8

Я вдруг поняла, что дрожу всем телом, словно в лихорадке и не могу сдвинуться с места. От незнакомца исходила опасность похлеще, чем от Родиона Демьяненко, но его аура и внешний вид были в разы приятнее и вызывали… интерес?

— Я… Извините, я ошиблась дверью. Я сейчас уйду… — произнесла я запинающимся голосом, совсем не желая оказаться снаружи и попасть в руки охранника.

— Очень своевременная ошибка, — протянул он низким голосом с заметной хрипотцой. — До этой минуты я тоже ошибался, решив провести этот вечер один, — он пристально смотрел мне в глаза, а затем опустил их вниз, сканируя меня внимательным взглядом, отчего на моих щеках выступил румянец. — Я не против твоего общества, — спустя небольшую паузу уверенно проговорил он.

Кажется, незнакомец остался доволен увиденным?

— Ты мне нравишься, — он словно подтвердил мои опасения.

Сам он был одет во все черное, и от него исходило сокрушительное мужское обаяние. Мысль о побеге отступила на второй план. Да и куда мне было бежать?

Мужчина слегка приобнял меня за талию и увлек за собой вглубь комнаты. Я оглянулась в сторону двери, как на спасительный маяк. Казалось, вот-вот в нее кто-то войдет и вызволит меня из этого одурманивающего водоворота, но ничего не происходило. Да и что могло произойти, когда я сама закрыла дверь на замок, боясь, что меня настигнет охранник Демьяненко и поволочет обратно на ту оргию? Проблема заключалась в том, что я сама пришла в это место и никто меня силой сюда не тащил, а следовательно спрашивать в этой ситуации мне стоило лишь с себя.

Мужчина расположил меня у самого стекла, за которым извивалась в эротическом танце девушка. Свет от прожекторов падал ему на лицо. Если бы встретила его в обычной жизни, то обязательно запомнила эти красивые черты; с левой стороны на щеке виделся небольшой шрам, а насыщенные глаза янтарного оттенка были прям, точь-в-точь, как у моей Наденьки. Вспомнив о детях, я немного пришла в себя, но мой пожар внутри, увы, никуда не делся, скорее напротив — разгорался с каждой минутой сильнее, словно кто-то добавлял поленья в костер и поливал их розжигом. Незнакомец оказался выше меня почти на голову, был широк в плечах, и на его фоне я выглядела маленькой Дюймовочкой. Неужели такого как он могли привлекать такие хрупкие девушки, как я? Я взглянула на танцовщицу за стеклом — сочную и упругую мулатку с роскошными длинными волосами. Девушка была настоящей красавицей — привлекательнее меня в несколько раз, так мне, по крайней мере, казалось.

— Я впервые на такой вечеринке… — попыталась я объяснить мужчине еще раз. — Это все ошибка… — сбивчивым голосом говорила я, ощущая на теле его большие руки, а в голове легкий туман.

Мужские прикосновения вызывали странный трепет и я поняла, что не хочу ничего его ему объяснять. Глупо, опрометчиво было пускать все на самотек, но именно это я и собиралась сейчас сделать.

— В таком случае у нас с тобой много общего, — тихо приговорил он все тем же глубоким голосом, опустил свои руки мне на плечи и потянул ткань платья вниз. — Из этой комнаты никто и никуда не выйдет, пока я этого не захочу, — от низкого рокочущего голоса по моей спине пробежали мурашки. — Ты ведь сама пришла? — он заглянул мне в глаза.

Во мне сражались две сущности: одна из них хотела бежать от этого притягательного незнакомца, а вторая остаться. Еще я могла вернуться к Алине и Родиону или попытаться объясниться с мужчиной и попросить его вывести меня из здания. Но что-то мне подсказывало, что он не был настроен говорить, судя по его решительным действиям.

— Это одностороннее стекло, — произнес он. — Она нас не видит.

