Глава 14

Темнота. Темнота и тишина, почти звенящая. Ее нарушало лишь негромкое шуршание колёс по гравию. Машина идет плавно, изредка покачиваясь. Где я?! Я пытаюсь пошевелиться — не выходит. Почему ничего не видно? Повернула голову вбок, о чем мгновенно пожалела. Височную долю пронзила острая боль, которая вырвала мучительный стон из моей груди. Постепенно вернулась способность мыслить и относительно ясное сознание. Я вспомнила свой разговор с Берехом и то, как он ударил меня, после чего засунул в багажник. Я снова предпринимаю попытку изменить позу, но тщетно. Мало того, что руки связаны за спиной, так еще и таким узлом, который и при свете-то не распутать, не говоря уже о том, если ты лежишь в темноте в позе эмбриона. В горле пересохло и першило. Кляп мешал дышать, создавая впечатление, что я вот-вот задохнусь. Машину несколько раз порядочно тряхнуло, отчего я сильно ударилась головой. Боль звенящим криком пронзила воспаленное сознание, высекая слезы на глазах.

Неожиданно машина остановилась. Я сжалась, в ожидании того, что будет дальше. Звук открывающегося багажника и близкой опасности, резанули по нервам острым хорошо заточенным ножом, заставляя дернуться и замереть. Я почувствовала, как моих волос коснулся не сильный ветерок, и судорожно вдохнула прохладный свежий воздух. В следующее мгновение сильные костлявые пальцы больно ухватили меня за предплечье, бесцеремонно вытаскивая из моей временной тесной темницы.

— Ну, вот мы и приехали… жена! — голос Береха звучал торжествующе.

Он сорвал с моих глаз повязку и вытащил кляп. Слепо щурясь и оглядываясь по сторонам, я судорожно несколько раз провела языком по потрескавшимся губам. Напротив меня находился заброшенный завод. Прямо фильмах ужасов, я — главная героиня, которую под тревожную музыку ведут в мерзкий сырой подвал. Здание было темное, с разбитыми окнами, неухоженной и запущенной территорией. Ни одной души… Помимо воли ощутила дрожь во всем теле. Неужели это все?! Конец?!В спину упёрся палец, от чего неопрятные ощущения разлились по лопаткам, переходя ниже по позвоночнику.

— Пошла! — предварительно развязав мне руки, Берех нетерпеливо несколько раз ткнул в меня своим узловатым пальцем.

Понимая, что нет смысла сопротивляться и спорить, я пошла вперёд, растирая онемевшие запястья. Когда мы оказались у входа в здание, я остановилась, не решаясь переступить порог. Казалось, стоит сделать шаг, как меня поглотит чёрная воронка, и я пропаду навсегда. Сгину — и меня никто никогда не найдёт. Сильный толчок заставил переступить границу отделяющую меня от полного бесправия. Испуганно охнув, я от неожиданности упала на колени, едва успев опереться ладонями в грязный пол, усеянный битым стеклом и кусками грязи. Нежную кожу будто опалило огнём. Сильный рывок за волосы заставил меня встать на ноги.

— Не испытывай меня! Шевелись! — злобно проскрежетал мой мучитель.

Затем щелкнул фонарём. В мое бледноте лицо ударил луч искусственного света, который перешёл плавно на стену, а затем на землю под ногами, освещая дорогу впереди.

Я отряхнула ладони, смахивая мелкие осколки и пыль.

Берех схватил меня за шею сзади и повёл вперёд по тёмному коридору, освещая путь тусклым фонарём. Через пару десятков шагов вдалеке послышались негромкие голоса. Я различила несколько тембров. Бен Ходж прибавил шаг, нетерпеливо подталкивая меня, испуганную и уставшую вперёд, заставляя поторопиться. Как только мы свернули налево по тёмному коридору, я увидела еле держащуюся на петлях дверь, из-под неё пробивался луч света.

В помещении было около десяти человек. Может, даже больше. Трое сидели за импровизированным столом, состоящим из двух бочек и огромного листа фанеры, что они использовали вместо столешницы. На столе творился настоящий хаос, состоящий из недопитых бутылок с алкоголем и кучей окурков, небрежно накиданных вокруг. Ещё двое смотрели в дальнем углу телевизор, по которому не громко шли новостные сводки. Остальные толпились недалеко от входа, явно в стороне от этих пятерых. Мужчины все, как один, выглядели неопрятно и крайне не ухожено, лица были одутловатыми с признаками злоупотребления алкоголем и, наверняка, не одних суток, а как минимум — пары дней. Как только мы вошли, точнее меня затащил Берех, они разом примолкли, с интересом разглядывая меня испуганную и растрёпанную.

