Глава 12

Полгода спустя Время понеслось, как бешеное. И вот уже подходит к концу первый курс в медицинском. Казалось, только недавно Лика получила радостное известие, что её зачислили в институт на бюджет. Ссора с родителями, побег к тётке, жизнь с одном доме с Егором. Её смешная истерика на фоне нервного истощения. Адаптация изгнанных из дома мажоров к простой жизни. Кот Васька, которому уже через месяц пришлось прописывать строгую диету, но безрезультатно. И не на мышах кот так разжирел, конечно. Очень уж хорошо он имитировал вечно голодный взгляд и демонстративно падал, как обморочный, на пороге кухни. В деревне Василий так много и разнообразно не питался. – Надо бы этого артиста убирать из женской общаги, – задумчиво сказала комендантша, – во-первых, тем, кто с фаберже, вход сюда запрещён. А он и так больше полугода все правила нарушает. Во-вторых, мышей больше нет. Так. Где Маркиза?! Пусть тащит кота туда, где взяла, как вчера договорились. Марьям громко охнула, прижимая Василия к груди. – Если вопрос в фаберже, так мы не медики, что ли?! Сегодня же отчекрыжим! Девчонки, у кого есть личный скальпель?! Тащите на кухню. Не бойся, мохнатенький. Мы тебя не выгоним. Судя по сдавленному мяву кота, боялся он только удушения – а оно было совсем рядом. Анжелика, выглянув на очередной утренний шум, тихо выругалась. И пошла спасать кота. И его фаберже, которые ему были очень дороги. Что за люди! То перекормят студенческими пельменями, самыми дешёвыми. То на самое святое покусятся! Марьям кота отдала неохотно. Но протестовать не стала. Лика, всё-таки, была его хозяйкой. Анжелика бы и сама, без указания комендантши, увезла кота в деревню. Летом ему, всё-таки, будет лучше на свежем воздухе. Хотя сам кот так не считал. И возмущённо орал на всю общагу. Мария встретила их на первом этаже. – Пусик?! – неприятно изумилась она, – ты куда котика потащила?! – Всё правильно делает, – величественно сказала комендантша, спускаясь следом, – убирает источник антисанитарии и шерсти. Вам разреши, так вы и бомжа притащите, сердобольные наши. Откармливать. Кот, то ли от сравнения с бомжом, то ли от понимания, что его выселяют, снова тоскливо заорал. Но Лика уже выскочила с ним на улицу. Егор, предупреждённый заранее, ждал возле входа. Ещё вчера, после разговора с комендантшей, которая выловила Лику вечером и сказала, что с котом общага не пройдёт приёмку, Лаврина попросили приехать утром. Чтобы увезти Ваську обратно в деревню. Парень побурчал, что котовозом не нанимался, однако сопротивляться не стал. У него тоже была просьба к Анжелике. И он не был уверен, что она согласится. – Что, Демона изгнали? – поинтересовался парень, выруливая на главную улицу. – Почему сразу «изгнали»? – оскорбилась за кота Лика, – Василия решено отправить на лето в санаторий. В деревне ему всё попривычнее будет. Мыши, опять же, расплодились в изобилии. Вот ему радость будет. Да и планы у девчонок на его фаберже мне не нравятся. Вовремя в коридор вышла. Кот мрачно орал и радоваться возвращению домой отказывался. Перспектива опять гоняться за мышами и спать в подполе его не вдохновляла на подвиги. В общаге у него всегда была сметана в миске, и всегда находился кто-то, согласный его гладить. В отчем доме день будет удачным, если ни разу не пнут. Егор тяжко вздохнул. Было видно, что мысли его сейчас очень далеко от кота и котячьих проблем. – Вообще-то, кошек нужно стерилизовать, – рассеянно сказал он, – чтобы не плодили бездомность. Для Лики, которая выросла в деревне, это было сложно принять. Какая стерилизация? Тогда мышей будет больше, чем котов! Однако Егор продолжить дискуссию по размножению котов отказался. Да и некогда было. – Сначала к нам с Димоном домой заскочим, – сказал он, подруливая на перекрёстке, – кота, кстати, можешь с собой взять. Ещё нагадит в машине с перепугу. Химчистка салона не дешёвое удовольствие. Выяснили, когда Димону плохо стало после