ПМП 35. А почему морской царь без бороды?
«Идем», – холодный и ровный голос заставил очнуться от размышлений о том, как можно было добиться таких ровных линий, используя кораллы. Они ведь изогнутые, кривые. Должно быть, работа была проделана очень кропотливая. Если конечно, здесь не замешана магия. Не удержалась и провела рукой по ребристой поверхности, повторяющей узор искривленных веток раскидистого дерева, лишенного листьев. Круглые ворота, опоясанные жемчугом, вели в просторный холл, с высокими резными колоннами. У самого входа устроились наяды, расчесывая свои длинные волосы. Огромные белые ракушки служили сидениями для морских красавиц. Другой мебели в чисто японском стиле, как я ожидала, не наблюдалось. Песок на полу создавал впечатление, что над головой лишь фасад, скорлупа, – а сам замок является неотъемлемой частью окружающего его моря. На секунду я остановилась: возникло чувство, что здесь что-то не так. Как будто чего-то не хватает: подобное чувство возникает, когда привычная вещь находится не на своем месте.
Погоди-ка…
Обвела взглядом морской народ – девочки помладше носились меж колонн, их задорный смех плясал в моей голове. Остальные занимались, как я поняла, домашними делами: с десяток наяд распутывали огромную кучи тины, чуть в отдалении русалка с ярко-рыжими волосами перебирала жемчуг, другие – сортировали… рыбу? А я думала, они травоядные… Эти подводные женщины казались старше – на вид им всем было не больше двадцати пяти – но эти особы, погруженные в свои заботы, делали работу неторопливо, со всей серьезностью: в них не было того задора, что буквально искрился в глазах Аой. Она уже вся издергалась, вынужденная плыть вровень со мной под строгие взгляды своей наставницы – Таматори пресекала любые попытки девушки выбиться из нашей стройной процессии из трех человек. Правда, чем дальше мы уходили вглубь дворца, тем сильнее разрастался наш строй. Любопытные молодые девушки-русалки увязались за нами: сначала, они держались на расстоянии, выглядывая из-за широких колонн. Самые смелые подплывали ближе, за ними подтягивались другие. В глазах рябило от количества лиц и красок, а золотой ободок глаз желтым кругом плавал на сетчатке, будто приклеенный. Голова раздувалась от количества имен, и я лишь кивала, улыбаясь и даже не пытаясь их запомнить. Некоторые успели навешать на меня разные побрякушки – жемчужное ожерелье, странные венок из водорослей, кораллов и ракушек и пару браслетов, явно с затонувших кораблей. Хотя, может у них здесь залежи золота, кто ж его знает… Мне было немного не по себе от такого царского гостеприимства. Надеюсь, я не жертвенный баран или свинья, которую шпигуют овощами, прежде чем подать на стол?
Только хотела спросить у Аой, к чему такое повышенное внимание к моей тощей персоне, но не успела. Стук, донесшийся из глубин зала за закрытыми дверями, поднял мощную волну, спугнувшую девушек, как раз в момент, когда я осознала, что не видела в толпе ни одного мужского лица или, по крайней мере, абсолютно плоской груди. Меня чуть саму не отбросило на колону, но Аой вовремя схватила мой локоть.
Двойные резные двери алого цвета – с огромным ползучим змееподобным драконом по всей поверхности – распахнулись.
– Рюдзин, ожидает, – Таматори вытянула руку, жестом предлагая мне пройти дальше. Аой улыбнулась и ободряюще кивнула, стоило встретиться с ней взглядами. Но сама не сдвинулась с места.
Двери захлопнулись, а пространство вокруг наполнилось холодным синим свечением, таким же, как в туннелях, что мы проплывали. Только оно было постоянным и не таким режуще ярким. Вертела головой в разные стороны, пытаясь понять, где мы очутились, и тут взгляд поймал огромный хрустальный трон. На нем сидел мужчина. Мраморно-бледная кожа и не мигающий взгляд на точеном лице без единой эмоции вводил в заблуждение – казалось, что это не человек вовсе, а статуя. Но стоило ему чуть повернуть голову в нашу сторону – сомнения отпали. Медленно встав, он направился к нам, сжимая в правой руке посох, с навершием в форме огромной жемчужины. При каждом его движении пространство сужалось, будто незримая сила заключала нас в кольцо – перламутровые отблески на полу, разрезающие дальние темные углы, и впрямь образовывали круг. Невольно опустила взгляд, в глазах цвета морских глубин можно было запросто утонуть. На беловолосом мужчине были складчатые штаны с поясом белого цвета, переходящего в синий, и.… деревянные шлепанцы с двумя каблучками, что дело их похожими на скамейку. Так, стоп. Шлепанцы? Зачем ему… И тут я разглядела, что передо мной полноценный человеческий мужчина с двумя ногами. Правда, стоило ему подойти поближе я заметила у него острые топорщащиеся уши с чешуйчатыми наростами, расползающимися по лицу в причудливый узор, и рога. Не такие мощные, как у Ранавата из «Золотого рога» – тоньше, и ветвистые как у молодого оленя. Серо-зеленые чешуйки от лица расползались по крепкому оголенному мужскому торсу, переливаясь бирюзовым цветом.
Миндалевидные глаза разглядывали меня с любопытством. Но с таким пронизывающим до мозга костей взглядом, что хотелось убежать со всех ног. Ну, то есть, уплыть куда подальше.
«Что тебе нужно, Агис Клаас?» – вопрос отскочил от мерцающих стен, эхом проносясь по всему пространству, и, казалось, звуча со всех сторон.
