Глава 16

Я резко открыл глаза от чувства направленного на меня пристального взгляда. На груди будто лежал булыжник, отчего было тяжело дышать. Опустив глаза, я вздрогнул, встретившись взглядом с Иннокентием.

— Ты что здесь делаешь? — недовольно проворчал я и скинул наглое животное на кровать рядом с собой.

Демонический зверь первого уровня как-то укоризненно квакнул и спрыгнул на пол, в два прыжка достигнув закрытой двери. Он, даже не попрощавшись со мной, прыгнул высоко вверх и исчез с едва слышимым хлопком.

— Нормально, — тряхнул я головой, прислушиваясь к едва слышимому бормотанию Павла. — А ты чем занят?

— Не мешай, я в отличие от тебя делом занимаюсь. А это мерзкое животное всё равно без своего хозяина тебе вреда причинить не сможет, так что я не стал тебя будить. Тем более, лично мне он совершенно ничем не мешал. Даже как-то успокаивал, так умиротворяюще злобно на тебя сопел, — протараторил он и замолчал.

Потянувшись, посмотрел в окно. Было уже светло. Значит, завтрак я пропустил. Хотя не слышал звука колокола. Всё же за последние сутки я сильно вымотался. Но зато сейчас я чувствовал себя вполне отдохнувшим. Приведя себя в порядок, я вышел из комнаты, направляясь к жилым помещениям клириков, куда на время распределили моих друзей.

Как только мы вернулись с территории Школы, то сразу же рассказали настоятелю о том, что удалось увидеть, и разошлись по комнатам, чтобы хоть немного отдохнуть и набраться сил. Я даже представить не мог, что следует предпринять в сложившейся ситуации, поэтому решил оставить проблему сохранения Школы тем, кто в ней заинтересован. Хотя что-то мне подсказывало, что со строительством нового учебного заведения и пристанища для Стражей нужно будет ускориться.

В женскую комнату я вламываться не стал, поэтому решил сначала найти Сергея. Постучавшись, я открыл дверь и зашёл внутрь. Сергей был один. Все его соседи уже разбрелись по заданиям монастыря, оставив оборотня заниматься своими делами. Он сидел в центре кровати с закрытыми глазами и глубоко и медленно дышал.

— Ты знаешь, что ты громко ходишь, дышишь и думаешь? — открыл он один глаз и посмотрел на меня.

— А ты знаешь, что резко выходить из медитативного состояния не рекомендуется? — усмехнулся я. — Тем более, ты не совсем правильно всё делаешь.

— Как умею, так и делаю. Всё лучше, чем ничего, — тряхнул он головой и, поднявшись на ноги, подошёл ко мне. — Покажешь потом, может, у тебя лучше получится объяснить все тонкости. Лебедев иногда в отношении меня слишком эмоционален. — Поморщился оборотень, после чего окинул меня изучающим взглядом. — Долго спишь. Я уже думал идти тебя будить.

— Иннокентий хорошо справился с этой задачей, — покачал я головой.

— Да? Я его не посылал. Видимо, сам решил проявить инициативу, — погладил он прыгнувшего ему на руки зверька.

— Лучше бы ты, как обычно, вломился ко мне, к этому я всё-таки более привычен, — поморщился я, вспоминая неприятные ощущения при пробуждении. — Да и к тому же прошло не так уж и много времени, чтобы проявлять подобную инициативу.

— Почти двое суток — это, по-твоему, мало? Никогда не замечал в тебе такую тягу ко сну. Мы уже с Милой переживать начали, — округлил он глаза. — Пойдём на завтрак, а то у меня уже в животе сводит. К этому времени должны все разойтись, мне не слишком нравится, как на меня все пялятся. Мила, скорее всего, ждёт нас в столовой, она всегда приходит вовремя.

— Подожди, сколько я спал? — вырвалось у меня.

— Если быть точным — тридцать шесть часов, тридцать минут и двадцать пять секунд, — вместо оборотня ответил Павел. Сергей уже вышел в коридор и, похоже, не слышал моего возмущённого вопроса. — Но это нормальная реакция организма на стресс, магическое истощение, резкое восполнение резерва, физических нагрузок и элементарной усталости. Ну и я немного, конечно, помог. Всё-таки тебя нужно было нормально восстановиться, а то так до нервного срыва и проблем с психикой недалеко. Хотя я до сих пор не уверен, что ты ничего подобного от меня не скрываешь, — совершенно безэмоциональным голосом проговорил артефакт и снова замолчал под какие-то странные шаркающие и скребущие звуки. Надеюсь, он там не лису разделывает, а то я уже не знаю, что от него ещё можно было ожидать.

