— В семь.

— Так рано… — качнула она головой.

— Мамуль.

— Да нет, я все понимаю, — уступчиво отозвалась она. — Но один выходной… это же так мало! Еще звонки эти по часам — не дозвонишься ведь, если ты не в комнате.

Я только вздохнула. Меня тоже это совсем не устраивало.

— Ты точно справляешься? — спросила я серьезно.

— Конечно, справляюсь, — отмахнулась мама. — Одно дело по вечерам приходить с больной головой и совсем другое, когда у меня весь день в распоряжении. Я за тебя, дочь, переживаю.

Она сложила мою кофту и уселась с ней на кровать.

— Конечно, это хорошая работа и она несет большую помощь нашей семье, но…

— Но?

— Разве может что-то возместить потерянное личное время? — взглянула на меня мама. — Дело ведь не только в нас — у тебя же и так совсем нет личной жизни!

Я незаметно поджала губы и уткнулась в сумку. Это была не просто больная тема для меня, а тема — табу.

— Думаешь, я не замечаю твоего добровольного заточения? После Рената ты так больше ни с кем и не встречалась.

— Мам. Давай не будем, — не выдержала я.

— Ну, правда, Арь… Честно говоря, я до сих пор не понимаю, что произошло? Почему вы расстались? У вас ведь так хорошо все было.

— Ни у кого не бывает все хорошо, — резонно заметила я, уклоняясь от ответа. — Может я вообще не любила его! Вот и расстались…

Она знала, что это ложь. Слишком хорошо чувствовала меня, да и глаза мои влюбленные каждый день наблюдала. Однако маме оставалось лишь догадываться о том, что же все-таки случилось.

— Арина, я никогда тебе не говорила… — вдруг сказала она, опустив взгляд. — Мне не дает покоя одна мысль. Что возможно это все из-за нас.

— Что?.. — я не веряще уставилась на маму.

— Ну, ты знаешь, все эти стереотипы про многодетные семьи, твоя вечная занятость — может Рената это и оттолкнуло! Не каждый мужчина готов делить ответственность, которую ты взяла на себя.

— Мама, ну что ты такое говоришь?! — горячо возмутилась я. — Поверь, мне не в этом была причина. Да и я никогда не стеснялась своей семьи, а если бы Ренат только заикнулся — глотку бы ему перегрызла!

— Ч-ш, ч-ш, — мама поймала меня за предплечье и, усадив рядом с собой, принялась успокаивающе гладить по спине. — Я знаю, ты у меня скрытная. Но чувствует мое сердце, обидел он тебя. Так обидел, что ты теперь парней десятой дорогой обходишь.

Я отвернула голову и больно закусила щеку. Какая чушь… И вовсе я не обхожу парней! Просто некогда мне заводить их.

Только вслух я это так и не озвучила.