Глава 36

— Но почему? — растерялась я от его реакции. — Пит, я ведь совсем ничего не знаю о твоей жизни. Где ты пропадаешь, когда тебя нет с нами? Чем занимаешься? Кто тебя окружает?

— Адель! — властным жестом он заставил меня замолчать. Из его облика испарились привычные нежность и добродушие. Лицо приобрело жесткие черты, глаза из ярко синих сапфиров превратились в два кусочка льда. — Я не люблю, когда на меня давят, — предупреждающим шепотом заявил Пит. — Есть вещи, которые тебе не нужно знать. Это касается моей работы. Я не привык с кем-либо её обсуждать, тем более с тобой, — он говорил со мной так, будто каждым словом наносил маленький порез на сердце. Прежде нежный и добрый Пит вдруг превратился в сурового мужчину, который прежде никогда мне не показывался.

— Я поняла, — еле слышно пробормотала я, сглотнув слюну, отвернулась. В душе осталось неприятное чувство, как когда в детстве отец отчитывал меня за шалости. Вроде бы понимаю, что сама заступила на «чужую территорию», но с другой стороны— неужели нельзя со мной помягче? Что такого я спросила? Ладно бы, поинтересовалась тайнами, но я ведь попросила в общих чертах описать его деятельность. Неужели это под запретом? Вновь, как и прошлой ночью, я ощутила себя лишней, присутствующей в его жизни лишь для определенных целей, заступать за которые мне строго запрещено.

— Адель! — со стоном выдохнул Пит и притянул меня к своей груди, обхватив могучими руками плечи и талию. Я оказалась в настоящих медвежьих объятьях, вырваться из которых невозможно. Легким движением руки запрокинув мою голову вверх, Пит впился в губы пылким извиняющимся поцелуем, словно хотел вернуть все, как было. — Мой родной ангел, прошу тебя, — разорвав поцелуй, он уперся своим твердокаменным лбом в линию роста моих волос, — не усложняй все ещё сильнее, — прошептал Пит, закрыв глаза.

Прежняя я удивилась бы его словам, спросила бы, о каких сложностях он говорит, ведь в наших отношениях все просто: Пит любит меня, я люблю его, у нас растет сын. Теперь я знаю, что он не желает посвящать меня во многие аспекты своей жизни. Я не намерена давить на Пита, он волен сам распоряжаться своей жизнью, как считает нужным. Как и я.

— Я люблю тебя! — с напором произнес маг, крепко ухватив пальцами мой подбородок и заставляя смотреть в его завораживающие глаза.

— Я тоже люблю тебя, Пит, — прошептала я в ответ. Пит медленно выдохнул, прикрыл глаза и опустил голову, словно не поверил моим словам. Долгий прощальный поцелуй, и Верховный маг исчез. Растворился в воздухе, ускользая в иной мир.

Остаток дня я провела в заботах о сыне. Пока он играл на полу с няньками, я попросила принести бумаги ко мне в комнаты. Читая договора о поставках продуктов, я отвлекалась от неприятных мыслей и даже успокаивалась, постоянно напоминая себе, что ничего не изменилось. Мы живем также, как и раньше. Пит дарит мне свою нежность, говорит о своей любви, а разве мне нужно что-то большее? В самом деле, я ведь не рассчитывала, что он женится на мне? Правда? Конечно, правда. Вот и не о чем переживать…

Сама судьба шла мне навстречу и подбрасывала занятия, чтобы я могла отвлечься. Вечером ко мне наведались гости — два охранных духа. Серокожие, бесполые и загадочные, они сидели перед чашками с горячим чаем, словно не знали, с какой стороны к ним подступитья. Готова поспорить, что их никто и никогда не приглашал к столу.

— Ну, рассказывайте, — с дружелюбной улыбкой произнесла я, отпивая из кружки, — как прошел ваш день? Чем вы занимались?

Духи переглянулись, будто им задали невероятно странный и непривычный вопрос.

— Мы готовились к приезду гостей, госпожа, — бесстрастно ответил один из них.

— Гостей? — искренне удивилась я, заедая чай печеньем. — У нас ожидаются гости?

