Глава 10

Лина с наслаждением вдохнула кислород всей грудью. Легкий летний ветерок подул ей в лицо. Она остановилась на ступеньках, ведущих на центральную улицу. Сердце билось так быстро, словно после хорошей пробежки. «Ну и какого черта я все это ему выдала? Выставила себя полной дурой, неадекватом». Теперь она жалела обо всем, что сказала Владу. Каждое ее слово выглядело глупым и абсурдным, словно речь психопатки. Лина порылась в сумочке в поисках ключей от машины и пачки сигарет, с трудом нашла зажигалку. «Мда по сравнению с мой сумочкой, бермудский треугольник просто отдыхает», – подумала она, прикуривая и пряча зажигалку и пачку сигарет обратно в карман сумки, направляясь на соседнюю улицу, где оставила машину.

Довольно безлюдно для вечера пятницы. Обычно на здесь в этом время народа туча, а сейчас все словно вымерло. В узеньком переулке, которого не коснулись колоссальные изменения с новостройками, модными магазинами и барами, хаотично моргал всего лишь один старый фонарь. Он с трудом освещал маленький квадратик асфальта. Эхом отдавался стук ее высоких каблуков. «В этой темноте еще б машину найти», – Лина вглядывалась в припаркованные автомобили. Свет от фонаря предательски погас и снова включился. Вдруг девушке показалось, что сбоку мелькнула чья-то тень, она резко обернулась – пусто, лишь легкая дымка тумана струится между деревьями. С тихим шорохом, кто-то проскользнул теперь позади нее. Лина обернулась, и снова никого. Из подворотни выскочил черный кот и с пронзительным мяуканьем пронесся у нее под ногами. Ей почудилось, что сзади кто-то идет, тихо, словно крадучись. Сердце тревожно екнуло, и холодком обдало голую спину.

– Эй! Кто там? – крикнула Лина в темноту, а в ответ только эхо от ее голоса и затем гробовая тишина. Фонарь начал предательски гаснуть каждую секунду, а между крышами домов заклубился невесть откуда взявшийся туман. Паника поднималась медленно из глубины подсознания, подкрадываясь по спине к затылку. Кот в подворотне громко зашипел, Лина снова обернулась, и ее сердце зашлось от страха: огромная черная тень следовала за ней попятам. Девушка ускорила шаг, снова обернулась – никого. Боковым зрением Лина заметила неясное движение возле машин слева, повернула голову и увидела силуэт мужчины во всем черном, теперь он стоял довольно близко. Лина побежала вперед, щелкнула пультом от машины, но та не пикнула ей в ответ. «Черт, по-моему, я свернула не туда! Господи, куда бежать?» – страх сковал льдом все тело, сдавил грудную клетку. Она лихорадочно оборачивалась из стороны в сторону, в поисках преследователя, но фонарь снова погас, и теперь Лина оказалась в кромешной тьме. Лина слышала лишь собственное, тяжелое дыхание и биение своего сердца. Снова шорох, сбоку, потом сзади, совсем рядом. Она хотела закричать, но как в самом страшном кошмаре из горла не вырвалось ни звука. Лина попятилась назад, пока не наткнулась на холодную каменную стену. В этот момент чьи-то ледяные руки схватили ее за горло и принялись сдавливать все сильней и сильней. Она задыхалась, пыталась сопротивляться, или рассмотреть своего мучителя, но в глазах потемнело, заплясали разноцветные точки. Дикий ужас сковал все тело, руки хватали черную пустоту, в ушах шумело. Лина, словно сражалась с самой смертью, во тьме и глухой тишине. Вдруг послышался звук удара, ледяные руки разомкнулись. Она закашлялась, прижала пальцы к горлу, с глаз покатились слезы боли и страха. Вновь включился проклятый фонарь, Лина тяжело осела на асфальт. Ноги отказывались ее держать, колени дрожали. Совсем рядом слышались звуки борьбы, но она не видела дерущихся, лишь шум, возню и опять глухие удары. Где-то разбилось стекло. Ей удалось различить два силуэта, постоянно мелькающих вдали, но никак не попадающих под тусклое освещение фонаря. Наконец сквозь слезы, застилающие глаза, она рассмотрела, что один из мужчин во всем черном, а на другом ярким пятном маячила бордовая рубашка.