Я немного отвлёкся на Павла и упустил момент, когда бобёр скрылся из вида за поворотом. Догнал я его уже возле входа в столовую, где кроме Милы, одиноко сидевшей за дальним от входа столиком, никого не было.

— Привет, — я сел на стул рядом с девушкой, давая право Сергею самому договориться о завтраке в неположенное время.

— Ты как? — она поставила кружку с горячим чаем на стол и обеспокоенно на меня посмотрела. — Мы не знали, что делать, поэтому решили оставить тебя на время в покое. А настоятеля нет, чтобы спросить у него совета.

— Всё хорошо, просто нужно было время для восстановления. А куда отправился отец Фёдор? — нахмурившись, поинтересовался я.

Всё-таки эта новость немного нарушила мои планы. Ведь я хотел попытаться разобраться с проблемой Романа как можно быстрее, а после уже переместиться к Северной заставе. И так много времени потеряли из-за гиперзаботы Павла.

— Вчера утром площадка, где расположена точка перехода в Школу, начала рушиться, и тогда настоятель собрал команду из старших клириков и переместился туда. С тех пор никаких вестей от него не было, но внутренний двор разрушаться перестал, — выдохнула она. — Думаешь, с ними всё в порядке?

— Уверен. — Кивнул я. — Всё-таки отец Фёдор — это не князь Мстиславский, и со смотрителем Храма настоятель вполне может договориться.

— Всё, что осталось. — Раздался недовольный голос Сергея, который опустил передо мной поднос. — По тарелке каши, пара кусков хлеба и чай. Почему нельзя готовиться нормальную еду с запасом? — продолжал сокрушаться он, пододвигая к себе тарелку.

— Потому что это нормальный завтрак, — хмыкнула Мила. — Тебе не кажется, что твоя жаба стала слишком наглой? — покосилась она на зверька, который материализовался на краю стола.

— Возможно. Но я ещё не понимаю, как ей управлять, и ещё, мне кажется, он становится сильнее меня. — Шёпотом ответил оборотень, так же как и девушка, покосившись на своего зверя-помощника. — Да нет, бред, конечно, но даже я его иногда побаиваюсь.

Иннокентий, издав какой-то странный звук, неожиданно подпрыгнул вверх и приземлился прямо передо мной, едва не задев своей уже немаленькой тушкой кружку с горячим напитком. Он смотрел мне пристально в глаза, отчего становилось как-то не по себе. Сергей, выругавшись сквозь зубы, попытался его взять на руки, но окружившее жабу синеватое свечение не дало оборотню даже прикоснуться к нему.

— Что ему от меня надо? — тихо поинтересовался я у хозяина демонического зверя, отодвигаясь от него подальше.

— Он никогда себя так не вёл, — почесал друг голову, пожимая плечами. — Иннокентий, ты ведёшь себя неподобающе.

— Похоже, твои слова его нисколько не задевают, — прокомментировала всё происходившее Мила. — Ему же явно что-то от Мишки надо, — рассмеялась девушка.

— Точно, — хлопнул себя ладонью по лбу Сергей. — Миш, отдай ему череп совы. Именно этот артефакт Кеша спёр из хранилища Стражей. И всё время, пока ты спал, очень нервничал, скорее всего, из-за того, что ты решил покуситься на его добычу. — Улыбнулся друг.

— Могли бы и сразу сказать, — покачал я головой. — Паша, отдай им мешок с их вещами. — Попросил я артефакт под пронзительным взглядом жабьих глазок. Не знаю, как насчёт силы, но какая-то холодная потусторонняя аура от Иннокентия исходила, отчего становилось с каждой секундой неуютнее.

— Разбазариваешь честно сворованное, — сокрушённо протянул Павел, и прямо на столе появился этот пресловутый мешок, вдвое меньше того, что мне отдавали на хранение. — Только не кричи. Я травы и ингредиенты для зелий сразу вытащил, чтобы не потерялись. Всё равно им хранить их негде. — Пояснил перстень. — Ну и парочку артефактов. Они им точно не пригодятся. Нужно быть обычным человеком, чтобы их активировать. А череп совы я сверху положил.

