26

Еще одна ночь поместилась в копилку приятных воспоминаний. Открыв глаза, я блаженно потянулась, чувствуя себя легкой и невесомой. Думать о том, что будет через десять минут, когда спущусь вниз и встречусь с Глебом лицом к лицу совершенно не хотелось. Мы и вовсе могли с ним не встретиться до самого вечера, потому что он мог уехать по делам. Мужчина не остался со мной ночевать, хотя и утверждать этого не бралась, потому что отключилась, когда он был еще в комнате и просто лежал рядом со мной.

Я перевернулась на другой бок, желание подремать было слишком велико, но я еще вчера пообещала Максу, что утром приведу себя в порядок и спущусь вниз. Я очень соскучилась по детям, и всецело повесить на Марию Гавриловну заботу о них было бы уж совсем эгоистично с моей стороны. И даже не смотря на то, что произошло этой ночью между нами с Глебом, я знала точно, что не останусь в доме Булатова. А если мужчина был так решительно настроен принимать участие в нашей жизни, то обязательно так и будет, какую бы территорию для проживания я не выбрала.

Поднявшись с кровати, я почувствовала между ног саднящее чувство. Все-таки я была совсем не привычна к таким «подвигам», но эта ночь мне очень понравилась. Вчера мы не предохранялись… но мои месячные всегда шли как часы, а дни были не опасными. Это был весьма опрометчивый шаг допустить между нами близость, но я ни о чем не жалела.

Вниз я спустилась спустя пятнадцать минут и услышала, как из гостиной доносились голоса моих детей и Глеба. Я сделала несколько шагов и замерла на лестнице, наблюдая как мужчина держал Надю на руках. Моя маленькая и пугливая малышка сама пошла к нему на руки? Мое сердце замерло, а на глаза навернулась влага. Я бы запечатлела этот момент на снимке. Иногда я любила пересматривать фотографии, все мечтала распечатать их и поместить в альбом, но никак не доходили руки.

О том, чтобы у ребёнка был отец начинаешь мечтать тогда, когда сталкиваешься с тем, что его нет… Андрей погиб, когда Максу не было и двух. Мой сын его даже не помнил. И в последнюю очередь мне хотелось лишить Надю такой возможности, как испытать на себе искреннюю любовь папы, если, конечно, Глеб был способен на это чувство…

Глубоко вздохнув и выдохнув несколько раз, я сделала несколько уверенных шагов и прошла в гостиную. Макс тут же заметил меня и кинулся ко мне, крепко обняв.

— Мама, привет! Наконец-то тебе стало лучше! Ты уже хорошо выглядишь! Мы теперь поедем домой?

Погладив Макса по голове, я кивнула, смотря на него ласковым взглядом. Надя заметила меня и принялась вырываться из рук Глеба, тянуть ко мне маленькие ручки и хныкать. Я подошла и с невозмутимым лицом приняла дочь из его рук, крепко обняла девочку, вдыхая ее молочной аромат.

Даже не верится, что все позади… Теперь я точно знала, что с Надей и Максимом все будет хорошо, а Булатов не позволит никому отнять у меня детей. И сам он не будет строить никаких козней, потому что он увидел мои истинные чувства к детям и их взаимную любовь между собой и не захочет причинять всем нам боль.

— Доброе утро, — поздоровалась я с Глебом и Марией Гавриловной.

Наша бабушка сидела на диване, сложив руки на коленях, и молча наблюдала за нами со счастливой улыбкой на губах. Пусть я приняла решение не в пользу этого шикарного мужчины и его красивого и уютного дома, но я не могла ответить ему сейчас своим согласием, потому что несла ответственность за детей и не могла довериться человеку, которого совсем не знала. В первую очередь из-за Макса, который воспринимал все иначе, чем Надя. Какие бы слова не сказал мне вчера Глеб и даже не смотря на все, что случилось между нами этой ночью, точнее будет сказать повторилось, я решила вернуться домой.

— Я предлагаю всем немного погулять? Здесь поблизости есть конный клуб и замечательное кафе? — предложил Глеб.