«Это Влад, господи, это же Влад! Нужно помочь ему, нужно вызвать полицию!» – Лина лихорадочно перевернула все содержимое сумки в поисках мобильника, не спуская глаз с бордовой рубашки. Проклятый сотовый затерялся в недрах ее сумки безвозвратно. Наконец-то она нащупала гладкую поверхность мобильного, и замерла от увиденного не в силах пошевелиться. Противник бросился на Влада с чем-то острым в руке, но Воронов ловко увернулся и оружие, по самую рукоятку, вошло ему в бок. Лина громко закричала, вскочила на ноги. Ужас сковал льдом все ее тело, ей захотелось броситься к ним, но какая-то странная сила пригвоздила ее к земле, не позволяя сдвинуться с места. К ее огромному удивлению Влад вытащил кинжал из своего тела, снова бросился на противника, словно ему только что не нанесли смертельную рану, а просто оцарапали. Девушка открыла сотовый, но тут же поняла, что связь в этом месте полностью отсутствует. В этот момент Влад высоко подпрыгнул в воздухе, словно в замедленном кадре, в его руке мелькнул все тот же кинжал, он силой вонзил его в грудь противника. Оба замерли, мужчина захрипел, что-то сказал Владу, а затем обмяк у него в руках. Воронов с пренебрежением отшвырнул противника в сторону.

– Влад! – Лина закричала так громко, что у нее заложило уши. Ноги снова начали слушаться, и она побежала навстречу своему спасителю. Слезы беспрерывно катились из глаз, Влад шел ей на встречу и когда девушка, наконец-то приблизилась, легко подхватил ее на руки и прижал к груди.

– Влад! Влад! Кто это был? Кто? Он напал на меня. Я шла, а потом появился он…господи, он хотел меня задушить.

– Тссс…тихо, все хорошо, все будет хорошо.

Лина судорожно вцепилась руками в его шею, дрожа всем телом и беспрерывно всхлипывая. Влад куда-то нес ее, а она громко плакала, спрятав лицо у него на груди. Где-то рядом пикнула сигнализация авто, а потом Влад, с легкостью удерживая ее одной рукой, открыл дверцу своей машины и посадил Лину на переднее сиденье. Он прикрыл ее пиджаком и захлопнул дверь. Лина прижала руки к лицу, вытирая слезы и силясь прийти в себя. Бросила взгляд на Влада, тот говорил по мобильнику, и она слышала обрывки фраз:

– Немедленно…сброшу смской…чистильщик…нужно убрать…

В голове у нее шумело, нестерпимо болело горло, к нему невозможно было прикоснуться. Какая же она беспечная дурочка, ведь этот тип из подворотни мог ее убить. Наверняка Влад вызывал полицию, и нужно будет дождаться патрульной машины. Словно в ответ на ее слова Воронов сел рядом с ней на водительское кресло.

– Вы как? – тихо спросил он.

– Бывало лучше, – ответила Лина и с благодарностью посмотрела на него. Его взгляд непроницаем, зрачки снова стали черными как ночь, а челюсти сжаты. Он все еще не успокоился.

– А что с тем человеком? – дрожащим голосом спросила Лина

– Он мертв, – совершенно бесстрастно ответил Влад и вновь посмотрел на девушку, словно пытаясь прочесть ее мысли, – я убил его!

Лина в ужасе прижала руки к груди: это все из-за нее. Теперь Владу нужно будет с этим жить дальше. Господи, произошло убийство. Да что она сидит и жалеет себя, нужно хоть что-то сказать, человеку, который ради нее рисковал жизнью. Сейчас примчится полиция. Будут допросы, и она готова дать свидетельские показания.

– Вы спасли меня, – прошептала она, – если бы не вы…Вас за это не накажут. Вас оправдают вы меня защищали и…

На мгновение его черты смягчились, он улыбнулся, и сердце уже привычно подпрыгнуло в груди.

