15

К концу своего пребывания в Крыму Алла Викторовна и Сергей Евгеньевич, пресытившиеся пляжным отдыхом, решили поехать на теплоходную экскурсию в Ялту. Маленький Владик был в восторге от морского путешествия, взрослые с трудом удерживали его от беготни по палубе. Сами они тоже наслаждались сверкающим морским простором и живописными видами берегов, соленым ветром.

В Ялту прибыли к полудню, и, после прогулки по знаменитой набережной, зашли пообедать в прибрежное кафе на открытой террасе. Заказанные блюда принесли быстро, и все трое приступили к еде, когда Аллу Викторовну окликнул молодой женский голос из-за соседнего столика, где расположились две молодые пары.

–Алла Викторовна! Какая встреча!

К их столику подсела московская подруга их дочери, Катя. Подобные встречи не так уж редки в курортных местах, и всегда очень приятны. Катя стала расспрашивать о Юле, восхищаться Владиком, вспоминать школьные годы, когда была частым гостем в доме Березиных. Потом рассказала и о себе.

– Фирма моего мужа давно приобрела небольшую базу отдыха в Алуште, мы почти каждое лето там бываем. Знаете, после Турции, Египта и Таиланда, все-таки хочется отдохнуть в родных местах, хоть и с меньшим комфортом. Юля ведь тоже на этой базе отдыхала, четыре года назад. Мы тогда сразу уехали, отец мужа был тяжелом состоянии после инфаркта, но Юле и без нас понравилось это место. Все время приглашаю ее в гости, но она отказывается. Повлияйте на нее, я очень по ней скучаю!

– А который же твой муж? – спросила Алла Викторовна, разглядывая Катиных спутников.

– Тот, который брюнет. А второй – Эдик, его друг и сослуживец со своей девушкой.

– У друга твоего мужа очень знакомое лицо. Я не могла его видеть раньше?

– Это вряд ли, он в нашем городе никогда не бывал. Он ведь вообще-то Эдвард, наполовину швед, сын владельца большой компьютерной компании. Работает в московском филиале, и живет постоянно в Москве.

Катя продолжала щебетать, а Алла Викторовна не могла оторвать глаз от молодого человека скандинавской внешности, рослого и широкоплечего, с резкими чертами, глубокими серыми глазами и слегка волнистыми пепельными волосами. Беседуя со своей спутницей, он слегка наклонял голову, чуть приподнимал бровь и улыбался одними кончиками рта. Женщина готова была поклясться, что ей знакомо это лицо.

Катя вернулась к своему столику, а Березины поспешили закончить обед. Им следовало поторопиться, чтобы не опоздать к отплытию теплохода. Проходя мимо соседнего столика, Алла Викторовна тепло попрощалась с Катей, при этом заметила, как Эдик пристально разглядывал Владика, потом улыбнулся и подмигнул мальчику. Малыш смутился, схватил бабушку за руку и потянул к выходу. Она опустила взгляд на внука, и ее словно током пронзило. Владик был точной копией Эдика, он так же поднимал бровь и улыбался уголкам губ. Алла Викторовна растерялась, и на ослабевших ногах вышла из кафе.

На обратном пути женщина почти не разговаривала и смотрела только в морскую даль, предоставив бывшему супругу заниматься внуком. Ее мучила собственная догадка, внезапно открывшаяся ей Юлина тайна. Бедная девочка, как же ей было тяжело! Этому красавцу ничего не стоило соблазнить провинциальную девушку, и бросить за ненадобностью. Почему Юля скрыла от всех эту историю, даже Катя ни о чем не подозревает. Интересно, а сам Эдвард знает о своем отцовстве?

Алла Викторовна корила себя за то, что не спросила у Кати фамилию Эдика, и вообще ничего не успела сделать, чтобы как-то прояснить эту ситуацию. Потом решила, что все к лучшему. У дочери упрямый и независимый характер, она не хочет никакой огласки, раз молчит уже четыре года, и не потерпит никакого вмешательства в свою жизнь.

Владик умаялся за этот долгий день, и уснул на руках у деда. Сергей Евгеньевич давно с тревогой поглядывал на бывшую жену, не понимая перемены в ее настроении. Потом решился заговорить:

– Аллочка, с тобой все в порядке? Как ты себя чувствуешь?

– Все нормально, не обращай внимания.