Нечто похожее я уже видела, но только картинки были куда откровеннее, но признаваться в этом не стала. Красивая мулатка и ее танец вызывали больше приятных ощущений и чувств, чем дикий и грубый секс, какой я увидела мгновениями ранее в другой комнате.

Мужчина слегка наклонился и коснулся влажными, теплыми губами кожи на моей шее. Не почувствовав моего сопротивления, он продолжил увереннее, прокладывая мокрую дорожку к груди. Господи, Ксюша да что же ты стоишь и позволяешь за последние десять минут уже второму незнакомому мужчине подобные наглые ласки? Но если прикосновения, запах, голос и лицо Родиона мне были крайне неприятны и вызывали отвращение даже под воздействием каких-то препаратов, то сейчас же ничего омерзительного я не чувствовала. Скорее напротив тонула в приятном омуте ласковых прикосновений и даже не предпринимала попыток всплыть. Незнакомец крепко сжал мою талию руками и принялся втягивать по очереди в свой рот мои возбужденные соски. В какой-то момент у меня подкосились ноги, дыхание окончательно сбилось, а платье упало к ногам бежевым облаком. Я осталась стоять в одних трусиках и к своему ужасу не ощущала ни грамма стыда по этому поводу. Мне наоборот хотелось продолжения, хотелось, чтобы эти руки ласкали и сжимали мое тело. Мужской и притягательный запах проникал глубоко в легкие, вытесняя все страхи. То ли это было действие того «чудесного» напитка, который подобно цветку распустился внутри меня и разбудил это желание и чувственность, то ли же это была заслуга этого самого мужчины, что терзал меня своим умелым ртом, не знаю. Но я совершенно потеряла счет времени и впала в прострацию. Это все походило на сон. Приятный сон и мне не хотелось просыпаться. А может быть сказывалось полное отсутствие секса? Я не была с мужчиной с момента гибели мужа.

Руки незнакомца легли мне на плечи, он слегка надавил на них, проникновенно смотря мне в глаза. Его темный взгляд был красноречивее любых слов. Я поняла, что он хотел, чтобы я опустилась перед ним на колени и… Но я еще ни разу не делала такого. Наш секс с Андреем был… он просто был и я никогда не жаловалась и даже получала иногда оргазм.

Поддавшись его силе, я опустилась на колени и поглядела на него снизу вверх, снова поймав себя на мысли, что он был слишком красив, чтобы проводить этот вечер в одиночестве, а Алина и Родион неприятными и наглыми обманщиками, которые не вызывали и долю тех чувств, что этот мужчина. Разве такие, как этот незнакомец коротали вечера в одиночестве?

— Я… я еще никогда этого не делала… — выдохнула я, смотря на него большими глазами.

— Может быть, и с мужчиной никогда не была? — ухмыльнулся он, но даже улыбка у него была красивая и опасная, но убегать мне по-прежнему не хотелось.

— Я еще никогда не делала мужчине минет… — повторила я полушепотом.

— Расстегни мои брюки, справишься, — в его голосе не было насмешки или недоверия, а взгляд янтарных глаз сделался темнее.

Я облизала пересохшие губы, смотря на него снизу вверх, думая, о том, что это моя последняя попытка уйти. Но я приняла решение остаться, каким бы глупым и бездумным не был этот поступок. В конце концов, меня никто и ни к чему не принуждал, и я была уверена, что принуждать не будет.

А еще… я безумно желала увидеть мужскую мощь. Мне казалось, что такие красивые, как он должны были быть прекрасны во всех местах. Мои руки дрожали, но я как-то справилась с ремнем на его брюках. Пальцы совершенно не слушались, а сердце гулко билось в груди, казалось еще чуть-чуть и оно выскочит на пол и упадет у его ног. Фактически я никого не обманывала, а в эту минуту хотела остаться с этим мужчиной, и вовсе не из-за того, что могла вновь угодить к Алине и неприятному Родиону на огонек. Мне хотелось хоть раз в жизни, пусть и под воздействием каких-то таблеток и препаратов, отпустить все тормоза и забыть о принципах, что я мать, и что в моей жизни куча других проблем и обязанностей. Потом я обязательно забуду об этой ночи, вычеркну ее навсегда из своей жизни. Но сейчас мне захотелось отдаться своему желанию, утолить свой интерес, и узнать, что последует за всеми этими смелыми ласками, которые я собиралась попробовать с этим мужчиной.