Поежилась в ответ, собираясь с мыслями. Спокойное лицо морского владыки с высокими скулами, прямым крупным носом и немного непропорциональными губами – нижняя губа была чуть полнее – не должно было пугать. Но его глаза источали невиданную силу – в радужке, опоясывающей зрачок, бушевало само море. Необузданное, неукротимое, готовое поглотить тебя с головой, при одном лишь неосторожном движении.
Рюдзин молчал, ожидая ответа, пока я взвешивала в голове лучший ответ. Сказать ли ему правду, и, возможно, вызвать его гнев, или же приправить историю сладенькой ложью: приплести несуществующую несчастную любовь, больную тетю или еще кого…
«Говори», – короткая фраза, без каких либо признаков повышенной интонации, пробрала до мурашек.
«Я ищу фонтан Телесфора», – выпалила сразу же. Белые акулы, опасно кружившие вокруг громадного трона, даже не дернулись, а я уже готова выложить все имеющиеся у меня секреты. Вот что значит сильный взгляд.
«Зачем он тебе?» – веки дернулись, хищный прищур глаз заставил сглотнуть – на секунду зрачки морского царя стали красно-желтыми, будто бушующее пламя.
«Тупая ситуация, если честно», – скользнула рукой по волосам, избегая взгляда. – «Я попала в ваш мир из своего, самого обычного. А вот мое кольцо оказалось необычным. Я уронила его в озеро. Оно там растворилось. И, как сказал Антрус, оно может быть в любом из каких-то там лечебных фонтанов. Вот я и ищу их. Чтобы вернуться домой».
Вышло совсем нескладно. Я устный зачет по нелюбимой физике, и то лучше сдала. В любой неловкой ситуации, когда кто-то вышестоящий требует от меня объяснений, я теряюсь, а в голове всегда всплывает тот эпизод из школьной жизни. Объяснение законов Ньютона словами «ну типа», «как бы», «вроде» и без единой фразы из учебника – учительнице ой как не понравилось. Надо мной тогда еще весь класс хихикал, а Мария Семеновна медленно багровела с каждым новым словом.
Рюдзин еще с минуту внимательно изучал мое лицо, которое за это время успело превратиться из смущенно-румяного в бледное. Любому станет не по себе, когда тебя практически препарируют взглядом.
Когда я решила отмереть и сказать еще что-нибудь, что склонит владыку моря на мою сторону, его длинные, аристократические пальцы с парными кольцами потянулись к моим вискам. Отклониться в сторону не успела, завороженно смотря в изменчиво-синие глаза. Они притягивали, словно водная гладь озера, тихо переливающаяся в лучах утреннего летнего солнца, в которое так хочется окунуться.
И тут мне будто прищемили дверью оголенный мозг – скрутил разряд боли. Очнулась, валяясь на песке в позе ребенка. Еле смогла выпрямиться. Язык онемел. И я молча испепеляла равнодушного царя взглядом. И, если честно, чутье подсказывало, что лучше промолчать.
«Мы тебе верим», – коротко бросил Рюдзин, отворачиваясь. Голос в голове звучал чуть мягче.
«Чудно», – слабо выдавила в ответ. Сарказма не получилось. – «Так Вы поможете мне?»
«Да. Шинму но хако [шкатулка Дзимму (яп.)] приняла тебя».
«А?» – растерялась я.
«Ларь Дзимму», – пояснил Рюдзин, снова повернувшись ко мне лицом. – «Его не сможет открыть корыстный человек. И в твоих воспоминаниях мы увидели правду», – коротко кивнула, заталкивая всплывающие в голове вопросы куда подальше. – «Фонтан находится в руинах дворца Такасима».
«Это точно?» – мне нужно было знать наверняка, ведь времени у меня не так много. – «…Ваше Высо… личество?»
Запнулась, ловя взгляд мужчины.
– Да, – тень улыбки коснулась его лица, чудесным образом очеловечивая. – Я жил в нем, когда был человеком. И видел его. Это чаша со змеей. И та шкатулка – моя.
Мозг от такого заявления просто взорвался, и я не сразу обратила внимание, что последнюю фразу он произнес ртом, да и жаберных щелей у него на торсе я не наблюдала. Возникло, сразу столько вопросов. Как он стал морским царем? Где его жена из легенды? Почему он такой молодой? Антрус вроде бы говорил, что он был первым правителем Земель Рыб. Или это Вик говорил? Не помню… Но этот Рюдзин должен быть в десять раз старше. Так почему? И что за имя Рюдзин, его же Дзимму звали…
– По пути все обсудим, – мужчина взял в руки жемчужину, отбросив в сторону ставший ненужным голый посох.
– По пути? – отозвалась я, все еще переваривая в черепе информацию.
– Мы проводим тебя, – голос раздвоился, но не успела я удивиться или испугаться, Рюдзин-Дзимму поднял жемчужину над головой и со всего размаху разбил ее о землю.
– Вы что…! – вязкий молочно-белый дым заволок все вокруг.
Когда я смогла приглядеться, на меня уже смотрел… дракон. Точь-в-точь как на резных дверях на входе.
Бирюзово-лазурная чешуя переливалась, рябя в глазах, хотелось даже зажмуриться. Длинное тело извивалось, словно принадлежало исполинской змее. Только вот львиные лапы с длинными когтями не вписывались в образ ползучей твари. Из красно-желтых глаз с вертикальными значками вымыло весь морской цвет. Но они не пугали. Как огонь, пляшущий в костре посреди ледяной стужи. Так и хочется коснуться. Потянулась к длинной морде с тонкими извивающимися усами. Чудовище не дернулось и не испугалось, как акула и та треклятая самовозка. Единственное, что у него осталось общего с морским царем – ветвистые рога.
«Нам пора. Времени не так много. Второй раз Куро-Коба не подействует».