Глава 1. Михаил.

Глава 1. Михаил.

Подъезжаю к офису немного позже, чем должен.

Сегодня собеседование на место шеф-кондитера.

Требования строгие: чтобы умел делать божественные десерты, а самое главное, только мужчины или женщины, не собирающиеся в ближайшее время рожать.

Я за год потерял второго кондитера: первая вышла замуж и уехала, вторая через неделю собирается в декрет.

Хватит с меня всего этого.

Я ни в коем случае не против детей, сам очень хочу, даже мечтаю о наследнике, но как работодатель хочу уже стабильности.

На шефа должны идти клиенты, я кондитеров меняю раньше, чем люди узнают про их шедевры, это сказывается на посещаемости.

Захожу в здание, где располагается мой офис, очень удобно, потому что свой ресторан «Берлога» я вижу прямо из окна.

На встречу мне бросается маленькое чудо с двумя хвостиками на голове, лет четырёх.

— Дядя, тебя как зовут?

Присаживаюсь на корточки, чтобы малявка не задирала голову, ведь рост у меня под стать фамилии.

— Меня Михаил Медведев зовут.

— Ой, как здолово, дядя Медведь, станьте, пожалуйста, моим папой.

Надо же, такая малышка, а так чётко разговаривает.

— А тебя как зовут, дитя?

— Ксенья Михайловна.

— Ну надо же, какое совпадение.

— Так ты согласен? Очень надо! Нам с мамой нужна эта лабота, а папы нет. А без папы на ралоту не белут.

— А твой папа где?

— А у меня его не было никогда.

Всегда мечтал о детях, даже почти исполнил свою мечту пять лет назад.

Моя бывшая жена не хотела портить фигуру, и поэтому удалось уговорить её только на ЭКО с суррогатной мамой.

Нашли прекрасную молодую женщину, здоровую и красивую.

Единственный минус, у неё не было детей, вернее, она вообще была девственницей.

Но мне это даже понравилось, я по жизни брезглив, а тут чистая, непорочная, идеально для матери моего ребёнка.

Ей очень нужны были деньги на операцию маме, и мы заключили контракт.

Но моей мечте не суждено было сбыться.

Мы уже готовились к процедуре, но всё пришлось отменить.

Я услышал разговор Оксаны со свекровью, они обсуждали, как уговорить персонал клиники подменить биоматериал Оксаны на донорский, и уже заплатили немалую сумму за молчание и подделку документов.

Как оказалось, она бесплодна и давно знала это, сделала аборт от любовника, с которым изменяла мне, будучи уже моей женой.

Я подал на развод, но она ещё долго трепала мне нервы, таская по судам и деля то, что я создавал много лет.

Теперь я поднимаю свой ресторан с нуля, возврата к прошлому нет, я одинок, но это лучше, чем быть женатым на лгунье, которую интересовали во мне только мои деньги.

И вот сейчас, передо мной стоит девчонка и просит стать её папой.

И это вот всё всколыхнуло во мне былые надежды, может всё-таки пойти в центр репродуктологии и осуществить свою мечту.

Это сразу поднимает мне настроение.

– А ты знаешь, Ксения Михайловна, я могу побыть твоим папой пару часов.

– Ула, тогда побежали сколее к маме, она там беседует и надо обязательно сказать, что у нас есть папа.

– А с кем она беседует?

– Я не знаю, но если она побеседует холошо и всем понравятся её вкусняшки, то у нас будет лабота.

– Ну пошли. Побеседуем с твоей мамой.

Я уже понял, что мама Ксюши – одна из кандидаток на место шефа.

– А твоя мама делает вкусные вкусняшки?

– Да, очень, папа Медведь, они шедевлальные.

– Какие?

– Ше-де-влаль-ные!

– Понятно, надо попробовать.

– Они всем нлавятся, только нас всё лавно не белут на лаботу, потому что я маленькая. А я самоштоятельная и ещё со мной наша бабушка сидит. И поэтому, чтобы нас взяли, нам слочно нужен папа!

– Ну пошли знакомиться с твоей мамой.

Беру Ксюшу на руки и иду в зал, где проходит собеседование.

С кандидатами уже поговорили, собрали анкеты, осталось только попробовать авторские десерты, которые они предоставили.