клуба. – Зачем вы опять потащились в клуб? – изумилась Лика, гладя кота, чтобы успокоить, – ему же нельзя туда. – Почти год приступов не было, – ответил Егор, пожав плечами, – а вдруг выздоровел. А мы как раз не знали, чем заняться вечером. Неделя в универе была тяжёлой, ещё эта работа идиотская. Захотели расслабиться, как раньше. Когда он снова упал на пол в конвульсиях, поняли, что идея была плохая. Лучше бы в учебник вечерок попялились. Я на машине его в больничку оттащил, чтобы время не тратить. Ну, понятно. Не знали, чем заняться. Решили снова полечить Димона. Тоже развлечение, если подумать. Говорить о том, что идея с клубом была дурацкой – бесполезно. Они уже всё сами про себя поняли. Наконец, они остановились возле подъезда дома, где парни жили уже полгода. Лика и Тамара были здесь редкими гостями. Всё-таки, учёба у них была не менее напряжённой. Да и работать приходилось, чтобы не голодать на стипендию. Егор и Димон тоже трудились. В качестве финансовой поддержки, дядя Димона дал им место младших помощников юрисконсультов в своей фирме. И они не даже не сразу поняли, что это, по сути, блат. С учётом, что из обязанностей у них было только изучить законы, которые касались дел клиентов. И отдать выдержки практикующим юристам. Перед этим пересказать наизусть всё, что узнали. Егор поделился мрачными мыслями, что они делают мартышкин труд, когда увидел, что юрист, приняв от него папку с документами, едва дождалась, когда он перескажет всё и выйдет из кабинета. И отправила всё в шредер. Парень успел это увидеть, когда решил вернуться за уточнениями по следующему делу. Бунт против бессмысленной работы решили не устраивать. Как раз в конце недели получили конверт с зарплатой. Да и Тамара выписала обоим по подзатыльнику, когда узнала, что те собираются гордо уйти с работы. – Придурки, – поставила диагноз она, – клинические идиоты. Из дома вас выставили. И хоть так, но поддерживают, чтобы вы не думали, что в жизни всё просто будет. И с голоду не померли, пока умнеете. Нянек вам наняли. С высшим юридическим образованием! Димон был не согласен. И теперь Лика своими глазами наблюдала последствиями страшной мести обиженного родителями мажора. – Не поняла… – тихонько сказала она, осматривая бардак на кухне. Пнула ногой бутылку из-под дешёвого пойла, которая каталась по полу в компании точно таких же ёмкостей. Парни ограбили бомжей? Бомжи ввалились им в квартиру и устроили вписку? Варианты, откуда взялась свалка на ранее уютной кухне, у неё заканчивались. Даже Васька затих, вцепившись всеми когтями за одежду хозяйки. Видимо, переживал, что его тут и оставят. Но это было бы очень жестоко. – Так, бро, и ты… тоже бро, да? Прикольный такой. С хвостом. Вваливайтесь, короче. К перфомансу почти всё готово. – Какому перфомансу?! – заполошенно спросила Лика, услышав незнакомое слово. – «Несчастный юноша и бессовестная шалава», – мрачно ответила Тамара, выходя из ванной в одном полотенце. Пальцем она щедро размазывала под глазом сиреневые тени. Ночью подруга не пришла ночевать в общагу, буркнув что-то по поводу благотворительности для ущербных. Оказывается – помогала свинячить? И зачем такая скрытность? – Ненатурально, – не оценил креатив Димон, критически её осмотрев. – Иди на фиг. Я не визажистка… Кажется, перфоманс заключался в том, чтобы представить Димона в образе спивающегося маргинала. Но как в этом согласилась участвовать Тамара?! И для кого был спектакль?