— Ингредиенты для зелий у себя оставил, — проговорил я, глядя на то, как друзья скептически смотрят на похудевший мешок. Иннокентий перестал светиться, прекратил своё слабенькое воздействие, тут же запрыгнув в развязанный мешок, начиная чем-то звенеть и скрестись внутри него.

— Чем планируем заняться, пока отца Фёдора нет? — задумчиво поинтересовался Сергей, извлекая пресловутый череп совы вместе с вцепившемся в него Иннокентием.

— Я думаю, тебе стоит потренироваться с новым артефактом. Не просто так твой зверёк решил ради него вступить в неравный бой с превосходящим по силе противником, — предложила Мила. — А мы с Мишей немного позанимаемся основам слияния. Как тебе план? — обратилась она ко мне.

— Мне кажется, что мы с тобой возьмёмся за ритуал очищения, всё-таки это не быстрый процесс, а потом посмотрим. Но ты можешь в этом не участвовать, если не хочешь, — посмотрел я на задумавшуюся девушку.

— Ты обещал настоятелю, что он будет присутствовать при нём, — тихо проговорила она.

— Если у меня всё получится, то найдём ещё одного отчаявшегося и продемонстрируем всё это отцу Фёдору. — Решительно проговорил я. Почему-то мне не хотелось, чтобы кто-то посторонний видел, что будет происходить с Ромой. По идее, ничего страшного и опасного для нас случиться ничего не должно. Но та тёмная сущность, которую я почувствовал внутри парня, всё равно внушала некоторые опасения. — Где он, кстати?

— Всё ещё в местном лазарете валяется. Настоятель запретил его оттуда выпускать, пока он либо не решит оставить всё как есть и даже не пытаться развить в себе магию душ, либо пока ты не начнёшь с ним делать всякие непотребства. Вдруг после этого ему помощь целителя понадобится, — тихо проговорил Сергей. Прикоснувшись к артефакту, который отчаянно пытался вернуть себе Иннокентий, его взгляд изменился. Стал более сосредоточенный и внимательный. Приглядевшись, я увидел в глазах едва заметно вспыхивающие синеватые искры.

— Да уж, похоже, он сейчас уже не с нами, — помахал я перед его лицом рукой и, не дождавшись никакой реакции, пожал плечами. — Надеюсь, он знает, что делает.

— Это нормальное состояние, — махнула Мила рукой. — При изучении новых ритуалов и заклятий он всегда становится таким, а потом приходит в себя и несётся за едой. Так что у нас где-то пара часов, пока он не вернётся в наш реальный мир.

— Ну, значит, не будем его отвлекать от изучения потустороннего мира. Пойдём? — я поднялся на ноги, подавая руку Миле. Я её даже отговаривать не стал, прекрасно понимая, что она не согласится оставить меня одного в битве с тёмной сущностью нашего оборотня-гиены.

— Как я могу отказаться от такого приглашения, — слабо улыбнулась она, беря меня под локоть. — Почему ты не хочешь изучить основы слияния? Ты сам видел, что это является сильным подспорьем в бою с Высшим демоном? — спросила она, пока мы шли в сторону лазарета.

— Пока я не узнаю природу этой связи, то не стану что-либо изучать. Это может принести тебе вред, — отрезал я, останавливаясь возле входа в палату. — А мне пока никто так ничего и не рассказал.

В монастыре было как-то необычно пусто. По пути нам не встретился ни один из клириков, хотя иногда они сновали по дальним коридорам. Но, если бы что-то случилось, это явно вскрылось на завтраке, где присутствовала Мила, да и колокол бы звенел, оповещая об опасности. Так что я решил пока не обращать на это внимания и заняться уже делом.

— Я объясню, — после некоторой паузы проговорила девушка, отстраняясь от меня. — Но… Да пожалуй, чуть позже, я всё расскажу, хотя родители не хотели, чтобы я делилась этим. — Она тряхнула головой и решительно открыла двери, заходя внутрь.

— Приветствую болезных, — улыбнулся я, глядя, как Роман мерит шагами небольшое помещение.

— Ну наконец-то, — резко остановился он, всплеснув руками. — Я уже думал, что буду заперт здесь навечно.

