ΓЛАВА 23

Когда будильник все же прозвенел, Катарина потопала на кухню и заметила Эспозито мирно спящим на диване. Одежда висела на стуле, зато в плед он завернулся до самых ушей. Из чистого любопытства Катарина подошла ближе и вгляделась в подбородок Рика. Тот оставался гладким, без пеньков щетины. Как такое возможно? Но будить и расспрашивать Катарина не стала, вместо этого включила кофеварку и забросила в тостер два ломтика хлеба.

После же умылась, налила себе чашку кофе и разложила документы, которые нужно было заполнить, вытащила свою любимую ручку и взялась за работу. Утро,тишина, никто не кричит над ухом, ничего не просит и не приказывает. Красота! Надо было на несколько дней попасть в семью Дэвисов, чтобы сполна оценить собственную уютную и тихую квартирку.

Рик показался, когда из всей папки остались два незаполненных листа. Он успел умыться, одеться и привести волосы в тот тип беспорядка, который с натяжкой тянул на прическу. Про себя Катарина уже решила, что сделает вид, будто никакого поцелуя не было. Но Эспозито подошел, наклонился, прикоснулся губами к ее губам, и она потянулась за продолжением поцелуя. Хотелось ещё раз почувствовать вкус его губ, ощутить, как внутри разгорается жар, который стирает тревоги и беспокойство.

– Доброе утро, – он улыбнулся и сел напротив. - Если тебе вправду интересно, какие дела связывают меня и Квена,то могу показать. Поcле.., - Рик опустил взгляд, раздумывая над чем-то, - послезавтра.

– И что за сила, по твоему, затащит меня в трущобы?

– Любопытство.

– А здравый смысл остановит. Пабло для друзей Рик Эспозито,ты хоть представляешь, сколько врагов в трущобах у сержанта пoлиции? Я через пару минут отойду к своей святой покровительнице.

– На тебе же не написано звание и место службы, а мимикратор может копировать не только Джессику Дэвис. Выберем тебе образ парня пострашнее через генератор случайных наборов черт…

– Все равно не уговорил, – отмахнулась Катарина, хотя то самое любопытство уже зудело в подсознании.

В трущобах она бывала нередко, но в рейдах с таможней или погонях за бандитами. При таком раскладе не особенно полюбуешься на красоты или остатки зданий. Говорят, ближе к равнине Ий-Γнас сохранился намного лучше, побывать там почти то же самое, что прогуляться по мегаполису на другой планете. Вот Хуан постоянно болтал о том, что после завершения войны отправится в космолетчики. Мама от таких новостей хваталась за сердце, а отец вздыхал и грозился запереть непутёвого сына. Если тот с обычным мотоциклом постоянно влипал в неприятности, с целым кораблем он планету сметет и не заметит.

– До послезавтра у тебя есть время передумать, – говорил так, будто был на сто процентов уверен в согласии Катарины. – Помочь чем-нибудь?

– Можешь приготовить завтрак, пока я доделываю работу.

Есть ей не хотелось, скорее выплыла давняя привычка наказывать Хуана готовкой. Братец при этом кривился, плевался, вздыхал,и это доставляло удовольствия больше, чем его подгоревший блины или чересчур сладкий кофе, который насыщенностью цвета не дотягивал до зелёного чая. Вот папа готoвки не стеснялся, напротив, дома были блюда, считавшиеся "его" и даже ба не бралась за них.

Но по растерянному лицу Ρика Катарина поняла: пробный выстрел нашел cвою цель.

– Что-нибудь простенькое. Кашу, яичницу, суп или яблочный пирог. Εго любой сможет сделать. Или хлопотание вокруг плиты нанесет непоправимый удар по твоей маскулинности?

С этим качеством у тощего и бесконфликтного Эспозито определенно были проблемы, но Катарина знала, что именно задохлики обычно считают себя образцовыми самцами.

– Я не умею, – признался он. - У нас мало кто готовил дома, всегда можно было заказать на специальном комбинате или в ресторане. Я просто записывал пожелания насчёт меню, со счёта списывались средства,и еду доставляли в нужное время в нужное место. А потом слонялся по таким местам обитаемого космоса, в которых жареные крысы или тараканы шли за деликатес. И натуральных продуктов там не достать, в основном концентраты и стабилизированные питательные смеси. Их раздают в благотворительных центрах, пачка на человека раз в три дня.

На этом он осекся и перевел взгляд на свои руки, постучал пальцами по столу и продолжил:

– Но ты можешь рассказать, как это делается, и в следующий раз не оплошаю с завтраком.

Он точно издевался и подначивал ее со своим следующим разом. И как только Катарина поняла это, злость сразу же улеглась.

– Для начала возьми за дверью фартук.

Рик с опасением заглянул на вешалку, затем cнял с нее нейтральный полосатый фартук, надел его и повернулся к Катарине.

– Мне кажется, это было лишним.

– Однажды Хуан перевернул на себя кастрюлю горячей пасты с соусом и только фартук спас его от перспективы петь в церковном хоре!

– Я все же инженер, человек с высоким уровнем эрудиции, – Рик подошел к плите и присел на уровне ручек, контролирующих подачу газа, - и не могу всерьез воспринимать такие страшилки. Без автоматического розжига, да?

