Глава 19. Немного откровенностей.

Мирослав ждал нас у лестницы и взгляд его красноречиво говорил, что смотримся мы офигенно. Он даже присвистнул, напоминая мне звук пришедшего сообщения.

– Тимочка, неандерталец мой ненаглядный, – протянула сладким тоном. Как я вообще забыла о матери и друзьях?

– Даа, – настороженно спросил он, останавливаясь в нескольких шагах от брата.

– А где мой телефон, милый?

– У меня, – Тим взял меня за одну руку, потом за другую.

– А почему не у меня?

– Так ты не спрашивала, – попытался состроить удивление, но губы расплылось в шкоднической улыбке.

– Дай, мне мой телефон! – потребовала, выдёргивая руки, но добилась лишь того, что Тим спокойно развернул к себе спиной и прошептал на ухо.

– Он у меня в машине, и если ты будешь вести себя хорошо, то так и быть, пока я буду плавать, позволю тебе посмотреть последние новости.

Я застонала. Чёрт! Там же, наверное, весь интернет кипит нашими фотками и видео с песней.

– Да, да. Там много чего интересного, – правильно понял мой вой.

– Кхм-кхм, может мы пойдём. А то Настя зашлёт ещё кого-нибудь, – Мир махнул нам рукой.

– Ладно, я постараюсь вежливо поздороваться со всеми и уйти сама, на своих двоих, – с нажимом проговорила.

И мы пошли в царство бабы Насти, так и хочется назвать её бабой-Ягой. Только это будет несправедливо, ведь по сравнению с первой, Яга кажется доброй старушкой.

– Мир, а ты не будешь звать свою девушку? – невинно поинтересовалась оборачиваясь. Мы уже шли по аллее, ведущей к бассейну.

Мужчина наградил меня раздражённым взглядом, на что я пожала плечами. А нечего входить в чужие комнаты без стука.

– Мир, ты опять за своё? – грозно спросил Македонский и покосился на брата. – Подставишь девчонку…

– А ты за всех девчонок так переживаешь? – неожиданно вырвалось из моего рта. Вот же…

– Ревнуешь? – обрадовался Тим и остановился. Притянул к себе и обняв за талию, нежно коснулся губами уголка моих губ. – Ревнуй, мне нравится, – мурлыкнул сверкая глазами. На солнце карий ободок казался золотым, ещё и это озорство… заражало.

Я обвила его шею руками и притянула ближе.

– Хорошо. Только ты потом не жалуйся, – мурлыкнула в ответ и сама поцеловала.

– Ууу, таким темпом мы не выберемся. Может вы на пляже продолжите свой брачный период?

– Не завидуй, – фыркнула я, и взяв Тима за руку потянула за собой. Несколько шагов осталось до шикарного навеса, а впереди маячила знакомая фигура. – Твой братец прав, Настя уже извелась, наверное, думает, что я и младшенького к рукам решила прибрать. Вон, и средненького отправила на выручку.

– А я за вами, – с распростёртыми объятиями кинулся ко мне Макс и в эту же секунду я оказалась за спиной Македонского старшего.

– Руки оторву, – шагнул он вперёд.

– Эй, брат, я просто хотел поздороваться, – шагнул Макс назад.

– Здоровайся, – великодушно разрешил Тим и сложив руки на груди, остался стоять на месте.

Я хоть и была за его спиной, закрывающей обзор, но бросаться на спасение этого гада не собиралась. Ему полезна небольшая взбучка.

– Привет, Маруся. Я бы отвесил тебе поклон, но ты всё равно его не увидишь, так что, – и из-за плеча женишка, появилась машущая рука.

Позади хрюкнули, да и я не сдержала смешка.

И в такой обстановке нас застала баба Настя, и она была бы не она, если б промолчала.

– Уже и братьев настроила друг против друга, – пробасила старушка.

– Ну что вы, – я выскользнула из-за спины Тима и посмотрела в прищуренные глаза, в уголках которых пролегла россыпь морщин. – Вы и без меня прекрасно справляетесь, – лучезарно улыбнулась… Идём? – подхватила Тимофея под руку и потянула вперёд, а когда меня мог слышать только он, сказала: – Ревнуй, мне нравится.

Македонский хмыкнул, но промолчал.

У бассейна на шезлонгах лежали родители Тима. Мама потягивала сок из трубочки, а папа наблюдал за плавающей Иришкой ленивым взглядом. Ух, и эта тут. А вчера Макс говорил, что остались только мы. И под "мы" я подразумевала самых близких. Получается эта женщина плотно вцепилась в семью Македонских или в их капитал.

Заметив нас, Ирина Олеговна помахала и засияла притворной улыбкой, а взгляд оставался алчным. Вот только вопрос, почему это замечаю только я?

Тим, помахал ей в ответ.

– Тимофей, помоги Ирине, – влезла баба Настя, когда её подружка поплыла к лесенке.

– Тимофей, думаю, не стоит, – притворным шёпотом остановила Тима, хотя он и не рвался на помощь. Но я не смогла промолчать. – Не думаю, что Ирина Олеговна обрадуется, что ты летишь ей помогать. Вдруг решит, что это из-за её возраста. Лучше помоги бабушке присесть.