– Ну что, Ксения Михайловна, показывай, кто твоя мама.

Кандидаток немного, но все они и те, кто проводит собеседование, толпятся у одного стола, пробуют что-то воздушное с гастрономическим экстазом на лицах.

Подходим ближе, моя ноша ёрзает на руках от нетерпения.

– Мама, мама, смотли, я нашла папу, тепель нам точно отдадут эту лаботу.

Девушка оборачивается, и я сразу узнаю её.

– Вы? Как вы здесь оказались? Откуда узнали?

– Я вообще-то хозяин ресторана.

– Папа Медведь, тебе надо поплобовать маминых пиложных. Особенно вон тех зефилных и малмеладных флуктов, ты язык проглотишь.

Девушка как-то странно реагирует на меня, наверное, переживает, что дочь выдала её семейное положение с потрохами, и она не получит должность шефа.

– Ксенька, сейчас же слезь с Михаила Борисовича.

– Ты помнишь, как меня зовут? Это приятно, не переживай, она мне совсем не мешает. Давай пробовать твои шедевры.

Десерты и правда оказались очень вкусными и оригинальными по сравнению с представленными другими соискателями на должность.

– Не помню вашего имени?

– Маму зовут Далья Малмеладная, а я Ксения Малмеладная, не забывай больше, папа Медведь.

Я смеюсь, это чудо совсем не похоже на свою мать, но, как ни странно, девчонка мне кого-то напоминает.

– Дарья, какая у вас говорящая фамилия.

– Да, наверное. Мне очень нужна эта работа, я смогу тогда устроить Ксюню в детский садик, а мама сможет за ней присматривать вечером.

Я уже и так решил, что Дарья будет работать шефом в моём ресторане, но мне так хочется побыть ещё немного рядом, что я делаю вид, что раздумываю.

– Папа Медведь, говоли уже, мы приняты на лаботу?

– Да, Ксюня принята, Дарья, жду вас завтра у себя с документами к десяти утра, а потом Мила покажет вам ваше рабочее место, она через неделю уходит в декрет, а вы выйдете на её место. Есть какие-то вопросы?

– Нет, спасибо вам большое.

– А у меня есть.

– Какой у тебя ко мне вопрос, Ксения Михайловна?

– Может, у тебя нет пока дочки, и ты станешь моим папой навсегда.

Я смеюсь, вот же бесхитростный ребёнок.

– Я бы с удовольствием, но ты посмотри, как растерялась твоя мама, даже побледнела, может, ты решишь этот вопрос с ней?

– Она говолит, что не у всех девочек бывают папы.

Прощаемся, и я возвращаюсь в свой кабинет.

Как тесен мир, когда мы виделись с Дарьей последний раз, она была ещё совсем молоденькой, невинной девчонкой, которая покорила меня своей красотой.

Но я был женат, и мы планировали ребёнка.

Я был очень рад тогда, что вынашивает его жена, которую я считаю очень красивой.

Даша была девушкой с высокой грудью, широкими бёдрами, по сравнению с Оксаной, которая постоянно сидела на диетах и худела.

Но самое примечательное в ней – это глаза, ярко-бирюзовые, большие, в них можно было утонуть.

Мне казалось, что сварливый характер жены – это следствие её постоянного недоедания, а Даша была улыбчивой и открытой девушкой, с очаровательной пышной фигурой.

Возможно, если бы я не был тогда женат, то заинтересовался бы ею как женщиной, и Ксения могла быть моей дочерью.

С этими грустными мыслями я провожу весь день, а когда возвращаюсь в пустую квартиру, становится ещё хуже.

Интересно, что произошло между родителями маленькой Ксении, почему её отец бросил их с Дарьей.

Да и как вообще возможно расстаться по собственной воле со своим ребёнком и не появляться в её жизни, не интересоваться, как она растёт, делает первые шаги.

Ксения – очень смышлёная девочка, с правильной речью, видно, что Даша обращается с ней как с равной.

Ловлю себя на мысли, что жду завтрашнего дня с нетерпением, даже с каким-то трепетом, хочу увидеть Дашу, рассмотреть её получше.

Даже непривычно, я первый раз после развода это чувствую, у меня, конечно, были женщины, я не монах и пользуюсь успехом, но сейчас как-то по-другому, волнуюсь как подросток перед первым свиданием.