Глава 20. Спаситель

Сергей делает шаг вглубь помещения и направляется ко мне. Неукротимо приближается, и я невольно начинаю дышать быстрее. В голове стучит паника, но у меня нет сил на то, чтобы встать и бежать. Боюсь, что просто завалюсь на полпути к двери.

Всё моё тело ощущается, как размякшая губка. И осознание собственной никчёмности бьёт меня по голове.

Какая же я дурочка! Ну зачем я пила эти коктейли? Нужно было остановиться на первом, а лучше… лучше вообще не прикасаться к алкоголю!

Мне надо… надо как-то сказать Сергею, что я не хочу знакомиться с ним ближе, что меня такое не устраивает. Но в голове какая-то каша. Мысли прыгают, как резвые попугайчики по комнате.

И тут же перед глазами встаёт лицо Ярослава. Не знаю, почему он. Но сейчас до ужаса обидно, что он не появился на этой проклятой студенческой вечеринке. Если бы он был рядом… я бы точно не попала в такую ужасную ситуацию. Он бы не дал.

Ярослав был бы со мной. Пускай, чтобы поиздеваться или показать, как сильно я попадаю под его власть. Но с ним я бы чувствовала совершенно другое. Не этот безумный страх, а… желание. Неправильное, отвратительное, но… Это было бы оно.

Сергей садится. Я тут же отодвигаюсь. На это меня ещё хватает. Вот только его мой побег не останавливает. Он придвигается ещё ближе, его бедро прижимается к моему. По телу ползут липкие мурашки.

Я снова еду по дивану дальше, пока вдруг не понимаю, что уже упираюсь в подлокотник. Дальше бежать некуда. Клетка захлопнулась. Это конец моего приключения.

Сердце сжимается в груди.

– Ты такая красивая, знаешь? – дыхание Сергея с примесью алкоголя обжигает щёку. – Такая… напряжённая. Давай я помогу тебе расслабиться…

– Я хочу уйти, – хрипло и неуверенно произношу я. Голос дрожит, выдавая мой страх. Соберись, Алёна, скажи твёрже: – Отстань… отстань от меня.

– Чего ты боишься? – нагло улыбается он, и его рука опускается мне на колено. Пальцы сжимаются на моей коже, и я чувствую, как к горлу подкатывает тошнота. – Нам же будет вместе хорошо. Просто развлечёмся.

Его ладонь тяжёлым, чужим грузом лежит на мне. Я чувствую каждую подушечку его пальцев, и меня от этого передёргивает. Пошлое, грязное прикосновение. Открытое предложение. Развлечься…

И тут сквозь стук в ушах, сквозь мутную картинку перед глазами, сквозь тошнотворное ощущение... я неожиданно слышу что-то чужеродное. Оглушительный грохот.

Вздрагиваю и пытаюсь сфокусировать взгляд на новой вводной данной. Что изменилось в этом полутёмном помещении? Дверь! Кто-то сорвал замок и стоит теперь в проёме, заливаемый светом.

Сердце подпрыгивает в груди. Я сразу понимаю, кто это. Внутри мгновенно всё перестраивается, каждая клеточка теплеет, всем сознанием я чувствую накатывающее облегчение. Он пришёл.

Не знаю, как Ярослав узнал, что я здесь, но он пришёл. Он спасёт.

Тормасов стоит спиной к безумному ритму клуба, лицом повёрнут к нам. Его взгляд быстро оценивает обстановку. Скользит по мне, по моей позе, по руке Сергея на моём колене. И всё. Больше ничего не нужно.

Я даже не успеваю моргнуть. Ярослав, как разряд молнии, взрыв чёрной, немой ярости. Он рычит. Низким, животным звуком, от которого по телу бегут ледяные мурашки.

Два шага. Его кулак со всей силой обрушивается на лицо Сергея. Тот издаёт короткий, захлёбывающийся звук. Падает с дивана на пол. Ярослав бьёт его ногой, и я слышу хриплый, булькающий стон где-то под столом.

– Сука… – одно только слово Ярослава, которое доносится до меня сквозь звуки чужой боли.

Я во все глаза смотрю на него и не могу пошевелиться. Вот так просто. Вломился и… решил мою проблему. Даже не спрашивая, а нужна ли мне помощь. Он всё понял по моему виду, понял по моим глазам.

Ярослав медленно поворачивается ко мне. Его взгляд скользит по моему платью. По тонким лямкам, откровенному декольте и короткому подолу. Каждая клеточка тела загорается по этим его взглядом.

Дыхание перехватывает в ожидании… чего-то. Я приоткрываю рот, но не знаю, что хочу сказать. Мозг до сих пор плохо анализирует происходящее.

Ярослав и не собирается со мной разговаривать и что-то спрашивать. Он просто наклоняется и подхватывает меня на руки. Прижимает к своей груди.

Я не сопротивляюсь. Я не могу. Во мне всё дрожит. Я просто вдыхаю аромат его парфюма и успокаиваюсь. Это он. Он.

Здесь со мной. Пришёл и спас. Только внутри всё покалывает от мысли… И что будет дальше? Что он будет делать? Со мной такой… пьяной? И эта мысль обжигает похлеще любого алкоголя. В голову лезет что-то совсем уж неправильное, на грани приличий…

А Янка? Она ведь была с этим… со вторым старшекурсником. Чёрт. Надо остановить его. Надо спросить. Спасти и её тоже. Мало ли, что с ней захочет сделать этот… как его… Андрей вроде бы!

Ярослав несёт меня через танцпол в сторону выхода, а я вцепляюсь в его плечи сильнее.

– Яна… – слабо пытаюсь протестовать.

– Она с Тихоном, – отрезает он жёстко. Тяжело вздыхает, и я чувствую, как его грудь поднимается и опадает. Добавляет ледяным тоном, раздражённо: – Молчи!

Тормасов выносит меня на холодную ночную улицу. Воздух обжигающе свеж после удушья клуба. Я понимаю, что дрожу и прижимаюсь к его разгорячённому телу сильнее.

Он грубо заталкивает меня на пассажирское сиденье своей машины. Хлопает дверью так, что я вздрагиваю и обхватываю себя руками за плечи. Обходит капот и грузно опускается за руль.

Не заводится. Просто сидит и смотрит в лобовое стекло. Его пальцы вжимаются в руль. Плечи напряжены. Дыхание прерывистое, яростное. Я смотрю на его руку, сжатую в кулак. На сбитых костяшках проступает кровь.

И я, всё ещё не осознавая, что делаю, протягиваю руку. Мои пальцы легонько касаются его окровавленных суставов. Он не шевелится, не смотрит на меня, только… только, кажется, что напрягается ещё сильнее.

– Надо обработать, – шепчу я.

Моё прикосновение, будто бы становится последней каплей. Словно где-то внутри него рвётся трос. Что-то, что сдерживало его всё это время.

Он резко поворачивается ко мне всем корпусом. Его глаза пылают. В них нет ни капли ярости, что была минуту назад. Теперь в них горит только какой-то тёмный, всепоглощающий огонь.

И я понимаю, что он сорвался. Что не осталось никаких преград между нами. Что он уже не сможет себя контролировать. И какой-то частью своего поплывшего сознания, я понимаю, что ждала этого. Как же я ждала!

– Заткнись, – рычит он хрипло.

Наклоняется, перехватывая мои щёки своими грубыми руками, и резко впивается в мои губы.