– Ах ты хамка! – сдвинула брови Настя. – Я тебя вчера предупредила, чтоб не смела меня так называть! И ты же помнишь, что будет если ослушаться?

– Я больше не ступлю на порог вашего дома? – с надеждой спросила я и в радостном жесте прижала руки к груди.

Баба Настя сжала губы и задумалась над колким ответом, когда к нам подошла Иришка. А вот отец с матерью так и лежали, наслаждаясь друг другом и отдыхом. Братья тоже маячили рядом, заинтересованные развязкой. А Тим неожиданно выставил меня вперёд, словно прикрываясь от женщин.

– Доброе утро, Ирина Олеговна, – поздоровалась я, складывая руки поверх Тимофея, что обвили мой живот.

– Добрый день, – с намёком выделив последнее слово, ехидно улыбнулась она и перевела взгляд на Тимофея. – Тимош, ты с утра обещал прийти пораньше и поплавать со мной, – а на этом последнем слове, она снова посмотрела на меня.

И что это твориться? Мне намекают что пока я сплю моего жениха уводят?

– Извини, я был занят, – опередив меня ответил Тим и поцеловал волосы.

Настя фыркнула, а мегера недовольно сжала губы, но тут же исправилась, снова расцветая улыбкой.

– Что ж, может, искупаемся сейчас? Сбрасывай одежду и идём, – задорно сказала она и развернулась уходя, но обернулась, посмотрела зазывно через плечо и выставляя зад.

Я просто в ауте. Да и баба Настя кажется тоже обалдела немного, даже мама Лариса с папой Вольдемаром отвлеклись друг от друга. Про троих братьев я вообще молчу.

Она совсем стыд и страх потеря от безнадёжности? Уплывает рыбка золотая и эта дура готова прямо здесь запрыгнуть на Тима. И даже я не помеха?

"Ну ничего…"

Убираю руки Македонского…

"Я её сейчас такую помеху покажу, точно видеть перестанет, причём обоими глазами."

– Тшш, – шипит мне на ухо Тим, и сжимает сильнее.

– Пусти, я пойду одежду сброшу. Заодно и шкурку с этой змеи, да в бассейне прополощу, – спокойно так говорю и пытаюсь расцепить хватку Великана.

А змея охает, глаза широко раскрывает, краснеет.

– О боже, Настя, – обращается она к старушке. А та всё молчит, явно прикидывая в уме, кого на шее пригрела. – Я вовсе не то имела в виду… оу, – поворачивается к маме Ларисе, – я же просто… я не… – очень натурально играет смятение.

Олеговна схватила с шезлонга полотенце и прикрылась им. Можно подумать мне это помешает.

– Вам надо играть в театре. В вас прям УМИРАЕТ призванная актриса, – ухмыльнулась я, оглянувшись. А ведь никто не верит ей – смотрят с подозрением. Один раз опростоволосилась и всё, считай, списали со счетов.

Баба Настя точно не поверит в оправдания, пока лично не убедится в чистоте намерений. А ради семейного дела, эта женщина будет носом землю рыть. Что ж, – я улыбнулась, – что не делается, всё к лучшему.

Посадили зерно сомнений, можно с лёгкой душой продолжать играть на нервах Македонского. А чего это он промолчал, когда змеюка зазывала его, ещё и вцепился в меня? Нет, я всё понимаю, не хотел скандала и чтоб я руки марала, но! Можно было и самому отшить.

Похлопала Тима по рукам, чтоб ослабил хватку.

– Что, мой пирожочек?

– Ты остаёшься с Ириной Олеговной, которая "не так выразилась", выставляя перед твоим носом свой зад? Или со мной, – я показательно выставила перед собой правую руку и пошевелив пальчики, стала разглядывать как блестит на солнце колечко.

Эффект был ошеломительным. Бабуля сразу рухнула на вовремя подставленный её "дедушкой" стул. И откуда взялся, такой момент обломал! Странный тип, тихий, спокойный как танк, словно ему плевать на всех окружающих, кроме его старушки. И действительно ведь, смотрит взволнованно, водичку сбегал, принёс. И не понятно, заботится о её здоровье или о кошельке, что может выйти из строя. Ну ладно, пусть старушка разбирается сама, а я буду наслаждаться вытянувшейся физиономией Мегеры Олеговны.

Она явно не ожидала подобного поворота. Бегает глазами от кольца и на Македонского.

А он! Он просто восхитителен. Ещё ни разу не отказался подыграть мне и сейчас.

Всё ещё обнимая одной рукой, другой берёт меня за руку и притягивая снова целует колечко.

– Ты могла бы и не спрашивать, я готов идти за тобой хоть в жерло вулкана.

– Боюсь, это мне придётся в огненный котёл за тобой прыгать, – заглядывая в озорные глаза пробормотала, чтобы слышал только он.

Тим рассмеялся и заметив, как к нам спешат родители с поздравлениями, поспешил от них в противоположную сторону.