Чиркнув молнией на его ширинке, я спустила вниз его брюки вместе с боксерами и разглядывала мужской член, словно видела тот впервые в жизни. Он был огромным, с выступающими венами, на большой головке блестела капля влаги. Ощутив себя крошечной Дюймовочкой второй раз за вечер, я подумала о том, что он во рту у меня едва поместится, не говоря уже…

— Обхвати головку губами, — раздался его приказ.

Спустя паузу я схватилась руками за его гладкие бедра и ощутила под своими ладонями стальные мышцы. Мужчина напрягся, когда я сделала так, как он сказал. Все происходящее было донельзя интимным и очень пикантными, чем-то новым и неизведанным, но это безумно заводило меня, адреналин гонял по венам кровь, а я ощущала пьянящее возбуждение.

— А теперь посмотри на меня, я хочу видеть твои глаза…

Я подняла затуманенный взгляд, встречаясь с его потемневшими янтарными омутами и продолжала оттачивать свои неумелые движения ртом. Мне казалось, я выгляжу смешно и делаю все не так, но внезапно услышала, как мужчина хрипло вобрал в себя воздух, а его рука оказалась в моих волосах и он начал помогать мне, задавая ритм и темп движениям. Не знаю в какой из моментов я начала получать удовольствие от процесса, но мне вдруг захотелось сделать ему приятно, чтобы еще раз услышать этот сдавленный стон из его рта, который вызывал рой мурашек на моем теле.

— Ты чертовски хорошо это делаешь для первого раза, — на его губах промелькнула порочная улыбка и он сделал шаг назад. — Я сделаю вид, что поверил твоим словам, — тихо проговорил он.

Поднял меня, словно я была легкая пушинка, и развернул к стеклу, впечатывая в него своим телом. Моя теплая и разгоряченная кожа соприкоснулась с холодной поверхностью, и я ощутила новую волну дрожи от таких контрастов. Мужчина на несколько секунд оставил меня одну, а затем я услышала звук разрываемой фольги и, не успев опомниться и прийти в себя, почувствовала резкий и грубый толчок направленный в меня и громко вскрикнула. Мужской член растягивал меня под свои размеры, причиняя боль.

— Расслабься, — успокаивающе прошептал он мне в шею, опаляя своим горячим дыханием. — Ты очень узкая…

Я прогнулась в пояснице, расслабилась и пустила его глубже, ощущая, как запретное желание вновь овладевает каждой моей клеточкой.

Мощные, короткие толчки и нежные прикосновения мужских рук приводили меня в мучительный экстаз. Спустя несколько минут, я содрогнулась всем телом и замерла, выкрикивая из своего рта хриплые стоны. Оргазм был похож на сильный удар током. Он лишил меня сил, я едва могла стоять на ногах. Держалась руками за стекло, соскальзывая вниз разгоряченная и мокрая от всего безумства, что происходило между мной и этим мужчиной. Он подхватил меня на руки и отнёс на диван, и сумасшедшее истощение друг друга продолжилось по новой.

Я сбилась со счета сколько раз он поменял презерватив и уже давно потеряла связующую нить с реальностью. Внутри искрило так, что казалось вот-вот замкнет, а я потеряю сознание — наслаждение раз от раза становилось только сильнее. Из моего рта вырывались пошлые и грязные стоны, которые заполняли комнату. Я не сводила глаз с мужского лица, пот с его лба стекал мне на лицо под мои неумолимое: «Еще, пожалуйста! Еще»… Я уже не понимала, не ощущала ничего, кроме мужского тела, горячего, прерывистого дыхания и ритма упругих толчков внутри себя и думала только обо одном, что не смогу забыть эту ночь.