Духи вновь переглянулись. За все время никто из них так и не прикоснулся к чашкам.

— Да, госпожа, — вновь кивнул один из них. — Скоро ко двору прибудет великий князь Черноземья с дружественным визитом.

Черноземье — небольшая страна на юго-востоке от Севера с очень плодородными землями, житница всего континента. Там выращивают очень много пшеницы высочайшего качества, а также множество самых разных овощей и фруктов. Черноземье кормит себя, а также все соседние царства. Габриллион покорил ее одной из первых, как только пришел к реальной власти. Великий князь Черноземья — вассал моего мужа.

— А зачем он прибудет? — задумчиво протянула я. Не припоминаю, чтобы прежде кто-то из вассалов покоренных провинций допускался в столицу.

— Этот год выдался неурожайным, госпожа, — вздохнул один из духов. — Князь приедет сообщить, что продовольствия будет меньше. Это государственная тайна, и передавать её через гонцов он не имеет права. Такие новости сообщают только лично.

Потребовалось около минуты, чтобы до меня дошло: только что я стала обладательницей государственной тайны, которой не владеет никто в царстве Севера. Князь прибудет лишь через несколько дней, а до того времени у меня есть шанс подготовиться.

— Ребята, — улыбнулась я духам, по-прежнему сидящим ровно, будто они скованны самыми жесткими корсетами, — я вижу, что чай и печенья вам неинтересны. Скажите, что мне сделать, чтобы вам было приятно? Простите, я понятия не имею, что вы едите и питаетесь ли вообще, — произнеся эту неловкую фразу, я вдруг осознала, что в понятие «питание» эти существа могут вкладывать совершенно неожиданный смысл, совсем не такой, к которому привыкла я. Духи осторожно переглянулись, завороженно глядя друг другу в глаза. На их синих лицах не промелькнуло ни одной эмоции, но в воздухе ощущалось напряжение. Неужели они общаются при помощи мыслей? Очень может быть, ведь их обязанности предполагают постоянный незаметный обмен информацией, и простая человеческая речь для этого не подходит.

— Госпожа, нам очень приятно ваше внимание, — механически ответил один из них, посмотрев на меня пустым бесцветным взглядом. — Никто прежде не приглашал нас к столу.

— Вы охраняете меня и моего сына, — пожала плечами я, искренне недоумевая, почему в родном мире к духам так безразлично относятся. Может, потому они такие безэмоциональные и холодные? — Я очень хочу познакомиться с вами поближе, узнать о ваших особенностях, потребностях… В конце концов, я переживаю о безопасности Архана даже сильнее, чем его отец. Поэтому заявляю вам со всей серьезностью: давайте общаться. Скажите, чего вам не хватает, чего вы желаете, и я постараюсь помочь.

— Госпожа, — отозвался дух, который на протяжении всего чаепития предпочитал отмалчиваться. Эти ребята так похожи друг на друга, словно братья-близнецы, что мне сложно их различить. — Для поддержания своих сил нам необходима магия из особых магических артефактов. Господин выдает нам их в качестве платы, как правило, один раз в месяц. Больше нам ничего не нужно.

— Так, а где достать такие артефакты? — нахмурилась я. Чувствую, угодить им будет непросто. Уж в чем-в чем, а в магии я полный профан. Хоть Пит и обещал обучить меня её основам, он так и не провел со мной ни одного занятия.

— В вашем мире их много, госпожа, — кивнул дух. — В основном это ритуальные предметы. Например, в часовне возле дворца хранится много таких накопителей.

— Почему же вы не возьмете один из них? — с удивлением спросила я.

— Мы можем принять лишь ту энергию, которую нам разрешил взять член рода Кронд.

— А я считаюсь членом этого рода? — вопросительно вскинула бровь.

— Да, госпожа, — благосклонно склонил голову дух.

— Я поняла вас, — улыбнулась им, допивая чай из чашки. Отличное у нас с ними сотрудничество вырисовывается: я подкармливаю духов магией, а они делятся со мной маленькими тайнами. В моей голове уже начал зреть план того, как использовать полученную информацию для укрепления своего положения.

