ПМП 16. Удобства волшебного мира

– Что… это? – глаз аж дернулся, от напряженного разглядывания ковра, в надежде, что он вдруг магическим образом превратится в элитный образец персидской подстилки.

– Волшебный ковер, – повторил Вик, градус радости на его лице немного снизился: моя гримаса легкого отвращения этому поспособствовала.

– Больше похоже на половую тряпку, – съязвила я.

– Ну, значит, ты пешком пойдешь, – надулся парень, сдвинув брови.

– А ты себе из этого раритета парашют себе сошьешь или оболочку для воздушного шара? – демонстративно пнула рассадник моли носком сапога.

– Не знаю, что такое парашмут, но…

– Авигдор, помолчи, – мягко перебил Антрус, подняв ладонь.

Вик захлопнул открытый на вдохе рот и, скрестив руки на груди, поджал губы.

– Марии нужно перевести дух, сменить одежду, помыться…

– Но… – Вик снова хотел что-то сказать, но пророк метнул в него сердитый взгляд. О, так и у его дзэна тоже есть лимит.

– Или я прямо сейчас сожгу ковер Буният. Я все равно слишком стар, чтобы им пользоваться.

– Ладно, – сдался парень и вернулся в дом, напоследок бросив нежный взгляд на свое сокровище.

– На втором этаже – горница и мыльня…, то есть комната с кроватью и ванная. Отдохни, помойся. Торопиться некуда, – золотистые глаза прищурились в искренней улыбке. Мне даже захотелось обнять его.

Но сдержала порыв и неловко стряхнула несуществующие пылинки с синего балахона. Надо же было как-то объяснить то, зачем моя рука к нему потянулась. Аккуратно обойдя раритетный предмет интерьера, зашла через заднюю дверь в дом: с этого ракурса заметила лестницу – небольшую, но достаточную, чтобы вместить две меня. Поднялась наверх, скользя рукой по гладким полированным перилам. Обжиг на резных завитках контрастировал со светлым деревом. Комнатка оказалась проще, чем расфуфыренные покои графа, простой платяной шкаф, кровать на крепких прямых ножках, слева от входа – дверь, окошко которого было выполнено из мозаичного стекла, переливающегося в широкой полоске света, лившегося из наполовину открытых створок окна.

Дернула дверь, и стоило взгляду сфокусироваться на убранстве, в душе хор запел «Аллилуйя»: отполированная медная ванная призывно сверкала изогнутыми краями, справа стоял резной стульчик с полой сидушкой и дыркой – понятно для чего. Вот интересно, его после интересных дел выносить надо, или все магическим образом испаряется? Ладно, как приспичит – узнаю…

Кроме аккуратненьких полочек, забитых пузатыми бутылочками с разноцветными тканевыми крышечками, обвязанными шпагатом, на стене, рядом с дверью, на небольшом чугунном крючке даже висел халат в винтажный цветочек. В общем, все удобства. Да прибудет с обитателями дома халявный Вай-Фай!

Довольно быстро избавилась от одежды, оставшись в одной льняной рубахе, едва доходившей до середины бедра. И только заметила, что крана-то нет! Окинула ванную комнату, или мыльню, как ее забавно окрестил Антрус, взглядом, но ни труб, ни бочек с водой не увидела. И как тогда мыться? Подошла ближе к ванне, и, проведя рукой по изогнутому краю, обнаружила нишу, наподобие выемки для ручек на школьных партах. Там лежала палочка похожая на стихивею, только выполненная из металла и намного ровнее. Проинспектировав остальной латуневый тазик, даже заглянув под него, десять раз пожалела, что не узнала у Антруса, или на худой конец, у Вика, что делать на случай «хочу помыться». И тут нашла небольшое кольцо, приваренное к краю, противоположному ребристо-волнистому изголовью, напоминавшему сердцевидную ракушку. Палочка как раз подошла к нему, как влитая. Хоть какой-то прогресс....

Кран готов, дальше надо понять, как включить воду. Неужели, и правда придется их звать… И опять чувствовать себя дурой под покрывалом мягко-понимающего стариковского взгляда и еле сдерживаемым хихиканьем вороватого зануды. Раз уж я тут застряла, надо разбираться самой. Мало ли что может случиться. И не очень хочется от кого-то зависеть.

– Вода? – попыталась наугад активировать внеочередной волшебный чердыбых, не особо надеясь на успех.

И тишина…

Развернулась и со вздохом потелепалась к куче одежды. И только я выгребла из-под тяжелого плаща штаны, как через стекло в комнатку влетела искорка. Но не само ее появление ошарашило так, что я, подскользнувшись, упала в кучу тряпья. Голос, с вибрирующими нотками, который вещал через искру, принадлежал Антрусу.

– Совсем забыл, голова с дырой. Захочешь помыться, вставь медянку в кольцо и скажи: «гидро». Нальется сколько надо и само остановится. Только не забудь дырку для слива пробкой заткнуть. Удачи!

Ну да, я же совсем дура – не догадаюсь дырку заткнуть…, да я почти разобралась во всей этой дьявольской конструкции! Правда, ключевое слово «почти» – воду я так и не включила… Так что подсказка искры, лопнувшей в воздухе, в клубе дыма, вызвавшего у меня приступ кашля – пришлась как нельзя кстати.

Тпрыкнув, а именно так я недовольно выдыхаю – как замученная лошадь – проследовала обратно к медной лохани. Благо, что не из дерева как туалет.

– Гидро, – почти шепнула волшебному крану, не хотелось повторения эпизода с малиной. Устраивать потоп в казенном доме совсем не хотелось.