— Пришлось немного задержаться для сбора нужных ингредиентов. Ты как? — осторожно поинтересовался я, не сводя взгляда с парня.

— Замечательно. Страдаю от безделья, неизвестности и терплю возмущения местного лекаря, направленные в мой адрес. Ему не слишком нравится, что здоровый лоб мается дурью, занимает койку и не работает в это время на благо монастыря. — Скривился он. — Я уже готов сбежать отсюда просто так вместе с вами, только бы не слышать больше этого мозговыносящего брюзжания.

— Так ты решил отступить? — прищурился я, глядя, как возмущённо вскинулся на мой вопрос оборотень.

— Ещё чего. Это было так, к слову, чтобы показать, насколько мне здесь плохо находиться, — пошёл он на попятную и сел на кровать. — Сейчас?

— Если хочешь. — Кивнул я, вставая на колени.

— Спрашиваешь, — сжал губы Роман. — Мне нужно что-то делать?

— Нет, просто пока сиди, — мотнул я головой, начиная рассматривать появляющиеся ингредиенты для проведения ритуала очищения. Смешав кровь феникса с водой прямо в стакане, стоявшем на прикроватной тумбе, я протянул его Роману. — Пей.

Подождав, пока он всё выпьет, я разрезал ладонь обычным кухонным ножом, который любезно предоставил мне Павел, и начал вычерчивать своей кровью на полу нужные символы, соединяя их вместе глубокой линией.

После того как круг замкнулся, я зажёг стоявшие свечи и поставил в центр круга глубокую миску из звёздного металла, уже даже не удивляясь, что у Павла есть что-то подобное. Теперь аккуратно нужно смешать все необходимые ингредиенты.

— Ты готов? — прямо спросил я у сосредоточенного Романа. Тот кивнул, сжав кулаки. — Будет больно, — честно предупредил я и начал читать заклинание. Пламя свечей тут же начало подниматься вверх, неестественно освещая помещение, в котором мы находились.

Мила стояла возле двери, скрестив на груди руки, внимательно следя за каждым моим движением, не подходя близко. Правильно. Если пойдёт что-то не так, то лучше ей находиться ближе к выходу.

Воздух наполнился густым дымом от плавящихся в чаше трав, после чего сгустился, окружая тело Романа. Парень резко дёрнулся, когда этот дым прикоснулся к его обнажённой коже, начиная проникать в его тело. Он застонал, крепко стиснув зубы, и закрыл глаза.

Через несколько ударов сердца первые чёрные капли начали появляться на коже, стекая по ней и сливаясь, образуя грязные дорожки. Роман не шевелился, лишь сильнее сжимал кулаки.

— Это нормально? — тихо проговорила Мила, подходя ближе.

— Да, хотя изначально я был неправ. — Глубоко выдохнул я. — Это была не его вторая сущность. Не переживай, если что-то пойдёт не так, я затушу свечи, и ритуал прервётся.

Роман склонился вперёд, его дыхание стало прерывистым. Вдруг его спину выгнуло, и из его рта вырвался клубок чёрного дыма. Он завис в воздухе прямо передо мной, приняв на миг очертания чего-то звериного, а затем бесшумно развеялся под направленным на него светом свечей.

Парень рухнул вперёд, но я успел его подхватить, помогая аккуратно сесть обратно на кровать. Свечи сами потухли, а руны исчезли, оставив после себя лишь едва заметные царапины на деревянном полу.

— А он был очень-очень плохой гиеной, — как-то отстранённо проговорил Павел. — Ну теперь, думаю, он пересмотрит свои взгляды на жизнь. Вряд ли ему понравилось всё то, что он испытал.

— Это всё? — Роман поднял голову и пристально посмотрел мне в глаза.

— Почти. По крайней мере, всё страшное позади, — ободряюще кивнул я. — Теперь тебе нужно немного поспать и прийти в себя. Я буду рядом.

— Даже не подозревал, что во мне столько дряни, — слабо улыбнулся он и закрыл глаза, проваливаясь в сон.

— А теперь поговорим, — я повернулся к Миле. — У нас есть где-то полчаса, прежде чем я снова попробую на него воздействовать. О чём ты хотела мне рассказать? — я пристально посмотрел на девушку, которая опустила глаза, что-то рассматривая у себя под ногами. Видимо, там было что-то действительно интересное, поэтому я не удержался и тоже туда посмотрел. — Что действительно между нами произошло, когда я пытался тебя стабилизировать? — нарушил я возникшую тишину.