– Мы ждем полицию? – спросила девушка

– Нет, с полицией поговорим в другой раз. Я отвезу вас к себе, не хочу, чтобы вы оставались одна.

– А как же тот человек?

– Им займутся мои люди, а с полицией будет говорить мой адвокат. Оставьте это мне, хорошо? Давайте уедем отсюда!

Мысль о том, что им придется остаться наедине, показалась ей невыносимой. Тем более Лине ужасно хотелось выпить какое-нибудь успокоительное лекарство и принять душ.

– Нет, я хочу домой. Пожалуйста, мне нужно сейчас побыть одной.

Он быстро посмотрел на нее, и глаза его гневно блеснули.

– Это плохая идея. Повторяю еще раз – вам нельзя оставаться одной. Вы знаете, кто на вас напал?

Она отрицательно покачала головой.

– Нет, скорей всего маньяк или просто насильник.

– Вы журналистка и могли кому-то перейти дорогу. Об этом вы не думали? Если это не насильник? Не маньяк? Вы можете быть уверенной, что к вам не придут снова?

Об этом Лина не подумала, а что, если он прав? Что если ее «заказали» как многих ее коллег, чьими траурными фото пестреют иногда сводки новостей? Страх снова вернулся и впился клещами ей в сердце.

– У вас есть влажные салфетки? – спросила Лина.

Он удивленно на нее посмотрел.

– Моя косметика наверняка размазалась.

Влад усмехнулся, протянул руку к кнопке на приборной панели и включил в салоне автомобиля свет. Взгляд Лины привлекло темное пятно на его рубашке. В голове тут же промелькнуло видение, как кинжал входит в кожу по самую рукоятку. Он ранен! Вся его рубашка залита кровью. Видно даже прорезь от лезвия на сбоку.

– О господи, вы истекаете кровью! Вы ранены! Вам нужно в больницу!

Она протянула руку, чтобы дотронуться до него, но он резко перехватил ее запястье. Там, где его сильные пальцы касалась ее кожи, пробежал электрический заряд, невидимый, но ощутимый ими обоими. Лина потрясенно посмотрела ему в глаза.

– Я не ранен, со мной все в порядке! – отчеканил Влад и его взгляд стал непроницаемым и холодным.

– У вас вся рубашка в крови. Я видела, как он ударил вас кинжалом. Дайте посмотреть, не упрямьтесь. Я окончила курсы первой помощи.

– Нет! – его голос был металлическим, тон не терпел возражений, – Я сказал, что со мной все в порядке. Я не ранен – это кровь того типа.

– Он замахнулся ножом и поранил вас! – Лина пыталась освободить руки из его сильных пальцев. – Я видела!

– А я говорю, что нет! Поверьте, мне лучше знать!

Влад продолжал сжимать ее запястья и улыбаться. Но улыбка казалась ей фальшивой.

– Успокойтесь, вы слишком взволнованы, вам показалось! У меня нет даже царапины.

Лина нахмурилась, он снова пытался выставить ее идиоткой, у него это прекрасно получалось целый вечер.

– Я же видела, своими глазами! Видела! Зачем вы мне лжете? Я может и взволнована, но не слепая и не сумасшедшая!

– Хорошо, хорошо, я не буду спорить и позволю вам посмотреть. Вы убедитесь, что ошиблись.

Влад отпустил ее руки, ловко расстегнул пуговки рубашки и распахнул ее, сбросив с плеч. Лина судорожно глотнула побольше воздуха. При виде его обнаженного торса у нее задрожали руки, и пересохло в горле. Более идеального тела она никогда не видела. Горло перехватило и во рту пересохло. Гладкая мускулистая грудь с матовой темной кожей, рельефные мышцы упругого живота. Темная поросль волос тонкой полоской спускалась к низу, прячась за пряжкой кожаного ремня. Никакой раны и в самом деле не было, даже царапины. Девушка протянула руку и коснулась левого бока кончиками пальцев. В тот же миг он вздрогнул, резко от нее отпрянул и быстро застегнул рубашку. Лина удивленно посмотрела на него, но увидела только затылок, мужчина смотрел в окно, совершенно ее игнорируя.

