Глава 21

Люсиль вскоре вернулась, и мы, по негласному соглашению обошли молчанием случившееся. Мне претила сама мысль омрачать преждевременным беспокойством, полюбившуюся мне женщину, вестью о нашем скором отбытие. Да и ей, должно быть, невыносимо было вновь вспоминать тот ужас, что она успела пережить за те несколько мгновений.

Я прислушивалась к отдаленному шуршанию ее шагов на первом этаже, пока сама так же бесшумно, складывала наши пожитки в дорожные сумки.

Решение было принято: дождаться Терезу и с первыми лучами зари покинуть этот дом. Но куда направиться? Ответа на этот вопрос у меня по-прежнему не было.

Теперь к хаосу в моих мыслях добавлялось раннее, неожиданное появление магии в Кевине. Ее пробуждение было опасно для него самого и для всех окружающих. Разумеется, я не могла допустить, чтобы из-за этого пугающего дара пострадало еще хоть одно невинное существо.

Из прочитанной книги я припоминала, что магия эта, хоть и редкая, и смертоносная, сама по себе не была для ее обладателя приговором. Никто не отправлял таких на костер или в темницу.

Его убили в той истории не за дар, а за неумение — или нежелание — его обуздать.

Тогда, на страницах романа он носил в себе эту тайну, как носят незаживающую рану, и она однажды прорвалась.

Но теперь все иначе. Теперь у нас было время, время обуздать, изучить и гармонично научиться сосуществовать с ней вместе.

Мне отчаянно нужна была информация о магических учебных заведениях. Ради этой цели я переоделась в простое, ничем не примечательное платье среднестатистической горожанки, которое взяла у Люсиль. Оно сидело на мне немного мешковато, но в этом был свой плюс: так я привлекала меньше внимания.

Приходилось признать: фигура Кэтрин была выдающейся, а лицо — слишком красивым и запоминающимся. В качестве маскировки я надела старомодную шляпку с тонкой вуалью, скрывающей глаза, и отправилась в самое сердце городской жизни — на рынок.

Тревога за Кевина тлела в душе, но уже не пылала тем испепеляющим огнем, что прежде.

Пока я собиралась, он ненадолго проснулся. Я накормила его, и он снова погрузился в восстанавливающий сон. Внешне сын выглядел здоровым, лишь изможденным, будто после долгой болезни.

Его я со спокойной душой оставила на попечение Люсиль, да и Люк согласился провести у нас день, обеспечивая хоть какую-то защиту.

«Нанятый извозчик довёз с ветерком», — хотелось бы так сказать. Но старая повозка, как и запряжённая в неё кобыла, тащились медленнее самой неторопливой черепахи. Дорога превратилась в муку. Каждый стук колеса по булыжнику отдавался в позвонках.

«Пешком добралась бы быстрее», — мысленно простонала я, откидываясь на спинку сиденья. В надежде глотнуть свежего воздуха я распахнула тугую задвижку окошка, но тут же, скривившись, захлопнула её обратно, стоило вдохнуть густую смесь запахов конского навоза, пота и пыли.

Сама виновата: это я пожелала отправиться в самый людный и душный район города, на рынок, где царило наиболее плотное скопление всевозможных товаров и живого люда.

Едва экипаж, скрипя, остановился, я, не дожидаясь помощи, выскочила на мостовую, сунула вознице монетку и растворилась в бурлящей толпе.

Поначалу давка и смрад оглушили, но, немного привыкнув, я замедлила шаг и начала более вдумчиво прохаживаться по узким, как щели, переулкам, с двух сторон заставленными прилавками и палатками.

Пока я искала нужное, по мелочи прикупила кое-что для нашего путешествия. И наконец, в лабиринте торговых рядов мелькнула долгожданная вывеска.

Я чуть ускорила шаг, не глядя под ноги, и… с размаху столкнулась с тщедушным мальчишкой, у которого во все стороны полетела стопка свежих газет.

— Прости, не ушибся? — подхватила его и, виновато поправила съехавшую набекрень кепку в серую клетку.

— Да что вы, леди! — защебетал паренёк, по-юношески ловко подбирая бумагу. — Вы такая хрупкая, что ваше касание было легче крыла бабочки. Свежую газету не хотите? — хитро прищурился, растягивая улыбку до ушей.

«Малолетний обольститель. Во даёт!» — с внутренним смехом подумала я.

Ласково улыбнувшись в ответ, я выудила из кошелька монетку номиналом побольше — за неё можно было купить разом десяток газет, — положила на его раскрытую ладонь и взяла одно издание.

— Ого! Вы не только красивы, но и щедры! — впечатлился подросток.

Не отвечая на комплимент, я кивком попрощалась и поспешила к заветному магазинчику.

Внутри оказалось не так мрачно, как казалось снаружи. Книжная лавка встретила меня тишиной, пахнущей старым пергаментом и кожей, и обилием высоких стеллажей, доверху заполненных ровными рядами фолиантов.