В этот раз чудо-устройство поддалось без лишних уговоров, и не пришлось даже трясти этой медной указкой как в эпилептическом припадке. И вот через минут десять, я уже нежилась в воде идеальной температуры – достаточной горячей, чтобы прогреть ноющие косточки, но без экстремальных температур русской бани. Прошлым летом, когда Аля уговорила меня попарится вместе с ней – видите ли жир ей на боках мешает – меня хватило на 5 минут. Мозги сварились в испарениях кипятка, витавшего в воздухе. Для полного счастья не хватало пушистой пены или на худой конец – морской соли с лавандой. Но рыться на полках со странными пузырьками – уж точно не лучшая затея. Не хватало еще покрыться волосами с ног до головы во всех возможных и невозможных местах подобно снежному человеку.

Вышла из ванны полностью обновленным человеком, на прикроватном столике меня ждала чашка чая с молоком и малиновый пирог. С запиской, написанной почерком в лучших пушкинских традициях: «Пей чай, собирайся с силами. Если хочешь, почитай что-нибудь. А мы с Авигдором пока подлатаем ковер. Антрус.»

Ну что же, вот и долгожданная передышка. Надкусив пирог, подошла к небольшому стеллажу, ютившемуся между гардеробом и окном. Я его сразу и не заметила: только плюхнувшись на кровать с цветастым вышитым покрывалом, смогла рассмотреть дальние уголки комнатки. Комната на вид такая… девчачья… Дом ее для меня состряпал, или здесь до меня жила девушка? Зыбкое предположение – и вот я уже тянулась не к полкам, которые, казалось, лопнут от плотно набитых книг, а к шкафу с одеждой. Распахнула и обнаружила там кружевные подштанники и сорочку с длинными объемными рукавами и с оборками в районе запястий. Рядом висело что-то наподобие юбки из плотной зеленой ткани с кожаным широким поясом со шнуровкой спереди. Надеюсь, этот средневековый косплей не мне приготовили… Эх… Как я скучаю по моим джинсикам. Кинула взгляд на трусы, сушившееся на подоконнике – единственное, что осталось из моей одежды, если не считать сумки с бесполезными сейчас атрибутами моего мира: кошелек со скидочными картами, мелочь на автобус и телефон с паспортом.

Снова повернулась к книжным полкам. Надеюсь, тут есть что почитать, чтобы отвлечься от бытовых неудобств. Единственное, что порадовало – табуретка для раздумий с магическим сливом. Главное, простая в использовании, что для меня сейчас немаловажно. Все эти непонятные слова и устройства, одежда моды прошлых веков… Очевидно, что маги, или как их тут называют, совсем обленились. Зачем придумывать систему очистки воды, канализацию, водопровод, телевиденье и радио, когда можно просто наколдовать или найти того, кто это сделает за тебя. Не удивлюсь, что здешние красотки знают какой-нибудь чудо-крем или пыль, способную придать груди пуш-ап эффект без бюстгальтера. Хотя чего я-то волнуюсь? Моя грудь разницы не чувствует, разве что ликует, обрадованная такой внезапной свободой. А леди Двенадцати Созвездий, скорее всего, просто носят корсет. Стремление к комфорту и автоматизации, видимо, свойственно только моему миру.

Хотелось найти себе легкого чтива, без занудных справочных описаний. К своей радости, с трудом выудила с третьей полки потрепанную книгу в гладком переливающимся чешуйками переплете. «Сказания Двенадцати Созвездий». Хоть бы мой новоявленный кулон-переводчик сделал русскую версию не только названия. Устроилась на кровати и, запивая пирог уже остывшим чаем, принялась листать книгу. Про Великого и Светоносного Ёдина, заарканившего звезду, читать стала скучно уже на третьей странице. Столько восхваления, клянусь, даже в Библии нет. Видать, чувак популярным был в свое время. Пролистав с половину книги, наткнулась на гравюру, изображавшую фею и фейжика, похожих на тех, что я встретила в лесу.

– «Сказ о потерянных крыльях», – невольно прочитала вслух.

История начиналась со слов: «В далекие времена, когда Исполинские Горы были маленькими холмиками, у вождя племени фата родилась дочь-строптивица. Предводителю крылатых пророчествали сына, и еще до рождения он нарек дочь свою мужским именем – Азат. Буйная и непокорная, словно пламя, чьим цветом горели ее волосы. Много тревог и забот носил в сердце отец ее, беспокоясь о будущем…»

Сказка тянулась в лучших традициях наших народных – с текучими повторениями, что я не заметила, как строчки начали расплываться перед глазами, и я уснула, так и не осилив четвертое испытание девушки, не желавшей выходить замуж и согласившейся на мужской обряд инициации.

Мрачные и влажные стены пещеры сверкали в ярком свете факелов: металлические руки, будто растущие из неровного камня, крепко держали древко осветительных палок. Круг смыкали люди – если так можно назвать крылатых мужчин и женщин. Опущенные прозрачные крылышки зловеще мерцали в полутьме.

– Я охотнее съем сырую личинку землеройки, чем пойду за тебя! – кричала я крылатому индюку, подозрительно похожему на Вика.

Затянула ленту на огненно-рыжих волосах и приняла боевую стойку, вскинув меч. Намереваясь украсить ухмыляющуюся физиономию парочкой шрамов. Даже сияющие латы с гравировкой одинаковых человеческих фигур, сцепивших руки, не делали его хитрое плебейское лицо благороднее.

Выпад пронзил воздух, а я проснулась, упав с кровати, следом полетела книга и пустая чашка чая.