– Без, - губы сами собой расплылись в злорадной усмешке, но издали наблюдать такое представление глупо. – Нужно приспособление, с которым ты ещё не сталкивался.

Катарина покопалась на полке, вытащила коробок спичек, чиркнула по темному боку и показала Рику огонек. Но хитрец раньше нее взял кухонную зажигалку и поднес ее к конфорке.

– Ожидал, что ты будешь издеваться, но спички…

Не с первого раза, но Рик все же смог разжечь плиту и поставил поверх нее сковороду.

– Теперь налей немного масла, - Катарина протянула ему бутыль, – и осторожно разбей в миску три яйца, надо проверить, не испорчены ли. Если желток растечется – все пропало.

Рик лил масло буквально по капле, затем также сосредоточенно бил яичную скорлупу и выливал содержимое в тарелку, затем из нее на сковороду. Катарина заглядывала ему через плечо и давала советы, чувствуя себя не меньше, чем шеф-поваром.

– Когда белок схватился, можно его посолить. Желток нельзя, на нем останутся белые пятна.

– Покажешь?

Пабло сделал шаг назад, а когда Катарина встала на его место, чтобы правильно посолить, закрыть сковороду крышкой и убавить огонь, вплотную к ней прижался и положил руку на плечо. Можнo подумать, специально притворялся ради этих мгновений.

– По тарелкам сам разложишь или еще не наобнимался? - Катарина обернулась и оказалась лицом к лицу с Риком. И назад не отступишь: там плита и горячая сковородка на ней.

– А для этого нужен предлог в виде тарелок?

Он положил руку на затылок Катарине и снова поцеловал, правда потом развернул так, чтобы за ее спиной оказался стол, к которому можно без опасений прислониться, а то и сесть, хотя за последнее мама бы ее взгрела. Но меньше всего сейчас хотелось думать о запретах. Катарине не хватало воздуха, а ещё – Рика. Сколько бы он не целовал ее, не гладил и не прижимал к себе – всего казалось мало. И если бы не работа и Дэвисы, вряд ли бы Катарина смогла оторваться от Эспозито.

А потом, прислонившись лбом к оконному стеклу трамвая, ругала себя за глупость. Сколько она слышала историй об отношениях с нелегалами? Десятки! И счастливых среди них было немного. Самые благополучные про то, как красавчик без документов поленился зайти в медицинский пункт за бесплатной для всех поливакциной и чуть не погиб от скрытой болезни своей возлюбленной. В основном же эти истории представлялись вереницей плачущих женщин, каждая из которых просила вернуть ей деньги, семейные ценности и какого-нибудь Джо. У некоторых при этом было такое зверское лицо, что любому понятно – встречу с бывшей возлюбленной Джо не переживет.

Но найти в необъятных трущобах конкретного мужчину было непросто, а те не нарывались и выбирали себе жертв с изрядными перерывами.

И каждая, абсолютно каждая из таких женщин, доказывала, что на афериста ее любовник не походил. Был чутким, нежным, отзывчивым, не прoсил в открытую денег, не крал ничего. Просто в какой-то момент признавался, что умирает от болезни, должен бандитaм, придумал проект, который обещает сказочные прибыли в дальнейшем, а влюбленная в него женщина тут же расставалась со своими сбережениями. "Джо", как правило, был хорошим психологом и умел подобрать ключик к своей жертве, иногда такой, что та даже не обращалась в полицию.

Потому сейчас Катарина и ругала себя за глупость, а ещё обещала, что как только Рик попытается выманить у нее деньги – их отношения закончатся. Но старые вещи Хуана же не считаются? И еда, и то, что он ночевал у Катарины и, кажется, не прочь повторить это?

Братец, у которого с документами нет никаких проблем, как и с работой, тоже был не прочь заночевать у какой-нибудь красотки, а себя Катарина не считала уродиной. И титул "Вице-мисс полицейcкое управление северного полушария" подтверждал это. Тогда у нее были все шансы занять первое место, но в жюри намекнули, что победительнице придется завязать с оперативной работой и уйти в пресс-службу. На такое Катарина пойти не могла, это значило бы расстаться с идеальнейшим из мужчин и своими мечтами о должности детектива.

Значит, Эспозито, мог интересоваться ей не только как cержантом полиции с жильем, но и просто как девушкой.

Очередной симпатичной девушкой, с которой можно развлечься и наутро забыть ее имя. От подозрений и мыслей уже голова шла кругом, поэтому Катарина прoсто уставилась в окно, считая фонарные столбы, чтобы отвлечься.

Мимикратор она натянула в кабинке для переодевания торгового центра. Там сегодня шли большие распродажи, и замотанные продавщицы даже не обратили внимания на то, что купившая кофточку женщина совсем не та, которая взяла ее для примерки.

Чужой облик внезапно тяготил и казался лишним: если бы Катарина вернулась в полицейский участок,то встретилась бы там с Ρиком. Пообедала с ним, перекинулась парой слов, заодно выяснила, чего на самом деле хочет Эспозито.

Но нет. Ее ждут Рык, единороги, прогулки и… Бетани.