— Это что за цыпу ты нам приволок? — сощурилсядлинный, как жердь, мужик с торчащими в разные стороны медно-рыжими волосами, разглядывая глубокий порез у меня над бровью. — Похожа на тех ангелочков, что поют на рождество в ящике по федеральному каналу.

Берех усмехнулся и потащил меня глубже в помещение, прямо под тускло мигающую лампочку. Грузный мужчина встал из-за стола, с трудом дыша из-за отдышки, он, делая паузы проговорил:

— Далмат, это че… твоя… сеструха? — он сам засмеялся свой шутке, намекая, что мы с этим отбросом общества оба рыжие.

Далмат пьяно загоготал и направился ко мне.

— Иди сюда, ангелочек, братец по тебе соскучился! — он вытянул свои пухлые, с жирным блеском от еды, губы трубочкой и несколько раз противно причмокнул.

Я скривилась, передернувшись от отвращения. До чего же он мерзкий! Не в силах сдержаться, громко и отчетливо сказала:

— Моим братом не может быть баран!*

Мгновенно воцарилась тишина, которую нарушил хриплый смех Берех Ходжа, что полетел по помещению, эхом отражаясь от высоких потолков.

— Дерзкая сука! Не зря я решил тебе показать твоё место сразу после свадьбы. Разве такие огненные волосыне могут не затронуть характер?! — он с каким-то сожалением оглядел меня с ног до головы. — Каких бы ты мне родила сыновей, но мне не нужен порченый товар, да еще после этого выродка Норда, — его глаза в бешенстве прищурились, буквально метая молнии. Он дернул меня за волосы. — Понравилось ложиться под моего врага, тварь?

— Ты не представляешь, как он хорош, — желая уколоть как можно больнее, я намеренно отчеканила каждое слово, делая его максимально емким.

— Из-за тебя, суки, мой план проварился! — он как-тостранно усмехнулся и, доставая из кармана телефон, которым повертел у меня перед носом, предложил: — Как насчёт поиграть? Узнаёшь?!

Я недоуменно перевела взгляд на аппарат сотовой связи. Ну, конечно! Это же мой телефон — тот, что подарил мне Алекс. Я с ненавистью посмотрела в ликующее лицо своего врага. Мысленно посылая все проклятия на его голову, удивилась тому, что вспомнила даже о бубонной чуме… Это было бы просто идеально! Но, увы, фортуна сейчас явно не на моей стороне, о чем свидетельствовало то, что этот ирод листал мой коротенький список контактов.

— Ах, вот он! — издевательски протянул албанец. — А почему записан Алекс, а не муж? Хотя, о чем это я? Я же твой муж, а этот твой трахарь, — злобно выплюнул Берех. На его выпад я стоически промолчала, но Бен Ходжпродолжал глумиться. — Надо было жениться на албанке. У нас чистые девушки, в отличии от вас… шлюха! — он занёс руку для удара, но опустил ее. — Признавайся маленькая дрянь, ты была девственницей? — его взгляд упёрся в мои дрожащие губы.

Я четко и отчётливо ответила ему в лицо:

— Праведные девушки для праведных юношей, а не для таких как ты, свинья! — внутренне я содрогнулась от своих слов. Что я творю? Зачем провоцируют этого человека? Я всегда боялась сказать лишнее слово, но тут как будто что-то вселилось в меня. Что-то изменило меня. Ответ пришел сам. Это не что-то — это Алекс, мой Алекс! Я больше не безвольная кукла!

За всей этой перепалкой я даже не обратила вниманияна то, что вокруг нас собрались шестерки Береха. Как гиены, кружа возле раненой жертвы, ожидая, что кто-то более сильный лишит жизни загнанную добычу, чтобы потом всласть попировать над бездыханным телом. Но Берех неожиданно гадко усмехнулся и нажал вызов на номер, что был записан под именем «Алекс».

* Далмат- по-албански баран.