– Всё потом, – крикнул он, – мы спешим.

Машина нас уже ждала за воротами.

– Прошу, – Тимофей открыл мне дверцу и помог усесться на соседнее с водителем сиденье, обошёл машину и сел за руль.

– А Мирослав? – спросила, когда Тим завёл двигатель.

Мир отстал от нас и сейчас бежал к машине размахивая руками, чтоб его подождали. А ещё к нему присоединился Макс.

– О, и Макс с нами?

– Если успеют, – фыркнул мой Великан и двинулся с места. Остановился, снова двинулся, словно дразнясь. – Я же не зверь, дам братьям шанс избежать участи очередной Ириной жертвы.

Ещё одна остановка и снова мы едем. Наконец братья догнали машину, и на ходу открыв дверцы запрыгнули на заднее сиденье.

– Придурок… идиот…

– Совсем с катушек слетел… псих…

И это было самым приличном, что вылетало из ртов Макса и Мира.

– Я могу вас вышвырнуть, – спокойно заметил Тим и посмотрел в зеркало заднего вида.

– Да прошёл ты! – огрызнулся Макс, шумно дыша. – Себе нашёл "ширму"… без обид Муська, я вижу, что у этого психа всё серьёзно к тебе. А мы теперь отдуваться должны? Дед тебе завещал бизнес. И если бы ты не выкобенивался и не строил из себя самостоятельного, то давно вступил в права наследования. Знаешь же, что Настя придумала это чёртово условие с женитьбой.

– Знаю, но в двадцать пять я не готов был брать на себя такую ответственность.

– Ага, а я сейчас готов?

– К тому же, – не замечая бормотания брата, продолжал говорить Тим, – дед только на словах говорил о передаче мне своего дела, но завещание не успел написать. По всем правилам наследница Настя и ей надоел этот геморрой, и она решила скинуть его на меня.

– Да не пойму, – влезла в разговор, – почему нельзя распределить бизнес между вами? Почему должен быть кто-то один?

– А никто не знает точного ответа на этот вопрос, – Мир перестал сверлить Типа злобным взглядом и улыбнулся мне. – Подозреваю что и Настя забыла с чего забрела в её голову эта идея. Твердит, что, если разделить бизнес, он развалится.

Макс согласно мотнул головой, а Тим стал задумчивым. Сосредоточенный взгляд на дороге, но словно он ушёл глубоко в себя, что-то вспоминая. Попой чувствую у этой семьи есть свои чёрные скелеты в шкафу. Но Макс с Миром о них не знают, иначе тоже сейчас сидели бы с поникшими головами.

– Настя теперь будет на меня наседать! – всё стенал за свою свободу средненький.

А я решила разрядить обстановку.

– Помочь? – спросила, поворачиваясь назад.

Две пары глаз уставились на меня с надеждой, а третья с укором.

– Что? – сделала невинные глаза для Тима. – Я же не себя предлагаю. Есть у меня подружка, – я повернулась к Максу и стала расписывать возникшую идею, – она точно понравится твоей бабушке. Вы поженитесь…

– Рехнулась? Я не собираюсь жениться!

– Ну да. Лучше бегать от Мегеры Олеговны, чем создать видимость любви с молодой и красивой девушкой. Тем более ваша Настя не дура и уже начала догадываться о мотивах этой грымзы.

– Видимость? С молодой и красивой?

– Да, Максик, видимость. Майка не пойдёт за тебя замуж, а помочь без пяти минут моей семье она не откажет. Подруга всегда за любой кипишь…

– Не понимаю, – неожиданно оборвал меня Тим, – почему ты так взъелась на Ирку? Да и вы… – Тим бросил взгляд в зеркало заднего вида. – Она хороший друг, всегда помогала с бизнесом. Я понимаю почему Руська так реагирует, но вы?

– Братец, это ты не так реагируешь, – закатил Мирослав глаза. – Твоя Иришка потихоньку запускает свои клещи в семейный бизнес, прикидываясь бескорыстной.

– Да с чего вы это взяли? Она хочет помочь.

– Мгм, если бы она хотела помочь, то не стала бы поддерживать идею вашей женитьбы. А став твоей женой, она была бы полноправной наследницей.

– А раз ты не интересуешься ресторанами, – подхватил разговор Макс, – то и не лез бы в её дела. Поэтому она так и вцепилась в тебя.

– Вы в этом так уверены?

– Более чем. Ты свалил, а мы каждый день имеем с ней дело.

Ну тут я снова не смогла смолчать.

– Получается, вы знали о планах Мегеры и всё равно ты, – я ткнула пальцем в грудь Макса, – пытался рассорить нас с Тимом, чтобы оградить себя от его участи? Ну ты и козёл!

– Знаю, – без тени раскаяния пожал плечами Макс. – Тимофей не позволил бы затащить себя под венец, он один имеет влияние на Настю. А мы ещё вчера хотели поговорить с ним и рассказать об Ирке…

– Тим? Что скажешь? – я положила руку на плечо Македонского и немного сжала. Он был напряжён.