По загоревшемуся взгляду Максима, я поняла, что он бы с радостью пошёл к лошадям. Но… я не считала, что это было хорошей идеей. Несомненно она такой и была, но мне и детям все же было лучше вернуться домой. К тому же я чувствовала себя недостаточно окрепшей. Ноги все еще дрожали от слабости, а в голове все было как в тумане.

— Извините нас, Глеб, но сегодня я вынуждена отказаться от вашего предложения. Я еще не совсем хорошо себя чувствую — не настолько хорошо, — тут же поправила я себя, говоря чистую правду. — В следующий раз, если предложение все еще будет в силе, мы обязательно съездим с вами на прогулку, а пока… не могли бы мы поговорить наедине?

Мужчина все это время пристально за мной наблюдал и после моей просьбы поговорить с ним наедине, сузил глаза.

— Хорошо, — ответил он спустя недолгую паузу.

— Наденька, иди к бабушке, — Мария Гавриловна протянула руки к дочке, но та отвернулась и зарылась личиком в моих волосах.

Малышка соскучилась по мне и этот жест с ее стороны заставил сжаться мое сердце от осознания, что пережила моя кроха за эти два дня. Собственно из-за детей и того, что они привыкли к дому, я боялась каких-либо резких перемен, и никто из нас к ним не был еще готов. Нам с детьми будет лучше вернуться домой.

— Идем завтракать? — взглянула на Макса и тот утвердительно кивнул. — Надя, а ты хочешь кушать? — спросила я у дочки, опустив голову к ее личику.

— Тогда отложим разговор, идите на завтрак, — Глеб поднялся на ноги. — Мне нужно поработать. Чувствуйте себя как дома.

Только мне было непривычно и неуютно в чужом и незнакомом доме. Мой маленький мир вдруг сильно изменился за эти дни, и не смотря на прошлую ночь этот человек, в доме которого мы находились, все еще был для меня чужаком. И вот так менять свою жизнь и жизнь детей на сто восемьдесят градусов из-за шикарного секса — весьма глупо.

Спустя час после завтрака Надя увлеклась игрой с Максом и, воспользовавшись этой заминкой, я поднялась наверх. На интуитивном уровне я определила комнату, где располагался кабинет мужчины. Постучала в дверь и, услышав глухое «Войдите», опустила ручку.

Глеб сидел за большим столом, перед ним стоял ноутбук и он сосредоточенным взглядом смотрел в экран.

— Глеб, я бы хотела с вами поговорить… — подошла ближе и заглянула в мужское лицо.

— Да, — он расслабленно откинулся на спинку кресла и перевел на меня свой внимательный взгляд. Мне кажется, он понял зачем я пришла… Или знал изначально. — Я благодарна за помощь, но вынуждена попросить вас отвезти нас домой. Я не запрещаю встреч с Надей, но… для нас будет лучше находиться в привычной обстановке. Я не готова к переменам в жизни. Игнат больше не представляет для нас опасности, и…

— Мне показалось, что вчера мы урегулировали этот вопрос? — спросил он жестким голосом, смотря мне в лицо. — Я четко обозначил свои намерения относительно тебя и детей и за несколько часов своего решения не изменил.

— Правильнее будет сказать — усугубили. Я по-прежнему не готова к переменам в жизни и смене своего статуса, — уверенно повторила я. — У меня на руках двое детей и я несу за них ответственность. Я не уверена, что им необходимы сейчас новые встряски…

Он смерил меня долгим взглядом, а потом поднялся на ноги.

— Я немного удивлен, но восхищён твоей стойкостью и твердым стержнем. Хотя… если учесть, что в твоей жизни практически не было рядом мужчины… — протянул он и ухмыльнулся.

— Я очень рада, что вы меня понимаете, Глеб. Тогда я пойду собирать детей?

— Я сказал, что восхищён, но твое решение мне не нравится, а я все так же намерен его изменить. Надеюсь, вчерашняя ночь не была твоей благодарностью за мою помощь? И теперь ты не бежишь от меня, полагая, что все будет как прежде? Как прежде уже не будет, Ксения… — заверил меня Глеб спокойным и твердым голосом. — Я не исчезну из вашей жизни.

— Я не запрещаю встреч с ребенком и вы можете приезжать и видеться с дочкой в любое удобное для вас время…

— Только с ней? — от его пронизывающего взгляда и уверенности мне стало не по себе.

