Глава 46

Любовь. Пирожные закончились, и настроение Барина улучшилось, хотя его организм и не получил дозу сахара. Впрочем, сладкое тоже вредно для здоровья. Он улыбнулся и коснулся моих пальцев, и внутри меня всё зажглось.

— Антон, мы же…

— Нелля, — ласково прошептал он. — Нелля, мы…

— Да?

— Что да? — переспросил он.

— Ну, да! — с нажимом повторила я.

— А, понял! Домой!

— А как же твой браслет? Сбежишь от Димки? Он же потом от нас не отстанет.

— Чёрт! — выругался Барин. — Придётся его подождать.

Мне захотелось в туалет, и я под этим предлогом покинула мужа. Сахар подействовал на меня оглушительно, в глазах начало темнеть, а сердце выдало чечётку. Хотя это могло сказаться и нервное перенапряжение, в которое поверг меня Барин. А может ещё и моё падение плохо отразилось на здоровье. Я умылась холодной водой, которая воняла хлоркой, вытерла лицо бумажными полотенцами и вышла из туалета. Мимо меня к следующей дверце прошёл высокий мужчина, и его лицо показалось знакомым. Где я могла его видеть?

Я вернулась за столик, мы ещё немного подождали Димку, друг позвонил и попросил зайти к нему в кабинет. Барин презрительно скривился, но всё же поплёлся туда. Я, как верная жена, последовала за ним. Браслет плотно лёг на лодыжку Барина, и Димка с ехидной ухмылкой застегнул приспособление для слежки.

— Теперь ты под колпаком, — провозгласил он, отчего Антон едва не закатил глаза.

— Давит, — проворчал муж.

— Потерпишь ради дела.

— А вы торопитесь с расследованием? — разозлился Барин. — Почему я должен быть козлом отпущения?

— Жить надоело? — перебил его Димка.

— Мальчики, — вклинилась я в разговор, но наученная горьким опытом, не стала вставать между ними, чтобы не очутиться на полу.

— Всё, поехали домой, — властно произнёс Барин, поднялся со стула и перехватил меня под локоток.

— Нелля, задержись на минутку, — попросил Димка.

— Она будет говорить при мне, — кажется, у нас опять всё заполыхало, Барин ещё сильнее сжал пальцы на моей руке.

— Антон, пожалуйста, — ласково попросила я, будто бы маленького ребёночка уговаривала. — Дима же меня не съест.

Но судя по ядовитой улыбке моего друга, именно это он коварно и задумал. Мама, ну почему мужчины такие вредные мальчишки? Барин надменно фыркнул, отпустил мою руку и покинул кабинет с видом обиженного мужа.

— Нелля, — Димка тут же вплотную приблизился ко мне. — Я прошу, хотя бы ради своей мамы, постарайся держаться подальше от этого идиота. Он на прицеле бандитов.

— Ты же теперь круглосуточно следишь за ним.

— Нелля, ну как ты не понимаешь! — в сердцах воскликнул Димка. — ты же мне не безразлична! Нелля!

— Почему ты раньше никогда не говорил о своих чувствах?

— Ты была рядом, и мне этого вполне хватало, — признался Димка. — Я и предположить не мог, что ты влюбишься в бандита.

— То есть, — у меня в горле запершило от обиды: — пока я была без мужчины, ты считал меня…

— Нелля, нет! — видимо, Димка понял, как закрутились мысли в моей голове.

— Я лучше пойду, — сдавленно прошептала я и поторопилась в коридор, где меня уже заждался муж.

И поскольку у Барина отпала необходимость прятаться, то мы вызвали такси и поехали прямиком домой. Я на заднем сиденье поближе придвинулась к нему и проговорила:

— Антон, тебе надо познакомиться с моей мамой.

— Зачем?

— Как зачем⁈ Она же волнуется, когда я ночую у тебя.

— Правда, что ли? — ухмыльнулся он. — А вдруг твой друг проворонит моих врагом и меня убьют? Может, не стоит торопить события?

— Какой ты бесчувственный!

— Нелля, с меня на сегодня хватит нервных потрясений. Я устал и хочу нормально поесть. Ты даже не представляешь, как это утомительно прятаться в собственном доме.

Я не стала спорить с мужем и отодвинулась к окошку. Браслет странным образом испортил характер Барина, и это ведь были только цветочки. Ровно через полчаса я стояла в фартуке на кухне и жарила куриные котлетки, а муж развалился на диване и пялился в телевизор с банкой пива. Это был настоящий ужас! Я не могла понять, куда подевался мой заботливый и нежный муж.

— Нелька, долго ещё⁈ — крикнул Барин из зала.

— Подождёшь, — проворчала я.

— Ты гречку варить поставила?

— Я не могу одновременно делать десять дел!

— Боже! — донеслось из зала. — Меня жена уморит голодом!

Я была готова придушить Барина голыми руками, но вместо этого начала варить гречку.