Глава 11

Следующие несколько дней прошли спокойно, однако погода портилась всё сильнее. С каждым новым утром температура медленно опускалась вниз, не оставляя надежды на возвращение тепла. С неба сплошными потоками лились дожди, часто переходя в грозы, которые раскатывались по небу, похожему на чёрное полотно, изрытое молниями. Природа явно включала зимний режим, и это ощущалось повсюду: из-за окна то и дело показывались промокшие деревья, стучавшие ветвями по стеклу, как будто просили о помощи. В нашем замке уже начали топить камины, и их тепло заполняло комнаты, стараясь вернуть уют в обстановку. По ночам приходилось укрываться не лёгким покрывалом, которое я обычно использовала, а тяжёлым одеялом, поэтому я с трудом вылезала из-под него каждое утро. Лето, с его яркими красками и теплом, ушло от нас окончательно и бесповоротно. Ингира проводила всё свободное время за шитьём. Я с интересом наблюдала за тем, как она переделывает старую одежду, когда-то принадлежавшую взрослым, в милые наряды для Дитора и Евы. Каждая строчка её рук, каждая аккуратная подгонка ткани словно отражала её заботу о детях, которые теперь стали её опорой, её радостью. Она с удовольствием утепляла их, стараясь сделать так, чтобы дети чувствовали себя комфортно в этой холодной, изменчивой погоде. Часто Ингира улыбалась, когда смотрела на моих племянников, радуясь тому, что они втроем успели попасть в замок до ухудшения погоды. Мы с ней встречались только за обеденным столом три раза в день, где в уютной атмосфере мы общались обо всём, что приходило в голову. Я рассказывала о своих родителях, о жизни на Земле, о простых радостях, которые меня окружали когда-то. Ингира в ответ делилась знаниями о правилах местного проживания-выживания, и порой, когда она говорила о местных обычаях, удивлялась, почему я не особо в восторге от необходимости выйти замуж. – Но, Лида, ведь мужчина способен на то, чего не можем мы, слабые женщины! – восклицала она, её голос звучал с неподдельной искренностью. – И что? Поэтому надо за него выходить? Ингира, не делай такие большие глаза. Я помню, что мне, как главе рода, надо оставить прямых наследников. Но вот смотри, ты говоришь, что замуж надо, и срочно. А как же проклятие, которое ещё не выявили? Оно не начнёт своё действие снова? – Но ты же из другого мира. Может, оно перестанет действовать? – её голос звучал с надеждой, но я лишь скептически улыбалась. Как оказалось, я родом из этого мира, так что, по идее, тоже подчинена влиянию проклятия. Пока что нас в роду официально четверо: я, Ингира, Дитор и Ева. И никто из нас не пострадал, даже мелкие, так и норовившие сунуть свои любопытные носы везде и всюду. Но кто знает, когда это самое проклятие снова начнёт действовать? Мысли о нем навевали лёгкую тревогу, и я часто задумывалась над эти, хотя, конечно, понимала, что все мои размышления были лишь отговорками, попытками оттянуть неизбежное. Однажды днём, когда я сидела в своём кресле и смотрела в окно на серое небо, ко мне прибежала служанка с новостью о странном посетителе. Моя первая мысль была: «Жених явился». Сама не понимала, почему так подумала. Но встала из кресла, вышла из комнаты, спустилась в холл. Я шла по старинным деревянным полам, которые от времени издавали невыразимый, слегка дребезжащий звук. На сердце было лёгкое волнение, смешанное с любопытством. Что мне предстоит увидеть? Кто этот странный посетитель, который мог бы перевернуть мою жизнь? В холле и правда стоял мужчина, высокий, рослый, весь закутанный в черное. Неподалеку от него, чуть позади, находился еще один тип, полагаю, слуга. – Добрый день, – вежливо поздоровалась я. – Я – владелица этого замка. Вы хотели меня видеть. – Не хотел. Видеть – уж точно. А вот жениться на вас мне придется, – заявил этот нахал. Я на несколько секунд онемела от подобной наглости. А затем приказала магии замка: – Выстави их обоих за дверь. И сегодня точно назад не пускай. Миг – и я снова одна в холле. – Астор, – позвала я ошеломленно, – это что было? – А это, Лида, был лич, – сообщило пространство. – Дожили, в нашем замке личи появляются. – Их там двое стояло, – заметила я. – Который из них лич-то? Смешок. Затем: – Тот, что позади, молча, стоял. Впереди – некромант. Эм… Счастье-то какое… – А он тут зачем появился? – Ну слышала же: в жены тебя хочет взять. – Издеваешься? – мрачно спросила я. – Даже и не думал. Я такого даже в кошмарах при жизни не видел – наследница огромного состояния и вдруг выходит за некроманта. – Это в каком веке то состояние было огромным? Ты же сам рассказывал, что деревни пустуют, некому на полях урожай снимать? – Зато есть древности и золото. – Где? Молчание. – Астор, где в этом замке древности и золото? Ты в каком веке сейчас находишься? Тут все разваливается. Ремонт давно нужен. У детей одежды нормальной нет. Где ты тут состояние увидел? – Было, – буркнуло недовольно пространство. – Вот именно, что было, – отрезала я. – Лет так триста назад, если не больше. Ну и зачем тогда я некроманту? Или его тоже прокляли? Каким-нибудь проклятием вечной глупости? – Вот и спросила бы у него, – все еще обиженным тоном. Видимо, Астора задела правда. Понятия не имею, в каком веке он жил, но здесь и сейчас от возрождаемого рода ничего не осталось. От его богатств – тоже. – Спросила бы, если бы он не хамил, – я пожала плечами. – Как-то, знаешь ли, не ожидала я услышать, что видеть меня не хотели, а вот жениться на мне надо. Пусть идет ищет себе других невест, более сговорчивых, с таким-то подходом. – Спорим, он еще вернется? Боги, ну вот кто научил призраков спорить, да еще и со смертными? Неужели я? Плохо я на местных влияю, ой, плохо. – Зачем? Зачем ему я, Астор? – А может, не ты? А имя, род? Вы с Ингирой, кстати, так и не зашли в тот потайной ход. А я из-за магических запретов не мог там появиться. А вот тут я нахмурилась. Вполне возможно, что Астор был прав, и один в край обнаглевший некромант знает об этом замке больше, чем я, его владелица.