… – Я только на секунду забежал, тебя, идиота, проверить. И забрать права, дома забыл, – спохватился Егор, – позвонил, кому надо. Наплёл про твою деградацию. Хотя это и так было понятно. В общем, приедет. Мать всё-таки. – Хотелось бы, – проворчал Димон, – хочу домой. Хочу свою комнату. Гардеробную. И горничную с поварихой. И чего я раньше думал, что они надоедливые? Очень даже нужные люди в доме. Понятно. Мальчик сломался. Не выдержал жизни, лишённой лобстеров на завтрак. В которой надо ещё следить за платёжками за коммуналку. Тамара закатила накрашенные глаза. – И вот никак не объяснить, что мог бы для начала просто попросить прощения у мамы за косяки и быть хорошим мальчиком. Нет, завёл тут песню брошенного мамонтёнка «Пусть мама услышит, пусть мама придё-ёт!» – Да что тут такое происходит?! Где мой сын? Громкий голос заставил всех вздрогнуть, Тамару – уронить полотенце, Ваську – вырваться и сбежать под стол. Но всё внимание легко перетянула на себя полуголая Тамара, конечно. – Да-а, Егор не преувеличил, – протянула ухоженная дама, закутанная в белую норковую шубку, тихо зашедшая в квартиру, – наш Димочка упал на самое дно. Алкоголь и дешёвые девки. Вот Егор – замечательный мальчик, даже без поддержки мамы справляется. С учёбой всё хорошо, и на работу ходит, не пропускает. Девочка рядом с ним хорошая. Одетая, по крайней мере. – Ну началось. Сын маминой подруги всегда лучше своего, естественно! – обиженно пробурчал Димон, щурясь на мать. Та только фыркнула. А Тамара ткнула локтём в бок парня, чтобы не выделывался. А то не видать ему поварихи и горничной ещё лет десять. – Молчи, полуёжик, – прошипела она, – я зря себя, что ли, разукрашивала и прелести на общее обозрение выставляла?! Ты мне за спектакль ещё сто баксов должен. – Продажная ты женщина, Тамара. Думала, ты мне по-дружески помогаешь… Мать Димона зажала двумя пальчиками точёный хирургами носик, зажмурилась. – Тут пахнет бедностью. Эксперимент закончен, – твёрдым голосом сказала она, – я говорила Инессе, что это плохая идея. Мальчик не приспособлен жить один. Пусть своего воспитывает, как хочет. А моего не трогает. Димочка, собирайся. Мы уходим из этого вертепа. Васька, высунувшись из-под стола, с жалобным мявом начал тереться о роскошную шубу тельцем. Мать Димона недоумённо посмотрела вниз, шагнула назад. – Коты не должны жить в таких кошмарных условиях, – сказала она, подхватывая кота на руки, – Димочка, дважды не повторяю. А ему и не надо было дважды повторять. Уже стоял возле двери с заранее собранной сумкой. И демонстрировал полную готовность вернуться в привычную роскошь. Лика тихонько вздохнула. Жаль, что её не ждёт возле подъезда вкусно пахнущая мама, чтобы забрать с собой в хорошую жизнь. Не то, что мама Димона. Тамару она уничтожила взглядом, Егора чмокнула в щёку. Лику проигнорировала. Кота спёрла. И решила, что им тут делать больше делать не было. Дверь квартиры грохнула об косяк, когда мать и сын уходили. Молодые люди, вздрогнув снова, ошарашенно друг на друга посмотрели. Тамара убежала в ванную – переодеваться. – Ну и кто тут будет всё это убирать? – задал в пространство вопрос Егор, – в деревню, так понимаю, нам больше не нужно ехать? Анжелика пока пыталась осознать факт, что кота больше нет. Ну что же. Будет всем интересующимся судьбой Васька печально говорить, что кот ушёл в лучший мир. И нигде не соврёт при этом. Если она скажет правду… Никто не поверит, что дворовый кот был похищен богачкой. Егор мрачно шуршал огромным мусорным пакетом, в который собирал разбросанные бутылки. План Димона был хорош и продуман до конца – даже свинарник ему самому не пришлось убирать. – Димон был прав. Горничная, как ни крути, полезный человек в доме. Лика присоединилась к уборке. Да и Тамара не осталась в стороне, заботливо подгоняя мусор ногой поближе к мусорному ведру. – Далеко инвентарь не убирай, – посоветовала она, – нам ещё для твоей мамы сценку делать. А ты когда-нибудь пробовал доказать бездомному, что в пивной бутылке допивать уже нечего? Вот и у меня аргументы вчера закончились, когда вот это всё по району собирали. Только на этот раз пусть Маркиза в полотенце и с фингалами мамо встречает. У меня коллоквиумы. И практика в морге. В общем, дела поинтереснее ваших семейных разборок. И, посмотрев на часы, охнув, побежала к дверям, торопливо пробормотав, что нужно бежать на отработку по анатомии. Лика и Егор остались одни в квартире.