Глава 34

Михаил

Время до приезда доктора тянется невыносимо долго. Малышка горит. Её щёки и кожа становятся красными и пылают.

— Принеси одежду, — командует брат. — Палыч сказал, что её нужно в тепле держать, но не перегревать.

— Может, обогреватель включим? — предлагаю, глядя на девчонку, которая, находится в каком-то полубреду. То подругу свою зовёт, то какого-то Казимира… чёрт голову сломит, что с ней творится!

— Нет, — качает головой Саша. — Перегрев ей вреден, давай просто оденем и под одеяло положим.

Следующий час ношусь по дому как ужаленный. То за одеждой бегаю, то воду в грелку кипячу, то за градусником… Измеряем температуру — термометр показывает запредельные тридцать девять и восемь! Твою ж мать…

У меня руки трястись начинают. Девчонка кашляет, пребывая в полубессознательном состоянии. А я только и молюсь о том, чтобы её организм выдержал этот стресс. Только бы ничего не случилось!

Наконец, когда приезжает Палыч, мы быстро проводим его к больной. Он тут же осматривает её, берёт кровь из вены и ставит какую-то капельницу.

Наконец, Маша успокаивается и засыпает.

Палыч выходит из её комнаты через час и утирает со лба пот.

Снимает очки и садится на диван.

— Ну? — хрипло спрашивает, поднимая на нас суровый взгляд.

— Что? — переспрашивает Саша.

— Что, архаровцы, довели девчонку?

— Мы? — брат вскидывает брови.

— А кто ещё? Я тут, кроме вас, больше никого не вижу!

— Она что-то сказала? — сглатываю ком в горле.

— Нет, ничего связанного, она в бреду. Поставил ей успокоительное со снотворным. Вколол жаропонижающее. Вот вам препараты. Антибиотики колоть дважды в день строго в одно время, антигистаминные один раз в день, вот тут ещё витамины группы В… — он протягивает исписанный непонятным врачебным почерком листок бумаги. — Тут всё подробно написано. Следуйте предписаниям.

— А в больницу ей не надо? — сдавленно спрашиваю.

— Нет, там ей выпишут точно такое же лечение. Я ещё кровь в лабораторию отвезу, пусть проверят. Как температура спадёт, позвоните мне. Я скорректирую лечение.

— Хорошо, — вздыхаю. Мда… чувствую, ближайшие дни я буду не клиентом этой красотки, а её медбратом. — Так что с ней?

— Нервное истощение, переохлаждение. По поводу воспаления пока сказать сложно, потому что чисто с физиологической точки зрения с девчонкой всё в порядке. Иногда такая температура может подняться на фоне сильного стресса. Если к утру спадёт, значит, моя теория верна. Она просто слишком сильно испугалась.

Твою ж мать… Такое уже нельзя сымитировать! Неужели, она, и правда, так сильно нас боялась? Может, подумала, мы её Хлыщёву отдадим? Поэтому так отреагировала?

— Кто она такая? — Палыч поднимает на нас свой серьёзный, вдумчивый взгляд. — Вы где её нашли? Почему ей нельзя в больницу? Она преступница?

— Проститутка, — хмыкает Саша.

— Правда? — хмурится Палыч. — Что-то непохоже.

— Почему это?

— Ну… я за свою карьеру их навидался немало. Выглядят они иначе. Конечно, надо ещё по гинекологии смотреть, но… это я только с её согласия могу сделать.

— А… можно кровь на венерические проверить? — спрашивает брат.

— Это ещё зачем?

— Занадом, — обрывает. — Так проверишь?

— Проверю, ладно, — Палыч явно нами недоволен. — Вы, конечно, охренели, парни! Ваш отец бы вас за такое за уши оттаскал и ремнём по жопе надавал. Хорошо, что он вас не видит.

— Угу, — киваю, вздыхая.

Мда… заварили мы кашу — теперь хлебать не перехлебать. Ещё и Рамзин с Хлыщёвым на хвост сядут. Вот оклемаются после попойки и начнётся…

— Короче, мне всё это очень не нравится, парни. Не трогайте девчонку, пока в себя не придёт. А потом отпустите. Мой вам совет. Какие бы у вас не были с ней счёты, не нужно в зверей превращаться. Вас же не так воспитывали.

Чувствую в сердце укол совести. Пытаюсь понять, в какой момент этой истории с Машей всё пошло не так?

— Результаты анализов будут готовы завтра, — вздыхает пожилой врач. — Позвоните мне с утра. Если температура спадёт, то я приеду к вам через четыре дня. У меня курсы повышения квалификации, раньше не вырваться.

— А если не спадёт?

— Если не спадёт, то в больницу её везите! — Палыч ударяет кулаком по столу. — Я вас больше прикрывать не буду. Совсем охренели!

Он окидывает нас недовольным взглядом и встаёт, направляясь к двери.

Мы с братом переглядываемся.

Потом Саша идёт провожать друга отца, а я поднимаюсь обратно к Маше.

Девчонка свернулась калачиком под одеялом и мерно спит, не замечая ничего вокруг.

Стою над ней, сложив на груди руки. Сердце дико шарашит в груди, перекачивая по телу щедрые порции адреналина

Чёрт тебя дери, Солнцева! Вот что нам прикажешь с тобой делать?!