– Я хочу тебе кое-что сказать. Завтра мы уедем домой, когда еще представится случай поговорить! Хочу ответить на твой вопрос, счастлив ли я. Знаешь, я много лет любил тебя всей душой, несмотря ни на что, и мое чувство не угасло до сих пор. Но любовь нужно беречь, а ты ее годами разрушала. Нельзя унижать близких людей никогда, а мужчины особенно остро реагируют на пренебрежение. Все эти дни мы с тобой очень хорошо общались, и если бы так было раньше, я никогда не ушел бы от тебя! А теперь я живу с женщиной, которая меня любит, даже слишком много уделяет мне внимания, иногда меня это раздражает. Наверное, это нельзя назвать счастьем, но я никогда не брошу ее, это было бы слишком жестоко и незаслуженно.

– Я тебе этого не предлагаю, зная твою порядочность. – отозвалась Алла Викторовна. – Я много думала о нашем разводе, и поняла, что во всем виновата сама. Но при этом я никогда тебе не изменяла, и до сих пор живу без мужчины. А ты не просто ушел от меня, чтобы дать возможность одуматься. Ты ушел к ней, она уже существовала в твоей жизни. И это мне тяжело простить тебе до сих пор. Но пора нам поставить точку. Произошло то, что произошло. Каждый из нас пошел своим путем, и уже ничего не изменишь.

– Ты, как всегда, права. Только почему-то очень горько это осознавать.

– Мне тоже…

А в это время Юля ожидала прихода Игоря и не находила себе места. Он появился под вечер с неизменным букетом и бутылкой вина. Поздоровался, поцеловал Юлю в щечку и укоризненно уставился на нее.

– Ну, как настроение, агент непутевой разведки? До сих пор не могу понять, как в эту прелестную головку пришел такой странный план!

– Ты хочешь сказать – идиотский? Ну, хватит меня уже ругать, лучше скажи, что ты придумал.

– Попробуй угадать.

– Думаю, ты пошел к своему любимому дяде, начальнику райотдела милиции, и все ему выболтал, не посоветовавшись со мной.

– Попала в точку. Советоваться было некогда, я завтра уезжаю, а опасность тебе может грозить в любую минуту, мало ли что тебе взбредет в голову! Твою фамилию я не называл. Можно, я опущу подробности о дядиной реакции на мой рассказ и тех выражениях, в которых он выразил свое возмущение? Он долго не мог успокоиться, потом подумал и предложил такой план. Во-первых, ты уходишь из ресторана, снимаешь дурацкий парик, наносишь макияж, и стараешься не попадаться на глаза охранникам, остальных сотрудников ты и не видела. Во-вторых, должно пройти не меньше месяца, пока о тебе вообще все забудут. В- третьих, потом дядя найдет возможность связаться с Дроздовым и скажет ему, что поступил анонимный звонок о нарушениях в работе «Избы». Якобы аноним готов предоставить документальные подтверждения нарушений, если эта лавочка на территории детского парка не будет прикрыта. Ну, в общем, он знает, как лучше разговаривать с такими людьми. Как тебе?

– А если он согласится, то нарушения останутся безнаказанными?

– Ликвидация предприятий производится после налоговой проверки, тебе ли не знать? Так что нарушения все равно выплывут, если они не устроят пожар и не сожгут все бухгалтерские документы.

– Это им не поможет. Не могут же они сжечь и банки, где у них находятся счета, так что платежные документы сохранятся. Ладно, предположим, с этим я согласна. А как же Ашот?

– Ну, этот точно не уйдет от ответственности, если, конечно, действительно занимается наркоторговлей. Дядя даст наводку отделу по борьбе с наркотиками, не открывая источника информации, его возьмут в разработку.

– Спасибо тебе, – с чувством сказала Юля. – Я не знаю, что бы делала без твоей помощи! Пойдем, я приготовила ужин специально для тебя.

Они долго ужинали при свечах, пили вино и даже потанцевали под тихую музыку. Оба непривычные к спиртному, слегка захмелели, и их неудержимо потянуло друг к другу. Ветер шевелил занавеску, и в окно заглядывала луна. Музыка все звучала, но молодая пара ничего не слышала и не видела. Они узнавали друг друга с новой, неведомой прежде стороны, и это узнавание было таким пронзительным и волнующим, как это бывает только в молодости, на пике душевных и физических сил. Это был взлет на высокую вершину и падение в бездонную пропасть страсти, от которого прерывалось дыхание, и кровь пульсировала в каждой клетке, и хотелось плакать от счастья и обнять весь мир.

Когда они, наконец, разомкнули объятия среди смятых простыней, стало ясно, что Игорь уже никуда не уедет в эту ночь. Об этом не могло быть и речи, это было понятно по их красноречивому молчанию.

