14

Макар потер предплечье, все еще болевшее после укуса Маруси.

— Смотри, — толкнул он брата плечом. — Аж кровь выступила. Думаешь, теперь надо уколы от бешенства делать?

Никита покосился на него, но сочувствовать не стал. — Прикинь, занудная стукачка умудрилась вырасти в такую богиню… — задумчиво сказал он, глядя вслед Марусе. — Эй! — Макар помахал ладонью у него перед лицом. — Земля вызывает Ника! Ник, прием! Не зависай! Эта та же самая зараза, которая сдала Герману, что мы его вискарь пили! — Вот ты прикинь, — Никита повис на створке ворот и пару раз подтянулся. — У нас на глазах выросла роскошная телочка из тех, что обычно у олигархов сосут их вялые корнишоны. — Интересно, кто такой этот ее Андрюша? — Уж точно не олигарх. — Почему? — Чтобы разбогатеть нужны мозги, а мужик с мозгами такую, как Маруська, не отпустил бы, — уверенно заявил Никита.

Они оба выглянули за ворота. Маруся уже скрылась за поворотом к лесу.

— Ну что, идем? — Макар вернулся к бассейну и принялся одеваться. — Погоди, воды возьму.

Конечно, никто и не подумал ее слушаться. Братья отправились следом.

Сначала Маруся просто кипела от бешенства. Босоножки взрывали пыль с каждым ее шагом, и она жалела, что не может надавать пинков своим сводным братцам.

Больше всего ей хотелось макнуть этих дебилов башкой в дождевую бочку. Отлупить хворостиной по упругим задам. Запереть в сарае и кинуть туда осиное гнездо. Чем дальше, тем более жестокими становились ее сладострастные мечты. Подвесить вниз головой на тополе? Накормить молоком с солеными огурцами? Фантазия уже кончалась, а злость нет!

Она размахивала корзинкой так, что соседские собаки, с любопытством высовывавшие носы из-под ворот, отползали, жалко поскуливая. Пару раз она оглянулась, подозревая братцев в непослушании. Но вроде горизонт был чист.

— То есть, еще и отпустили меня одну в лес! — добавила она еще один пункт к списку грехов.

Правда до конца прочувствовать весь ужас одиночества и покинутости в диком лесу не получалось — места эти она знала, как свои пять пальцев. Шлагбаум на въезде в поселок — формальность.

Все его жители, особенно проводившие здесь детьми лето, отлично знали, между какими домами есть прямой выход в лес, где свернуть, чтобы добраться до автобусной остановки и какими тропинками бегать в ближайшую деревню. Ведь дружить с местными пацанами куда интереснее, чем с соседями-мажорами. Так думали практически все соседи-мажоры.

Марусю деревенская пацанва почти не интересовала, как и быстрая холодная речка протекающая по оврагу, как и местная электростанция с противно гудящими опорами ЛЭП и прочие радости нормальных детей, сбегавших из-под бдительного ока дорогущих нянь, расслабившихся на природе. А вот заброшенная деревня, от которой остались только кирпичные бордюры на фундаментах давно разрушенных домов, маленькое кладбище домашних животных в березовой роще или целая череда полян с дикой земляникой — это было куда интереснее.

Перебежав ручей по гнилым серым доскам, она вошла в темный еловый лес. Осенью сюда ходили за белыми грибами, выраставшими в здешних краях каких-то совсем неприличных размеров. Даже Маруся их собирала, хотя сама грибы не ела.

А еще здесь водились комары… Просто огромные тучи мелких жужжащих тварей нападали на редких путников стаями и обгладывали до костей. Кем они питались, когда не удавалось за целый день поймать ни одного человека — загадка. Но стоило ей ступить на мягкий проминающийся ковер из прошлогодних рыжих иголок, как первая эскадрилья пошла в атаку.

Выскакивая из дома в платье, босоножках и с одной корзинкой, Маруся напрочь забыла все самое важное, что берут с собой в лес. Например, репеллент от комаров. В детстве ей на руку надевали браслетик и обрызгивали вкусно пахнущим китайским спреем, который надежно отпугивал этих тварей. Потом она как-то сама научилась ходить за грибами в закрытой одежде, которую комары не прокусывали. Но сейчас… Где были ее мозги?

Шлепать комаров было бесполезно — на свежую кровь они летели еще активнее, изображая акул-людоедов. Отмахиваться — тоже. Пока она отгоняла одну стаю, другая подкрадывалась с тыла. Комары роились со всех сторон, обрадованные тем, что хоть кто-то навестил их в таком унылом месте. И даже прямое попадание в морду корзинкой их особо не расстраивало.

Маруся сначала ускорила шаг, а потом и вовсе побежала. Безжалостные болючие укусы в плечи, в ноги, даже в задницу под платьем и самое противное — в косточки на ступнях, начинали зудеть мгновенно. Комары лезли в волосы, в рот, летели в лицо прямой наводкой, и она бежала, закрыв глаза. Один раз споткнулась и, почти падая, с ужасом подумала, что тут они ее доедят окончательно.

Но обошлось — и в конце концов Маруся выскочила из леска на холм над рекой, где свежий ветер мгновенно сдул агрессоров. Она присела на траву, сняла босоножки и наконец почесала зудящие ступни. Злиться было не на кого, только на себя. Однако Маруся на всякий случай еще поругалась на близнецов. Если б не они, она бы хоть воды с собой взяла, потому что пить уже начинало хотеться.

Она обулась, встала и оглянулась на дорогу, ведущую к еловому лесу, которая отсюда была видна, как на лодони. Ну, разумеется! По ней довольно бодро чесали эти двое. Никуда не торопясь, но явно в ее сторону. Думали застать ее на полянке, где всегда собирали землянику? Обойдутся! Она знала другое, секретное место!