4. Константин

Девчонка обречённо поплелась следом за мной, мы вышли из отдела и сели в мою тачку. Я всё ещё поверить не мог, что Новиков так несправедливо со мной поступил. Типа хочет жопу мою прикрыть? Может, и так. В любом случае придётся теперь возиться с этой малолеткой. Если выгонят из полиции – вот где будет пиздец. Я же больше не умею ничего, кроме как ловить бандитов.

– И что дальше? – подала голос Настя, глядя на то, как я завис с ключами в руках.

– Ничего интересного, – буркнул я.

Разговаривать с ней мне не хотелось, да и ни с кем не хотелось. Настроение было – лечь и умереть. Девчонка поёжилась, обнимая себя руками. Её мелко потряхивало. Это от адреналина и переутомления – по себе знал.

– На вот, накинь, – достал свой китель с заднего сиденья, сжалившись над бедняжкой.

– Спасибо, – ответила она, суетливо просовывая руки в рукава пиджака, казавшегося на ней безразмерным.

– Соплями не испачкай! Это моя парадка! – бросил я ей и завёл машину.

Она ТАК на меня глянула, что я на сиденье заёрзал. Если бы взглядом можно было убивать, я бы уже сдох. Я ей самое ценное в пользование дал, можно сказать, а она ещё и недовольна?

Не нравился я ей. Да и похуй!

– Мне нужно вещи собрать для поездки, – поставила меня в известность Настя.

– Не вопрос. Где живёшь?

Она назвала адрес, и я прикинул, что нам вообще не по пути.

– Только у меня ключей от квартиры нет, – добавила девчонка. – Они в сумке, сумка на работе.

Пилить по пробкам до клуба, а потом к ней на хату у меня не было никакого желания. Так полдня уйдёт. А у меня голова болит, вообще-то.

– В клуб возвращаться опасно, – придумал я железобетонную отмазку.

– Но…

– Ты чё не слышала, что тебе полковник сказал? Убить тебя хотят. Хочешь, чтобы и меня изрешетили? – Девушка ничего не ответила, поджала губы и отвернулась к окну. Я с ней сюсюкаться не собирался, не на курорт едем, но что-то резковато я с ней, кажется, разговариваю. – Заедем в магазин по пути, купим всё, что нужно, – пообещал я в качестве извинений.

– Я есть хочу!

– Я тоже.

Сначала мы заехали ко мне. Оставлять свидетеля в машине я не стал. Вряд ли её там прибьют, но если и нападут, машину жалко. Кузов зацепят не дай бог, или кровищи мне там напустят. Тачка новая почти. Я такого не переживу.

Или свалит Настенька, не дай боже. Вон как смотрит злобно. Я бегать ни за кем не собирался. Мне заняться больше нечем?

– Куда вы меня привезли? – озираясь по сторонам, спросила Настя.

– Ко мне заскочим на минуту.

– Значит, к вам неопасно ехать? А ко мне опасно? – высказала очередную претензию, гневно раздувая ноздри.

– Выходи резче! А то голодная поедешь! – поторопил я злюку.

Настя всё же вылезла, кутаясь в мой китель, как в пальто, и мы поднялись в мою квартиру.

– Кухня там, – показал я ей рукой направление. – Сообрази пока что-нибудь на скорую руку.

– Я? – удивилась девушка.

– Ты же есть хотела? Или уже перехотела?

Я знал, что у девчонки при себе ни кошелька, ни телефона, поэтому она полностью на все сто процентов зависела от меня. Хочет есть? Придётся постараться.

Настя скинула туфли и мой китель, а потом молча прошла туда, где ей место, как и любой женщине на земле. Пока моя подопечная гремела кастрюлями, я достал дорожную сумку и открыл шкаф. Как и у любого среднестатистического мужика, одежды у меня было немного, поэтому управился я за считанные минуты. Достал из сейфа охотничье ружьё, решив, что лишним не будет, патроны к нему и к пистолету, пару ножей и перцовый баллончик.

Перцовка валялась тут с незапамятных времён и почти выдохлась. Я отжал её у какого-то нарика на облаве, потом закинул в сейф и забыл о ней. Я потряс баллончик, с удовольствием отметив, что там ещё что-то булькает. Пусть будет на всякий.

Из кухни потянуло чем-то съестным, и я потянулся туда же.

– У вас холодильник пустой, – недовольно буркнула хозяюшка, помешивая пельмешки в кастрюле.

– Ну, прости, я гостей не ждал, – развёл я руками, усаживаясь за стол, где уже красовались бутербродики с колбаской и сыром.

Молодец, Настюха! Могёт из топора кашеварить!

– Сразу предупреждаю, – сказала она, ухнув передо мной тарелку с дымящимися пельменями. – Я вам не прислуга!

Даже не спросила, может, я с бульоном люблю? И наложила мало. Я нехотя поднялся и заглянул в кастрюлю, но там, одиноко плавал лавровый листик и больше ничего. Ладно, бутерами докинусь.

– Может, на ты перейдём? – пропустив её недовольство мимо ушей, спросил я. Себе с жижечкой налила, сучка! Мне уже было похрен, поэтому я щедро навалил сверху майонеза и начал есть. – Ты оглохла?

– Соблюдайте субординацию! – фыркнула Настя. – Это вы теперь мой обслуживающий персонал! Я налоги плачу, между прочим, а вы с них зарплату получаете! Так что исполняйте свои обязанности, как положено!

Ты смотри какая цаца! Как же я её сейчас ненавидел! Ещё сильнее прежнего.

Чувствую, помотает мне эта дура нервов. У меня от неё голова ещё сильнее разболелась. Надо таблетки что ли какие-то поискать? А ей рот пластырем заклеить, чтобы не пиздела много.

Но пусть поест сначала.

Через сорок минут мы уже стояли у магазина "Смешные цены". Это моя мстя за "обслуживающий персонал". Я дал девчонке свою кофту, чтобы не мёрзла, но понимал, что ей нужна и другая одежда – элементарно сменные трусы.

– Вы куда меня привезли? – уставилась на вывеску. – Я не буду там ничего покупать!

– А ты в ЦУМ хотела? – рассмеялся я. – Ну, прости! Как стану олигархом, свожу тебя туда, если будешь хорошо себя вести. – Она не двигалась с места, и это меня накаляло. – С голой задницей будешь ходить, если не выберешь себе ничего из одежды. Мне вообще всё равно, мне так даже лучше. Красивая попка у тебя! С удовольствием полюбуюсь!

– Козёл! – прошипела блонди, но к магазину зашагала, как миленькая.

То-то же, Настенька! То-то же!