– Но как? Как такое может быть? Я ведь видела! – упрямо воскликнула Лина.

– Вам почудилось! У вас слишком развито воображение. Видимо это издержки вашей профессии. И вообще вы совершенно правы – вам следует поехать домой. Позвоните вашей подруге, пусть она с вами переночует. Не переношу женские истерики.

С этими словами он завел машину и сорвался с места. Лина в гневе откинулась на сиденье. Ну почему он такой наглый, такой…такой самоуверенно-властный и даже грубый? Почему его настроение меняется совершенно внезапно, когда она совсем этого не ожидает?

«Я его взбесила своей настойчивостью, он на меня зол! Ну и пусть, я все равно уверена, что видела, как его ранили. Черт возьми, я не страдаю галлюцинациями. Или… страдаю. Потому что на его теле ничего нет. И скорей всего мне все же показалось».

 Всю дорогу они ехали, молча, как и в прошлый раз. Автомобиль развил нереальную скорость. Влад врубил проигрыватель на всю громкость, и теперь в салоне звучал Бон Джови и его песня «Это моя жизнь». Влад опять отдалился от нее, поставил между ними стену и стал прежним незнакомцем. Гордым, независимым и неприступным как Китайская стена. Адреса он у нее не спросил, и из этого Лина сделала вывод, что он наводил о ней справки. Иначе как бы он узнал, где она живет? Дрожащими пальцами девушка послала смску Рите, где просила ее после ресторана сразу же приехать.

Влад подъехал к ее дому, плавно припарковался. Уже через минуту учтиво открыл дверцу машины с ее стороны. Помог ей выйти, подав руку, а затем проводил до ворот и вежливо попрощался. Лина посмотрела ему вслед и тихо окликнула:

– Влад.

Он обернулся.

– Спасибо.

Мужчина улыбнулся, слегка кивнул, и через секунду его машина исчезла во мраке ночи. Лина набрала код на домофоне и вошла во двор. Когда она осталась одна, прежние страхи вновь вернулись. Она боязливо огляделась по сторонам. Тихо трещали сверчки. В соседних домах горел свет. Лина прошла к дому, она не видела, как за ней пристально наблюдает тот, с кем пару минут назад она попрощалась.

Влад проводил девушку взглядом до двери, затем молниеносно оказался на крыльце. Его темный силуэт возникал то здесь, то там. Со скоростью звука он осмотрел все участки, прилегающие к зданию, потом легко, словно хищник, запрыгнул на дерево и продолжил смотреть в окна дома. В спальне зажегся свет, и он увидел силуэт Лины в окне. Она задернула шторы и прошла вглубь комнаты. Он напряг слух. Послышался звук включаемого телевизора, затем шум воды в душе. Влад, облегченно вздохнул, достал мобильный и позвонил Стефану.

– Мне нужна твоя помощь, но это должно остаться, между нами. Выбери пару надежных и не болтливых ребят, и пришли их ко мне. Нужно будет несколько дней понаблюдать за домом одной девушки. Нет, это не объект, просто девушка. Я хочу, чтобы она была под нашей охраной. Нет, я говорю! Это нужно лично мне. Поможешь? Сегодня на нее напал один из Гиен, ей нужна, постоянная охрана, пока я не узнаю в чем дело. Только дай слово, что сестре ты об этом не скажешь! Спасибо, друг.

Он отключил Стефана и набрал номер телефон отца:

– Самуил? Мне срочно нужно поговорить с тобой! Когда? Отлично, через час я буду в гостинице.

Не прошло и нескольких минут, как к дому Лины совершенно бесшумно, подъехал «Фиат» темного цвета. Двое мужчин быстро перепрыгнули через ограду высотой в два метра, словно та была маленькой песочницей. Влад возник возле них как из-под земли, они обменялись парой фраз. Мужчины переглянулись и безмолвно разошлись в разные стороны, слились с ночным мраком, чьими детьми являлись по сути своей.