Глава 14

Лика смотрела на профиль Егора. Парень вёл машину слишком напряжённо, сжимая длинными пальцами руль. Странно. Только что был в хорошем настроении, улыбался и шутил. Но только поговорил по телефону – как его будто подменили. Стал молчаливым и злым. И склонным к опасному вождению. Тамару они уже добросили до общаги, выслушав невнятное бурчание вместо благодарности. Подумаешь, тюкнулась пару раз носом в кресло, когда Егор слишком резко притормозил на светофоре. Надо было пристёгиваться. Бледная Лика вцепилась в ручку своей двери, сожалея, что не успела выскочить следом за Тамарой. Прошлась бы пешочком. Наверное, на ночных улицах было более спокойно, чем сейчас в машине. Не выдержав, положила руку на колено Егора. Тот удивлённо скосил на неё глаза, но остановился у обочины. – Я так подумала, орать и цепляться за руль – плохая идея, – тихо сказала Лика, чувствуя что не может разжать пальцы. – А трогать меня за коленку, значит, отличная идея? Согласен. Давай я тебя теперь потрогаю? – Да что случилось? Егор побарабанил пальцами по рулю. Потом повернул к ней лицо. – Ничего такого, чего нельзя решить деньгами. Которых у меня нет. Лика неловко кашлянула. Вот чем она не могла помочь, так это деньгами. А её советы Егор обычно пропускал мимо ушей. Например, она говорила, что заводить мотор мотоцикла в комнате не стоит. И очень просила перенести опыты с ключом зажигания на улицу. И что в итоге? До сих пор до конца не проветрили квартиру. – Макс звонил, – неохотно поделился Егор, – сказал, что гараж, который я могу купить, в рассрочку, владелец продал. Ладно, другой найду. Тебе мать не звонила? Моя? От перемены темы, девушка немного растерялась. – А должна? – Да какая-то движуха в посёлке через мать Димона поднялась. Моя родня мной резко заинтересовалась. Как я понял из невнятного бормотания этого… полуёжика, как его Тамара называет. Вроде как моя мать пообщалась с матерью Димона, та ей рассказала, что отвадила маргиналку, которая прицепилась к её сыну. Только Тамаре не передавай как её называют. Мне ещё дороги части моего тела и не расцарапанное лицо. Но при встрече уточни, когда эти двое, твоя подруга и мать Димона успели обменяться сплетнями. До того, как поорали, или после. В любом случае, мать можно ожидать со дня на день. Походу, самую интересную информацию они все просто придумали. Так как давно не слышал от матери такого рычания в трубку. Три года интересовалась только тем, хожу я на работу, посещаю ли лекции. До личной жизни давно не докапывалась. Кажется, цена проживания в квартире стала резко высокой. Общения с Инессой Львовной ей хватило ещё три года назад. И встречаться с властной дамой снова она не желала. – Положи мне руку ещё на колено, – вдруг предложил Егор, у которого впереди замаячило примирение с родственниками. Или крупный скандал. – Тебе зачем? – напряглась Лика, отодвигаясь подальше. – Ну, не прокатило, так не прокатило… Домой они доехали без приключений. Егор выговорился и успокоился. Немного. Но всё равно был на взводе, сам удивляясь своей реакции. Он уже и забыл, каково это – когда мать бдит за каждым шагом, и решает, как ему жить. Он успел оценить, как хорошо принимать собственные решения. Пусть даже его резко ограничили в деньгах. На скромную жизнь хватало. На брендовые вещи – уже нет. Но его это волновало меньше, чем неженку Димона. Ехать было недалеко. И в квартиру они поднимались уже через десять минут. Лика открыла дверь своими ключами. И зашла на кухню, нахмурившись. Опять свет везде повключал… Замерла на пороге, охнув от неожиданности. – Чаю не предлагаю, – процедила Инесса Львовна, стоявшая у плиты и брезгливо заглядывающая в шкафчики, – кошмар. Тут даже тараканов нет. Жрать нечего, вот и сбежали? Или вы даже тараканов сожрали? Сын, это деликатес в Тайланде. И то, только для туристов. Тебе про это гид не рассказывал? Или я мало тебе на еду денег перевожу каждый месяц? Заведи себе не такую прожорливую подругу, мой тебе совет. Егор зашёл следом за Ликой. И тоже явно не ожидал увидеть мать, судя по напрягшемуся лицу. Советов от родительницы тоже не жаждал. – Я не собиралась видеть тебя, пока не поумнеешь. Или не попросишь прощения. А, ну это ей долго ждать придётся. Лика немного расслабилась, и, наконец, заметила сестру Егора, Марину, облокотившуюся на подоконник. Она выглядела очень утомлённой. И очень беременной. Заинтересовавшись профессионально, девушка скользнула взглядом по животу, нахмурившись, посмотрела на руки и лицо Марины. – Но когда Лиза мне