— Я… Мне нужно время. Мне сложно решиться на такие серьезные шаги… Одного секса все же недостаточно, чтобы сказать «Да, я согласна» и перекроить всю свою жизнь, — ответила я то, что чувствовала и думала на самом деле.

— Хорошо, — мужчина сдержанно кивнул. — Я услышал тебя. Собирайтесь, — Глеб вернулся к столу и сел в кресло. — Как будете готовы, дай мне знать. Я хочу сам отвезти вас домой.

С моих плеч как-будто свалился тяжелый груз и я вздохнула полной грудью. Все я правильно делала. А вчерашний секс… Судя по решительному настрою Булатова — это было только начало и скоро нас ждало продолжение. Только вот я была настроена строить наше общение не только на постели и интимной составляющей. Да, иногда я шла на поводу своих похотливых желаний, как вчера ночью, но все еще могла ясно соображать. Одно дело заниматься сексом, а другое вместе воспитывать детей…

Спустя два часа машина Булатова неслась в сторону нашего дома. Дети и Мария Гавриловна расположились на заднем сиденье, а я села спереди. Мне было крайне неудобно, что снова приходилось напрягать мужчину и просить его вмешиваться в нашу жизнь. Но с другой стороны он сам вызвался нас отвезти, ведь так?

Машина притормозила у нашего дома и Булатов открыл дверцу сначала мне, а потом Марии Гавриловне и детям.

— Надя, пойдешь ко мне ручки? — спросил он мягким голосом, присаживаясь перед дочкой на корточки. — Я отнесу тебя наверх в твою квартиру и комнату? — Надя тряхнула головой и спряталсь за Максимом.

Да, именно об этом я и говорила — Глебу придется постараться, чтобы растопить сердечко маленький девочки и завоевать доверие моего сына.

— Она ходит неуклюже, но сама, — холодно обронил Макс. — Мама не разрешает лишний раз брать ее на руки на улице и заставляет её ходить самой. Так доктор говорит, — он заметил взгляд Глеба на себе и последние слова произнес уже тише.

— Идемте, — я взяла Надю за руку.

Глеб взял наши вещи, какие привезла с собой Мария Гавриловна и мы поднялись наверх. В квартире ничего не изменилось, будто и не было этих ужасных событий с похищением, а мы провели время на отдыхе в доме Булатова.

— Я съезжу в магазин и привезу продукты. И вот, — он протянул мне какую-то пластиковую карту. — Это визитка Павла. Я не всегда бываю в городе, но к нему ты можешь смело обращаться, будь то покупка продуктов или что-то более глобальное. Он сможет помочь и ему можно доверять.

— Надеюсь, что глобального с нас хватит, — сказала я с легкой грустью, но визитку приняла.

— Завтра утром приедет Ольга Романовна и возьмет все необходимые анализы еще раз. Бабушку вашу я бы тоже не оставлял без внимания.

— Спасибо, Глеб, — я сдержанно улыбнулась. К такое опеке и заботе я точно была не привыкшая.

— И на твоем месте я бы записался дополнительно к гинекологу, чтобы он подобрал способы контрацепции. Я вчера не предохранялся. В случае наступления беременности ответственности с себя не сниму, но впредь этот вопрос лучше контролировать с двух сторон.

— Беременность очень маловероятна, и я не уверена, что идея с гинекологом…

— Зато я уверен, Ксения, — он перебил и поглядел на меня решительным взглядом. — Я уже сказал вчера и повторю сегодня — из вашей жизни с детьми я уже не исчезну, — на моих щеках выступил румянец и я опустила глаза. — До встречи?

— Да, — выдохнула я, понимая, что спросить не имеет смысла. — Вы можете в любое время навестить Надю, но естественно лучше позвонить заранее…

— Обязательно, — он развернулся. — И прекрати мне выкать, это режет слух и вызывает резонанс с тем, что ты говорила и шептала мне ночью, — сказал он и направился в прихожую.

Я прошла за ним, чтобы закрыть за мужчиной дверь. На секунду он обернулся и наши глаза встретились, вызывая внутри странный трепет. Умом я понимала, что все делала правильно, но вспыхнувшее желание к мужчине диктовало свои условия и отпускать Глеба мне совершенно не хотелось.