— Мы… Ладно, хорошо, — тряхнула она копной рыжих волос. — Ты же помнишь, что я не человек и даже не оборотень? — прямо спросила она.

— Разумеется. Это трудно забыть, — я пересел на кровать, начиная ощущать онемение в ногах от длительного сидения на коленях.

— И помнишь, что маги могут сделать из существ и животных себе фамильяра? — напряжённо спросила она.

— Что? Я не…

— Нет, ты не сделал меня своим фамильяром, но запустил этот процесс. Если захочешь, то можешь его полноценно завершить. Именно поэтому мои родители ничего не рассказали твоему отцу. — Она прямо посмотрела мне в глаза.

— Я никогда даже не подумаю об этом, — нахмурился я. — Почему твои родители решили, что я захочу так поступить с тобой?

— Я не знаю, — она продолжала буквально прожигать меня взглядом. — И слияние — это как раз одна из моих способностей, чтобы тебя усилить.

— Но пока этот процесс не завершён, никто даже не подумает, чтобы так с тобой поступить и попытаться на тебя воздействовать? — прямо спросил я.

— Да, но…

— Отлично, пусть так всё и будет. — Кивнул я. — И да, тебе нечего переживать. Ты живой человек, красивая девушка, с очень большим магическим потенциалом и, главное, мой друг. Поэтому сделаем вид, что этого разговора не было, хорошо? — спокойно проговорил я, поднимаясь на ноги и подходя к девушке, крепко её обнимая. — И мне неприятно, что вы могли обо мне подумать такую гадость.

— Спасибо, — она уткнулась мне в грудь, больше не проронив ни слова.

— Ладно, начнём завтра тренировать твоё слияние. А пока вернёмся к нашему подопытному, — я отстранил её и, улыбнувшись, вернулся к Роману. — Ну, посмотрим, что у тебя сейчас творится в душе.

Я, как и в прошлый раз, приложил руку к его груди, направляя тонкий поток своей первозданной энергии, внимательно следя за ней зрением душ. Его оболочка души теперь была рыхлая, чем-то напоминая воздушное облако. Мой поток спокойно проник в неё, и я усилил воздействие. Серебристая нить начала формироваться в центре этого марева, замыкаясь в круг и словно нанизывая на себя первозданную оболочку, формируя плотное кольцо первого ранга. Мне даже не пришлось делать это вручную, оно сформировалось само, словно ждало небольшого толчка.

Отняв руку от груди Романа, я прикоснулся к его виску, активируя руну пробуждения.

— Ну вот и всё, — выдохнул я, как только оборотень открыл глаза. Он провёл рукой по груди, где только что находилась моя ладонь.

— Странные ощущения, — протянул он. — И такое чувство, что мне даже дышать стало свободнее…

Неожиданно все погасшие свечи одновременно вспыхнули, а их пламя взметнулось чуть ли не до потолка. Чаша треснула, а Роман выгнулся дугой, едва слышно застонав.

— Сзади, — крикнула Мила, и я резко обернулся, чувствуя спиной чьё-то стремительное приближение.

Обернувшись, я с трудом увернулся от огромной тёмной тени, которая пролетела надо мной.

— Пошла прочь, — простонал оборотень, садясь на кровати. — Вон!

Тень отшатнулась, но потом вновь рванула в сторону Романа. В комнате заметно похолодало, и подул ветер, который в одно мгновение задул все свечи. Мила что-то крикнула, и я заметил, как с её руки сорвался огненный шар, который ещё в полёте окрасился синим цветом. Ударив в ставшей плотной фигуру, пламя вспыхнуло, а тень рассыпалась пеплом.

— Я даже не хочу спрашивать, что это было, — в палату вошёл отец Фёдор. Окинув нас пристальным и цепким взглядом, он только вздохнул и покачал головой. — Получилось?

— Да, — уверенно кивнул я. — А вы сохранили Школу?

— Нет. Но смогли вывезти оттуда все, что только смогли найти. Всё-таки смотритель Храма прав, колонну можно уничтожить до основания только в том случае, если уничтожить это искусственно созданное пространство. А теперь покажешь, что ты делал с самого начала.