рассказала, что ты притащил в квартиру бабушки женщину лёгкого поведения, не спросив меня… Я была вынуждена вмешаться. Мать Димона, наконец, обрела имя. За столько-то лет… – Стесняюсь спросить… это меня, что ли, притащил? – усталый мозг Лики, наконец, осознал, что речь пошла про неё. – Да вижу уже, что зря моталась на ночь глядя, ещё и Маринку потащила, но её просто страшно дома оставлять сейчас одну, – с досадой сказала Инесса Львовна, – ты же та самая медичка, которая даёт дельные советы. Егор, с каких пор ты стал таким постоянным? А как же твоя беспорядочная интимная жизнь, которой ты всегда увлекался?! Кстати, Лику тоже косвенно этот вопрос интересовал. Так как за три года не замечала девушек рядом с Егором. Может, с кем-то и встречался. Но в квартиру не приводил. – Интимная жизнь у меня в последние месяцы только с Алексом, – ухмыльнулся Егор, и тут же вскрикнул – мама метко попала ему сахарницей в голову. Лика вжалась в подоконник рядом с Мариной, машинально нащупывая её руку. Беременная тяжёло привалилась к Анжелике, морщась и потирая живот. – Ошалел?! – прорычала Инесса Львовна, – ах ты, поганец! Только из дома ушёл, уже с каким-то Алексом снюхался? Какой кошмар, сын-извращенец! Медичка, ты куда смотрела?! Убью тварей! И Алекса тоже! Она так и не потрудилась запомнить имя Анжелики. Да и слишком занята была, гоняя Егора по кухне, коридору и даже комнате Лики, дверь в которую была открыта. – Маркизу не трогай! – шипел Егор, уворачиваясь от полотенца, – и Алекса тоже! Да хватит уже, мам! Тапком меня лупить хватит! Сейчас покажу Алекса, он тебе понравится! Парень явно нарывался на то, чтобы его задушили. Девушки на кухне переглянулись. Лика пожала плечами, продолжая нащупывать пульс Марины, который её очень настораживал. Но очень уж интересно было, что там за Алекс такой, из-за которого столько шума. И немного лучше поняла Егора, который с некоторой радостью принял то, что его изгнали из дома. Если Инесса Львовна всегда, не разбираясь, начинает так шуметь, то реально не захочется никакой роскоши и Парижей. Услышав, что Егор призывает знакомству с неким Алексом, Лика отпустила руку Марины, и осторожно пошла на голоса. Которые тревожно и резко затихли. Мать с сыном стояли в спальне Егора, молча обозревая бардак. И мотоцикл, занимавший почти всё свободное пространство. – Знакомься, это Алекс, – гордо представил матери своё сердечное увлечение Егор, привычным жестом натирая тряпочкой и без того блестящий бок техники. – Странно, что хонду на кровать не уложил, и рядом на коврике не прилёг, – растерянно сказала Марина, подойдя к дверям и еле справляясь с одышкой, – как называется извращение, когда человек испытывает влечение к мотоциклу?! – Механофилия, – просветила всех начитанная Лика, – или робот-фетишизм… Клянусь, я понятия не имела, насколько у них тут с Алексом всё серьёзно. Ну, натирал тряпочкой круглосуточно. В моторе ковырялся с восторгом… И тут же словила на себе разные взгляды – от раздражённых до заинтересованных. – Даже не знаю, какой чувство сильнее – отвращение, или облегчение. Медичка, ты что, не могла вылечить этого полудурка за три года? – мрачно спросила Инесса Львовна. – Мама, это мой бизнес. Будущий. Я хотел купить гараж, чтобы ремонтировать и продавать ретро-мотоциклы. Алекс должен был стать первым. Но гараж увели из-под носа. А делать из квартиры шоу-рум – так Маркиза возмутится. Все взгляды устремились к изумлённой Лике. С каких пор её мнение здесь принимают в расчёт? Родня снова помолчала, полюбовалась на будущий бизнес. Вздохнула. – Скучные вы какие-то, – признала, наконец, Инесса Львовна, – ни еды, ни извращений. И чего неслась, спрашивается? Будто лет двадцать в законном браке прожили. Вот когда я была студенткой… Маме Егора реально не угодишь. Полное впечатление, что она была бы довольной, обнаружив в квартире толпу пьяных голых студентов. Разочаровали по всем фронтам… Марина невнятно что-то простонала. Лика с нешуточной тревогой снова схватила её за руку. – Тошнит, – простонала молодая женщина, держась за живот. – Твою ж мать… – Это твоя Маркиза так выражается при беременных и взрослых? – с радостью зацепилась хоть за что-то Инесса Львовна. Егор забыл про Алекса, тоже тревожно склонившись над сестрой, которой Анжелика помогла лечь на пол. – Даже не знал, что она беременная… – Конечно не знал, тебя же родные не интересуют. Вон, Алекса для счастья достаточно! Бизнесмен недоделанный! Нет, чтобы у мамы денег на гараж попросить. Когда это мама от стартапа отказывалась? Но мы