Глава 20. Две ссоры за один день

*** Маргарита ***

— Ты где пропадала все выходные? — шипит на меня Даша змеёй, после того, как застала меня за тем, что я тихонечко пробиралась в собственную спальню, чтобы переодеться перед работой. — Я тебе обзвонилась, кучу сообщений оставила, почему не отвечала? Я тут переживаю вообще-то, места себе не нахожу, чуть с ума не сошла!

— Прости. — пожимаю плечами в ответ, только и всего.

Не говорить же ей, что провела все выходные в постели с Максимом, и мне было не до неё. А телефон я вообще выключила, чтоб не мешал.

— Ты была с ним? Он тебя обидел? — она пристально осматривает меня с головы до ног, но видит лишь слегка уставшую, но вполне себе довольную жизнью, я бы даже сказала счастливую Маргариту, поэтому просто делает недовольное лицо, вместо того, чтобы реально переживать.

— Да, я была с ним. — гордо выпрямляюсь. — И нет, он меня не обидел. Мы теперь встречаемся.

— После того, что он сделал? С тобой, с Голубевым! — она смотрит на меня, как на ненормальную.

— Ты его совсем не знаешь. — защищаюсь. — Кстати, как там Михаил?

Стало немножко совестно за то, как я провела выходные вместо того, чтобы поинтересоваться здоровьем пострадавшего по моей вине. Хотя почему это по моей? Это ведь Даша подкинула мне идею использовать его, чтобы Максим приревновал. Это сработало, но такие грязные методы мне не по душе.

— Нормально, жить будет. Хотя и обижен на тебя. — отмахивается Дашка. Ладно, потом извинюсь перед ним. — Ритуль, его я может и не знаю, хотя нет знаю, все они одинаковые. Но я точно знаю тебя. Ты такая доверчивая, тебя легко обмануть, запудрить мозги. И не опытная ты в этих делах, не понимаешь ещё.

— Что я не понимаю? — вдруг такая обида пробрала. — Я вижу, что он любит меня, а я люблю его. А ты, Даша, у нас значит опытная? Настолько хорошо разбираешься в отношениях, что отшиваешь единственного приличного парня в твоей жизни из-за того, что он просто физрук?! — уколола я сердобольную подружку.

Та на меня выпучила глаза, хлопая ресницами. Обычно я во всём с ней соглашаюсь, прошу совета, а тут такое.

На самом деле Егор, несколько недель ухаживающий за ней после одного случайного секса в туалете клуба, был на порядок приличнее и заботливее всех тех придурков, с которыми она обычно встречалась. Я хоть и старалась во всём поддерживать подругу, но тут уже не могла молчать.

— Ну как знаешь, подруга. — обиженно бурчит она. — Этот мажор на тебя плохо влияет, мне не нравится такая Рита.

Какая такая? Уверенная в себе? Счастливая? Я наконец-то вылезла из своей скорлупы, и кому, как не ей, меня бы поддержать. Но она разворачивается на пятках и уходит в свою спальню, а я получаю возможность спокойно принять душ и собраться на работу.

Мы впервые серьёзно поссорились, и я не находила себе места из-за этого. Меньше всего мне хотелось выбирать из двух близких людей кого-то одного. Даша, не ставь меня перед таким выбором, ведь я выберу не тебя.

*** Максим ***

Я подвёз Маргариту на работу, но у дверей университета мы, как и договаривались, разошлись по разным сторонам, чтобы не вызывать подозрений. С кадрами я как-нибудь вопрос решу, а вот Лариска могла попить нам крови. Как-бы так её так помягче отшить, чтобы потом не отыгралась на моём цветочке?

— Максим Юрьевич. — приторный голосок бывшей подружки раздаётся за спиной как раз в тот момент, когда я о ней вспоминаю. — Можно вас на минуту? Пройдите со мной в мой кабинет пожалуйста.

Лариса властно манит меня пальчиком и удаляется, виляя задом. Мне не остаётся ничего другого, кроме как следовать за ней. Нет смысла откладывать разговор, придётся признаться сейчас.

Как только за мной закрылась дверь её кабинета, она толкает меня на противный скрипучий кожаный диван и усаживается сверху.

— Нас могут увидеть. — пытаюсь спихнуть её с себя.

— Не увидят. — ластится она. — Я велела секретарше, чтобы нас не беспокоили в ближайшие полчаса. Я соскучилась по твоему малышу.

— Не называй его так. — к горлу подступил приступ тошноты от того, как она выкатила свою грудь передо мной, расстегнув верхнюю пуговицу блузки. — Ларис, давай поговорим.

— Обязательно поговорим, только сначала я оближу его. — она уже расстёгивает ширинку на моих джинсах.

Мнёт член ладонью через ткань трусов, трётся об меня огромными титьками, а мне хоть бы что, в штанах словно всё умерло.

— Да что с тобой такое? Не выспался? — удивляется она отсутствию твёрдого стояка. — Обычно ты всегда готов, как пионер.

— Сама виновата, нефиг было называть его малышом, он обиделся. — пытаюсь отшутиться.

— Ой, какие мы ранимые. — сюсюкает она. — Иди сюда, сейчас поднимем тебе… настроение.

Она усаживается на полу передо мной, раздвигает мне ноги и пытается стянуть штаны, намекая на минет, но я, не веря всей комичности ситуации, впервые отказываю ей в этом.

— Что за дела, Максим? — тон её голоса становится твёрже, появляются холодные нотки, так она обычно разговаривает с неисполнительными подчинёнными.

— Нам надо поговорить, Ларис. — поднимаю её с колен.

— О чём? Ты же знаешь, мне это не интересно. Потрахались и разбежались, какие к чёрту разговоры? — сердится она. — У нас мало времени.

Лишь сейчас она замечает поджившие ссадины у меня на лице:

— А это ещё что такое? — неужто переживает? — Почему ты в таком непотребном виде? Завтра открытие конференции! Ты представляешь наше учебное заведение, можно сказать, его лицо! — а нет, показалось. — Даже не хочу знать, что произошло, исправь это немедленно, замажь чем-нибудь!

Она недовольно шагает, цокая каблучками, к своему столу и усаживается в кресло, поняв, что секса не будет.

— Говори. — чеканит, параллельно погружаясь в чтение деловых бумаг.

— Нам нужно прекратить наши неофициальные встречи. — присаживаюсь на край её стола, а не напротив, чтобы казаться выше.

— Это ещё почему? — ухмыляется она.

— Надоело мне прятаться по углам. — придумываю на ходу. — Ты замужем, а я хочу серьёзных отношений. Чтоб в кино, в кафе, а не только на твоём диване в кабинете тайком по-быстрому.

Правильно, пусть лучше думает, что я страдаю от неразделённой любви к ней, и что это по её вине мы не можем быть вместе.

Она вскидывает на меня изумлённый взгляд из-под веера густо нарощенных ресниц. Затем подозрительно прищуривается и опускает его в бумаги, лежащие перед ней на столе.

— Это всё? — деловой тон.

— Ну да. — киваю.

— Тогда свободен. Пока что. — указывает она на дверь.

Не знаю, поверила она мне или нет, главное, что отстала и не лезет в трусы. Не хочу изменять ромашке, да и не нужен мне никто кроме неё.