В часовне действительно нашлось много старинных предметов, похожих на накопители магии: подсвечник в форме трехголовой оскалившейся гидры, кубок со странными выгравированными рунами, а также несколько ритуальных ножей. Прежде я бы не обратила на эту рухлядь никакого внимания, но сейчас она представляла собой ценность.

Вернувшись в замок, я срочно вызвала мажордома и попросила у него список всех поставщиков продовольствия, даже самых отдаленных и оттого дорогих. Если уж на плодородном Черноземье проблемы с урожаем, то, что же творится в остальных регионах? Нельзя допустить голода среди простого населения, а также желательно снабдить дворец всеми необходимыми продуктами. К зиме все амбары столицы должны быть заполнены, даже если это обойдется казне в круглую сумму.

Составив примерную смету, я прикусила карандаш и посмотрела на играющего в углу сына невидящим отстраненным взглядом. Потребуется очень много денег. Безусловно, нужно уточнить информацию, разузнать, какие урожаи получили менее плодородные регионы, но в любом случае нам нужно закупать зерно на других континентах. Из-за морской перевозки оно обойдется вдвое дороже обычной пшеницы, но если этого не сделать, нам придется туго: и народу, и знати.

— Ваше Величество, о чем вы задумались? — подал голос мажордом. Я вздрогнула и бросила на него рассеянный взгляд, словно только что проснулась.

— Скажите, в казне найдется эта сумма денег? — я указала ему на бумагу, на которой проводила расчеты.

— Очень сомневаюсь, Ваше Величество, — увидев, сколько денег нужно, мужчина выпучил глаза так, что они грозились вот-вот вывалиться из своих орбит. — Это три четверти царской казны. Армия и то потребляет меньше, включая продовольствие, оружие и выплаты вдовам погибших. Зачем вам столько денег, Аделия? — когда мы находились в неофициальной обстановке, мажордом называл меня полным именем, а я не возражала. Это помогало нам сблизиться и найти общий язык.

— Не мне — государству, — продолжая покусывать карандаш, ответила я. — Вы ничего не слышали о проблемах с урожаем?

— Ну, ходят слухи, что этот год выдался не слишком удачным, но ведь у нас есть запасы от прошлых обильных урожаев.

— И этих запасов хватит, чтобы прокормить страну, включая простой народ? — уточнила я.

— Простой народ сам себя прокормит, — хохотнул мажордом. — Крестьяне — ушлые ребята, к тому же живут в лесах, ходят по грибы, по ягоды. Думать нужно об армии и о знатных господах. Им всего хватит, уж поверьте.

Я не стала спорить. Мой отец тоже всегда считал, что заботиться о благополучии простых селян не нужно — сами справятся. Ну, вымрет пара тысяч человек от голода, так что с того? Новые родятся. Я далека от простого народа, не знаю, о чем он думает и чем живет, но одно знаю точно: все люди хотят есть, особенно дети. Помню, лет восемь назад я попала на урок к старшему брату — царевичу и краем уха услышала о взаимосвязи урожая и количестве населения. Он тогда слушал в пол уха, предпочитая изучать искусство ведения войны, но я запомнила то, что вдалбливал ему учитель: в каждый неурожайный год население деревень и малых городов уменьшается, и в первую очередь гибнут самые слабые: женщины и маленькие дети.

Если я, дочь царя, законная царица Севера, ещё год назад была здесь в полурабском положении, то как тяжело может оказаться простым крестьянским девушкам с детьми на руках? У них за спиной нет всевластного полубожественного любовника, который способен защитить даже от стихии. Они просто умрут от голода, а те, кто выживет, будут вынуждены наблюдать, как страдают от голода и умирают их дети, такие же малыши, как мой Архан. От этой мысли сердце сжалось в комок. Нужно срочно что-то предпринять, чтобы избежать этой страшной ситуации. Для начала необходимо дождаться визита князя Черноземья, пообщаться с ним, и уже на основе этой беседы принимать решения. Но, как бы там ни было, мне в любом случае нужна астрономическая сумма, чтобы осуществить свои планы.