же гордые! Мы же сами! В спальне бизнес начинать – кому скажешь, засмеют! – Ну, мам! – Заткнулись оба! Лиза не знала, что умеет рявкать. Зато сработало. Инесса Львовна замолчала, с возмущением на неё глядя. Но тут же начала говорить снова. – Маринка симулирует. Я ей говорила, беременность – не болезнь! А эта… Тут колет, тут ноет. Вот я ходила беременная – не ныла. А эта ещё и вес лишний нажрала, как не в себя. Дочь, не надо есть за десятерых! И ходить проще будет. Странно, что Марина всё ещё живёт с матерью. Не удивительно, что её парень слинял, едва поняв, какую тёщу в подарок получит. Перевернув девушку на левый бок, Лика нащупала телефон в кармане, набрала экстренный вызов. – Женщина, третий триместр беременности. Подозрение на преэклампсию. Адрес… Кажется, уже до Инессы Львовны начало доходить, что дело серьёзное. – Что с Мариной? – тревожным голосом спросила она, тяжело опускаясь на колени рядом с тяжело дышащей дочерью. – Подозрение на преэклампсию, – ровным голосом повторила Лика, – и у неё не лишний вес – это отёки! Очень сильные. Странно, что в консультации не обратили внимание. Она тревожно поглядывала то на Марину, то в окно. На такой вызов медики должны приехать быстро. И, как назло, дома кроме стетоскопа и тонометра, ничего не было для оказания первой помощи. Она шёпотом попросила Егора принести из её комнаты хотя бы эти аппараты. Будет не лишним узнать, какое давление у Марины. – А мы не ходим в консультацию… Что уставилась? Наш семейный доктор на курорте. А другим не доверяем. Про телемедицину слышала что-нибудь, деревенщина?! Он недавно смотрел Мариночку. Сказал, прекрасно выглядит. А ты накаркала… Так, отменяй скорую. Наш роддом в Москве. Уже палата оплачена. Егор, вези нас в аэропорт. У Лики глаза на лоб полезли. Какой аэропорт? Очень хотелось выругаться от собственной беспомощности. Давление Марины зашкаливало… Ну как можно было не показать врачу такие отёки не только по видеосвязи? Им рассказывали на основах врачебной этики и деонтологии о том, что неадекватными бывают чаще не пациенты, занятые тихим умиранием, а их вполне бодрая родня. Но своими глазами видела это впервые. Егор ловил каждый взгляд Лики. – Чем могу помочь? – хрипло спросил он. Ничем. Но занять его нужно было. – Воды. Принеси воды. Она может захотеть пить… И встречай «Скорую помощь» у подъезда. Вряд ли Марина попросит воды. Но пусть Егор походит, не нависает тут с тревожным видом. Ей хватало и ценных советов Инессы Львовны. И действий. Еле успевала перехватить руки, тянущиеся потрясти беременную, чтобы привести в чувство и чтобы та перестала придуриваться. Сотрудники «Скорой», вбежавшие в квартиру, оказали первую помощь, вихрем подхватили Марину, и осторожно унесли в машину. Егор придерживал голосящую мать, которая рвалась к дочери. Помочь не сможет. А вот навредить – запросто. – Куда везут мою сестру? – спросил он у Лики, устало собиравшей тонометр в сумочку. – Роддом №5. Где я работаю. Не переживай. Сегодня дежурит доктор Брегин. Он очень хороший специалист. Инесса Львовна, услышав номер роддома, куда везут её дочь, рванула за "Скорой". Лика надеялась, что коллеги успеют транспортировать беременную женщину к доктору быстрее, чем в приёмном покое появится её не совсем адекватная мать. А в приёмном сидит опытная медсестра, которая с лёгкостью переорёт любого буйного родственника. Егор тоже схватил ключи от машины. – Надо же… Я стану дядей… Лика. Спасибо. Анжелика удивлённо подняла на него глаза. – Ты спасла Димона, мою сестру. В общем… момент не совсем подходящий. Мы уже три года живём вместе. И никак не мог тебе решиться предложить… Ты постоянно то на работе, то на учёбе. Да и мама моя кого угодно отпугнёт. Я бы хотел видеть тебя своей девушкой. По-настоящему. Не просто соседкой по квартире. Планировал предложить тебе это, когда куплю гараж и начну своё дело… Мать моя, надеюсь, так и будет к нам приходить раз в три года. Но обещать не могу. Девушка молча искала кофту, пытаясь собрать мысли в кучу. Егор ей давно нравился. Но она предпочитала не думать о нём, как о мужчине. И строго пресекала его попытки флиртовать в первое время, как они начали жить в одной квартире. Однако сердце радостно застучало, едва она поняла, что чувства взаимны. – Поехали, поговорим по дороге? – спросил Егор, ожидая её у двери, – если у сестры всё хорошо, съездим в кафе, поужинаем. Лика кивнула. Поспать сегодня всё равно не получится. А первое свидание после визита беременной – что может быть символичнее для Маркизы роддома №5?