Глава 17
Алекс
— Это Катриэль Антонеску, — не смело сказал парнишка, подойдя к гробу и заглядывая в него. — Она мне седьмая вода на киселе, видел ее однажды на фото в семейном альбоме. Правда, там она младше выглядела.
— Значит, Антон ее родственник. Тогда понятно, почему он впрягся! — проведя рукой по стенке гроба, я царапнул его ногтем, оставляя глубокую борозду на полированной лаковой поверхности. — Гроб дорогой, — отметил как бы невзначай.
Андре кивнул, давая понять, что полностью согласен с моим мнением.
— Что могла натворить девушка, чтобы решиться на такой отчаянный шаг?! — подумал я вслух.
— Это мы узнаем, когда Катриэль проснётся, — спокойно произнёс Шаман, доставая из кармана пиджака смартфон.
— Это Эйлин, — глянув на экран, сообщил Андре. — Ладно, пора и честь знать! — поднявшись на ноги, он направился к выходу. Повернувшись в пол оборота у самой двери, он добавил: — Девушку уложить, как только она проснётся, напои горячим чаем. Много есть не давать, если будут вопросы — звони!
Константин прошмыгнул в дверной проем следом за Шаманом и прикрыл тихо за собой дверь.
Вновь подойдя к гробу, я пропустил одну руку ей под колени, а другой обхватил узкую изящную спину, чтобывзять девушку на руки. Крошечная как Дюймовочка, казалось, Катриэль ничего не весила. Штанга в спортзале была тяжелее этой девчонки!
Спустя пятнадцать минут, стоя у окна, наблюдал, как суетится Долорес, поправляя одеяла по бокам рыжей.
— Бедняжка! Какая же бледная… Мистер Ольсен, она больна? — горестно вздохнула полная женщина и запричитала: — А худая-то какая! — взяв кисть рыжеволосой, она положила ее осторожно ей на живот. — Вот проснёшься и старенькая Долорес возьмётся за тебя. Живо на ноги поставлю своим фирменным куриным бульоном, — с энтузиазмом пообещала женщина.
Она осторожна взбила подушку под головой девушки и наклонилась к ней.
— Ох! ты ж господи! — вскрикнула она, прижимая полные руки к груди. — Это кто ж тебя так, рыбонька моя?!
— Что там? — спросил я, направляясь к изголовью кровати.
Женщина пальцем подцепила ворот рубахи и слегка ее отодвинула вниз, обнажая кусочек кожи под ключицей. Там чернела огромная гематома, которая уходила вниз к груди.
Сжимая зубы от злости, я несколько раз чертыхнулся. Настолько это чёрное пятно выглядело зловеще на идеальной белой нежной коже, настолько сильно захотелось немедленно схватить виновника и оторвать ему башку. В прямом смысле слова…
— Есть чем помазать? — я достал сотовый из кармана брюк, быстро набрал номер, который знал по памяти. — Нет, не проснулась! У неё огромный синяк на груди. Что можно сделать? Если бы это был синячок, поверь, я бы не стал тебя беспокоить! У неё приличная гематома под ключицей! — возмутился я на слова друга о том, что я паникую. — Да не диктуй мне свою тарабарщину! — я отвёл руку с телефоном от уха, с возмущением посмотрелна смартфон, как будто передо мной Андре собственной персоной. — Передаю трубу Долорес! Объясни все ей.
Женщина, все это время стоявшая рядом со мной, судорожно сжимая пальцами передник, тут же схватиламой телефон.
— Да-да, сеньор Андре! Все есть. Прямо сверху приложить? — Долорес ещё несколько раз кивнула во время телефонного разговора, затем, попрощавшись, вернула мне сотовый.
— Занимайся! — отрывисто бросил я Дороти и направился на выход, борясь с желанием оглянуться на хрупкую девушку, лежащую в моей комнате. В моей кровати… на моих простынях… Там, куда ещё не имела чести быть приглашенной ни одна из моих женщин, аона даже не моя женщина. Вполне возможно, она — враг. Спальня — это моя территория. Я не любил, чтобы кто-то, кроме меня, пересекал ее границы.
«…но только моя комната ближе всего к кабинету» — мгновенно оправдался перед самим собой, чтобы не думать о странности своего поступка.