45

– Я согласен, – выдает Романыч.

У меня глаза выпадают из орбит.

– Да ну нах, – выдыхаю я. – В смысле… я рад. Просто не ожидал.

Я заглянул к нему в “Прометей” безо всякой надежды на успех. Уже не зная, стоит ли продолжать брать его измором. Или пусть себе дальше разлагается вместе со своим старперским ТЦ.

А он вон чего…

– Я все обдумал. Посчитал. С людьми поговорил. Показал им твои… фантики.

– И че, и че?

– Все говорят, у твоего проекта отличный потенциал.

Вот теперь я скромно молчу. Просто киваю.

Иногда надо засунуть язык в жо, чтобы не спугнуть. Сейчас как раз такой момент.

– В принципе, я и так планировал реновацию… – начинает примазываться Андрей Романович. – Пусть она будет такой.

– Отлично, – киваю я. И задаю главный вопрос: – А деньги есть?

– Будут.

– Банковский кредит не советую.

– Я, вроде, советов не спрашивал! – рявкает он.

Да… легко с ним не будет. Но ничего. И не таких укрощали. Я вон саму Царицу вчера… Раз пятнадцать.

И теперь у меня ощущение, что я могу вертеть весь мир.

– Есть люди, готовые вложится, – говорю я.

– Мне не нужны кредиторы.

– Это называется инвесторы.

– Я знаю, как это называется!

– Очень распространенная практика. Люди вкладываются в ваш проект, потом получают дивиденды.

– Не надо разговаривать со мной, как с дебилом.

– Ладно. Раз деньги есть…

То непонятно, почему он раньше не замутил реконструкцию. Но хрен с тем, чего он не сделал. Видимо, время пришло сейчас.

– Ладно. С чего начнем? – спрашивает Андрей Романович.

Вот это уже конструктивный диалог.

– Подпишем договор со мной?

– Сколько ты хочешь?

Я называю сумму. Вполне адекватную. За уже сделанную работу и за будущую.

Он кивает.

Я в шоке. Думал, будет торговаться. Но мужик правда разобрался в ситуации. Я прошу не больше и не меньше, чем попросил бы любой на моем месте.

У него звонит телефон.

Я пока что отвлекаюсь на договор. А он сердито и резко с кем–то разговаривает.

– Я все решил. Нет. Отсрочек больше не будет. Я продаю долю и вкладываюсь в “Прометей”. Ну и что, что приносило доход! “Прометей” принесет больше.

Ага, – мысленно киваю я. Только называться он будет по–другому.

– Я знаю, что делаю! – выдает он напоследок и бросает трубку.

– Что–то продаете. чтобы вложиться в “Прометей”? – спрашиваю я.

– Да.

– Думаю, это правильное решение.

– А мои родные так не думают… – вдруг делится он.

– Жена против?

– Дочка. Кстати, она считает тебя проходимцем, а меня старым дураком.

Меня?

Интересно, что там за дочка? Я бы мог ей объяснить, что она не права.

Особенно, если она симпатичная…

Впрочем, пофиг. И на дочку, и на объяснения. Пусть сам разбирается

По–любому, дочка там – крокодил.

Мы с Романычем обговариваем сроки, дату начала, общую стратегию и детали. Он дает мне полномочия на дальнейшие переговоры со строительными магазинами и на работу с разрешениями по парковке и заезду. Я планирую подключать ещё людей – один не справлюсь.

– Надо разобраться с нынешними арендаторами, – вспоминает Романыч. – У многих аренда на год. А мы затеваем реконструкцию. Могут возникнуть проблемы.

– Если мы предложим выгодные условия, они согласятся прервать аренду на два–три месяца. Я поговорю с ними. Проблем не будет.

– Давай, действуй! – он машет рукой.

Короче, я обошел всех арендаторов. Убил на это полдня. Прерывался только на кофе и на сообщения Царице. С каждым арендатором поговорил, к каждому нашел подход. Кроме одного.

Так всегда бывает. Обязательно найдется один самый умный… Ладно, и с ним разберемся. Пусть пока переварит инфу. А я подожду и наведаюсь позже. С Романычем же этот подход сработал.

***

Уставший, но довольный, выползаю из “Прометея”. К Романычу уже не захожу, пишу ему сообщение.

А вместе со мной из здания выходит… Опа. У нас тут муж. Бывший.

Пиво пить со мной в прошлый раз не пошел, зассал. А теперь снова торчит в ТЦ.

Что–то мне прям дышать тесно стало, как его увидел…

Что у него тут за дела, интересно? А, впрочем, интересно мне другое.

Они с Царицей, видите ли, дружат. Нормально расстались, как она сказала. Высокие отношения, все дела…

Впервые такое вижу, если честно. Лично меня все бывшие ненавидят.

А он… хороший человек, как она утверждает.

И мне интересно, что входит в их с Царицей дружбу? Этот хороший человек… он ее время от времени потрахивает, так, чисто по–дружески?

Он замечает меня.

– Здорово, – произносит хмуро.

Злой. Недовольный.

– Привет. По пиву?

– Пиво… – он сглатывает. – Я бы с удовольствием. День был паршивый. Но я за рулем…

– А погнали в одно классное место. Там холодное, разливное, нефильтрованное… – соблазняю я. – Бахнем по кружечке, расслабимся. Я тебе потом трезвого водителя вызову. И себе тоже.

– А давай, – внезапно соглашается он.

У него желание выпить на лбу написано. Я сразу прочитал.

***

– Тяжелый день? – спрашиваю я за кружкой пива.

– Ваще.

– Такая же фигня.

На самом деле у меня все зашибись. Но хвастаться не буду.

Бесит он меня на всех уровнях! Как представлю его с Царицей… кружка в руке чешется. Так и хочется о его башку разбить.

Он накачивается пивом. Бурчит что–то о своем бизнесе. Кто–то его сегодня то ли кинул, то ли подвел. Мне похер.

Плавно перевожу разговор на интересующую меня тему. Упоминаю Марту. Прощупываю почву.

– Давно вы развелись? – спрашиваю.

– Да почти три года назад.

– Давно… Дети тебя не забыли?

– Кто? – удивляется он. – А…. Ваня с Аленкой. Забыли, наверное. Она же мне не разрешает с ними видеться.

– Серьезно? – поражаюсь я. – Суровая женщина.

– Да не… Говорит, ни к чему это. И она права.

Капец. Я, конечно, не хочу детей. Но… если они уже есть… Я не догоняю, как можно…

– То есть, у тебя вообще нет желания воспитывать своих детей?

Он смотрит на меня захмелевшим взглядом. Усмехается. И произносит:

– А они не мои.