шутливый полупоклон.

Черт возьми, не могу разобраться, кто из них бесит меня больше — до оскомины спокойный Богдан или его брат-весельчак.

— Ладно, — я тру переносицу, собираясь с мыслями, набираю побольше воздуха в легкие и выдаю: — В общем, мой рассказ покажется вам бредом, но это все чистая правда. Сегодня мне принесли ребенка под дверь. Подкинули то есть. А там в свидетельстве о рождении мои фамилия, имя и отчество, представляете?!

Торопливо достаю из сумки бумаги и передаю в руки одному Вербицкому свидетельство, а второму — письмо. Отдуваю прядь со лба и с победным видом смотрю на банкиров. Богдан вздергивает бровь и переглядывается с братом странным взглядом.

— Эм-м… Ну чудесно, что сказать, — даже не заглянув в письмо, пожимает плечами Артем, — вот только мы-то тут при чем?

— Как это «при чем»?? Там же — почитайте — в письме моя тезка сказала, что отец ребенка — Вербицкий, банкир. А банкир-Вербицкий в нашем городе только один! — растолковываю я и смущенно чешу нос, — Ну, то есть два…

— Прости, ты серьезно? — не выдерживает Артем, прыская в кулак.

Братья Вербицкие переглядываются снова, и я с отчаянием понимаю — не верят ни единому слову.

— Все это правда! — восклицаю я с отчаяньем, — Мне правда подбросили ребенка, а кто-то из вас его отец!

— Подожди, детка, — криво ухмыляется Богдан, сканируя меня холодным взглядом, — то есть вместо того, чтобы просто прийти и попытаться повесить ребенка на кого-то одного из нас, ты выдумала эту историю? Ты точно свои таблетки сегодня принимала?

— Да вот же, вот! Почитайте ее письмо! И свидетельство о рождении посмотрите! — я выхватываю документы у обоих и тыкаю в нужные строчки.

— Извини, но в свидетельстве об отце ничего нет. Прочерк. А фамилия, имя и отчество матери здесь твои, — пожимает равнодушно плечами Богдан.

— Да, мои, но ребенок не мой! Я не рожала его, даже беременна никогда не была! Просто совпали наши данные. Это ведь легко проверить!

— Просто полностью совпали ВСЕ ваши данные. И правда, что тут такого? — хмыкает Богдан и нажимает на кнопку селектора, — Кира, вызови охрану.

— Да вы… да вы что… — растерянно шепчу я, обессиленно плюхаясь на кресло и оглядывая мужчин неверящим взглядом. — Вы что, серьезно? Это же ваш ребенок, родная кровь! Я не знаю, чей точно, но ведь можно сделать тест ДНК!

— А еще можно не спать с кем попало, чтобы не забывать, кто на самом деле отец ребенка и не пытаться его повесить хоть на кого-то побогаче, — жестко отрезает Богдан.

— Серьезно, малышка, придумала бы что повесомее. А эти «доказательства», — Артем брезгливо подталкивает письмо ко мне и качает головой, — это просто смешно.

В дверь вваливаются два бугая и Богдан кивает в мою сторону:

— Проводите девушку к выходу.

Один из амбалов тут же направляется ко мне, но я вскакиваю с места и выставляю руку вперед:

— Не надо меня трогать! Я сама уйду!

Во мне горит обида, выжигает в центре груди дыру такую, что невозможно дышать. Только что меня с вежливыми улыбочками смешали с грязью, но главное, сразу с ходу отказались от ребенка. Понимаю, что объяснение у меня более чем дурацкое, но ведь можно было хоть немного попытаться разобраться во всем, а не причислять меня к охотницам за их несметными богатствами с порога.

Торопливо собираю в сумку документы и, схватив переноску, направляюсь к выходу.

— Пойдем, Ромка. Ни папаша, ни дядя тебя точно не заслуживают! — опаляю напоследок взглядом сначала Богдана, затем Артема и выхожу из кабинета, гордо задрав подбородок. Как можно выше.

Чтобы просто не показать, как он дрожит от едва сдерживаемых слез. Малыш оказался не нужен ни матери, ни предполагаемому отцу, и я совсем не представляла, что же нам теперь делать…