– Юля, я не знаю, как смогу не видеть тебя каждый день. А отпуск только в августе. Давай вместе поедем отдыхать, ты же говорила, что родители тебя отпустят. Это будет наш медовый месяц, потому что распишемся мы в июле.

– Июль начнется через неделю.

– Я позабочусь о том, чтоб нас не заставили долго ждать, и поженимся в конце июля.

Юля села и натянула на себя простыню.

– К чему такая спешка? Надо же подготовиться, ведь это же свадьба! Я хочу платье, кольца, хоть небольшой, но банкет, фотографии и видео. Это же память на всю жизнь! Давай съездим на отдых, а в сентябре поженимся!

– Ладно, если ты так хочешь. Я могу считать, что получил твое согласие?

– Да. – после небольшой паузы ответила невеста.

– Тогда остается решить, где мы будем жить. Сразу предупреждаю, что при всем уважении к твоей маме, не приду жить в ее квартиру. И к своим родителям тоже тебя не приведу. Хочу, чтобы с первого дня мы были только вдвоем!

– Втроем.

– Ну, естественно. Пока снимем квартиру, а потом начнем думать о собственном жилье.

Утром, с трудом оторвавшись от своей невесты, Игорь уехал на работу. Перед уходом он предупредил:

– Надеюсь, ты понимаешь, что всю твою историю с рестораном нельзя рассказывать никому. Даже родителям. Даже твоим подругам. Сумеешь удержаться и не похвастаться своими подвигами?

– Не волнуйся. Я давно научилась хранить секреты.

Через два дня Юля распрощалась с работой в ресторане, получив при этом неплохую сумму денег и одобрительный отзыв от Аревик Багратовны. Ей было приятно, что она сумела что-то заработать сама.

А на следующий день приехали ее родители и маленький сын. Владик радостно встретил мать, которая так соскучилась во время этой первой разлуки, что даже расплакалась, обнимая сына. Алла Викторовна и Сергей Евгеньевич выглядели замечательно, посвежели, загорели, но показались Юле немного печальными. Когда все вошли в квартиру с чемоданами, девушка попросила отца задержаться.

– Дорогие папа и мама! Я хочу сообщить вам новость. – Юля была смущена, даже голос срывался, – Мы с Игорем решили пожениться. В субботу он приедет из лагеря и придет к нам просить моей руки. Поэтому, папочка, тебе обязательно нужно присутствовать.

Родители переглянулись, и улыбки осветили их лица. Они поздравили дочь с правильным решением и заранее пожелали счастья. Им обоим нравился Игорь, и предстоящий брак был для них желанным.

Сергей Евгеньевич подхватил свою дорожную сумму и заторопился к выходу, боясь, что таксист устал его ждать. Алла Викторовна проводила его, и , возвратившись в комнату, принялась рассказывать о прошедшем отпуске. Владик не отрывался от матери ни на минуту, и тоже пытался поведать ей о том, как дедушка учил его плавать, на каких аттракционах катал, и на каком теплоходе они плавали.

Жизнь вошла в обычную колею. Юля водила сына в парк, и с нетерпением ожидала возвращения подруг. Она заметила, что мать стала к ней относиться нежнее, чем прежде, и вообще, очень изменилась. С такой мамой хотелось секретничать, делиться своими мыслями и планами. А повод для обсуждений был очень серьезный – предстоящее замужество Юлии. Мать одобрила планы молодых о совместном отдыхе и бракосочетании в сентябре, но заняться приготовлениями следовало уже в июле. После увлекательных разговоров о платье, фате, выборе ресторана, перешли к списку предполагаемых гостей.

– Ну, бабушка – это само собой разумеется, Вика и Таня с мужьями обязательно, – перечисляла Юля, – Родители Игоря тоже, и еще я свяжусь с Катей, может они приедут, заодно и родных навестят…

– Я забыла тебе рассказать, мы же в Ялте встретили твою Катю, – преувеличенно оживленно перебила ее Алла Викторовна. – Представляешь, обедали в кафе за соседними столиками! Как тесен мир!

– Да что ты! Ну и как она?

– Выглядит отлично, только немного располнела. И муж ее мне понравился. Они были с друзьями, такой красивый Эдик со своей девушкой. – Алла Викторовна наблюдала за дочерью, и, заметив, как она изменилась в лице, поняла, что не ошиблась в своих подозрениях.

Юля быстро перевела разговор на другую тему, а ее мать пожалела, что упомянула встречу в Ялте, ведь ненужные воспоминания могли помешать предстоящей свадьбе.