Сбоку притулился один-единственный стол для продавца, но за ним никого не оказалось. Что же делать? Я медленно обвела стол взглядом, не находя ни кнопки вызова, ни колокольчика.

«Ладно, пока осмотрюсь», — решила я. Большинство корешков были аккуратно подписаны, но попадались и совсем без надписей, без каких-либо опознавательных знаков. «Я так до вечера буду искать то, что нужно».

— Кхе-кхе, — кашлянула я, почему-то чувствуя себя неловко, словно школьница. — Можно кого-нибудь в помощь? — негромко проговорила в пустоту.

— Ну что за нетерпеливые, занят же я был, непонятно разве? — раздалось в ответ ворчание, и из-за ближайшего стеллажа, от словно из-под земли возникшего мужчины.

Я моргнула — секунду назад там никого не было, это точно. Магия?

— Прошу прощения, что отвлекла от важных дел, — вежливо начала я. — Не могли бы вы подобрать книги, связанные с магией? Лучше теорию для начинающих и, возможно, справочник лучших школ для магов.

Продавец уставился на меня поверх пенсне, и его взгляд стал пристальным, изучающим.

— Как вы сказали, вас зовут? — переспросил он.

— Я не говорила, — нахмурилась я, не понимая, зачем продавцу в книжной лавке моё имя.

Мужчина на вид чуть старше пятидесяти, самой заурядной внешности, окинул меня беглым, но на удивление проницательным взглядом.

— То, что вы ищете, не собрано в одном томе. Теория, как вы изволили выразиться, для каждой направленности своя. Да и юные маги чаще пребывают на домашнем обучении, о чём вы, конечно же, должны были знать. Вы же — дама из знатных, хоть и пытались это зачем-то скрыть. Но, скажу по секрету, любой проходимец за дверью это сразу раскусил.

— И как же? — не удержалась я от вопроса, хотя разговор зашёл совсем не туда, куда я планировала.

Продавец, или кто он там был на самом деле, ответил не сразу. Молча проследовал к своему столу, достал из ящика несколько чистых листов и начал что-то быстро набрасывать на них пером.

— Ухоженные мягкие руки, светлая кожа без единого изъяна, след на безымянном пальце, который, к слову, уже почти сошёл. И эти изящные, но мягкие туфли, совсем не подходящие под ваш наряд, — перечислил он, не поднимая головы.

Я опустила взгляд на свои руки и обувь, и стало досадно. Надо признать, когда он указал на эти, казалось бы, очевидные вещи, я почувствовала себя полным профаном. Не быть мне мастером маскировки, а я-то думала, что справилась на ура.

— Вот, возьмите, — он протянул мне исписанные листки.

— Что это? — я не спешила их брать.

— Моя помощь. Вы же за ней сюда пришли.

Скептически осмотрев листы, я всё же взяла. Сыграло роль любопытство. Бегло пробежалась глазами по строчкам, но толком не поняла сути.

Передо мной был какой-то список и несколько имён с названиями городов. Я подняла голову, взглядом требуя пояснений.

Мужчина недовольно вздохнул, будто был раздражён самой необходимостью со мной возиться. Моё возмущение «Я ведь просила вас не об этом!!» застряло в горле, стоило ему снова заговорить.

— На первом листе — список мест и семей, где вашему чаду, возможно, смогут помочь. Воз-мож-но! — выделил он особенно. — Следующие письма отдадите тем, чьи имена указаны. Это важно.

Я уже собралась возмутиться: «Я что, посыльный?» — но он резко поднял палец вверх, и я удивительным образом подавилась собственным протестом. Словно губы срослись. Не успела я запаниковать, как он продолжил, и его голос приобрёл стальные нотки:

— А на последнем — инструкция с картой, где можно приобрести блокирующие браслеты. Поверьте, они вам нужны в первую очередь.

И вот сейчас, в тишине книжной лавки, по моей спине медленно скатилась ледяная капля пота. Откуда он знает так много? Я была абсолютно уверена: он знал всё ещё до того, как я переступила порог. Кто он такой?

— С вас два красных алмаза и пять голубых, — бесстрастно заключил он.

Я стояла, приросшая к месту, и лишь часто-часто хлопала глазами. Заколдовал меня, чёртов маг! Он может взять из моей сумки всё, что захочет. Почему же просто не сделает этого, а просит отдать самой?

Мужчина раздражённо махнул на меня рукой, и сковавшее тело оцепенение отпустило.

Не спрашивая больше ни о чём, я дрожащими руками достала из сумки кошелёк и высыпала на стол ровно те камни, что он запросил.

Я была уверена: либо он читает мысли и видит сквозь материю, либо у него повсюду есть глаза и уши.

Не прощаясь, выскочила из магазина, будто за мной гналась свора голодных псов. К чёрту этот рынок, к чёрту этот город!

Заскочив в первый попавшийся экипаж, я сдавленным голосом выдохнула адрес и забилась в самый угол, стараясь унять дрожь в коленях и в сердце.