Глава 3
— Ты отвратительный… — прошептала, словно в бреду.
Мои глаза слезились, словно его руки пахли не никотином, а перцовым газом. Сердце стучало с такой силой, что становилось больно. Я ощущала его колено между ног, все еще надеясь, что это просто галлюцинации.
Но нет.
Парень, с которым я общалась не более пяти минут, четыре из которых составлял грязный шантаж, теперь бесцеремонно лапал, как только ему вздумается, а я от шока не могла даже пошевелить мизинцем левой ноги.
Мечтала скорее добраться до общаги и с ног до головы натереться душистым мылом. Кажется, моя нежная кожа втянула в себя едкий запах никотиновой безысходности.
Вчера я не ошиблась — от этого парня веяло разрушением. Неотрывно глядела в холодные серо-гранитные глаза мучителя, без слов понимая, я — его мишень. Новая игрушка. Тренажер по отработке психологических ударов.
— Как еще назовешь?! — спросил спокойным убаюкивающим голосом, всё с тем же застывшим на лице выражением серийного убийцы.
Мучитель убрал руку с лица, и я шумно выдохнула. Тяжелые мужские ладони переместились на мою талию. В каждом его движении скользила такая железобетонная уверенность, что мне захотелось сжаться до размеров крошечной букашки.
— Ты чудовище… — произнесла сквозь пелену слёз, мечтая, чтобы хоть кто-нибудь пришел на помощь.
— Зато ты, Злата, настоящая красавица… — прошептал на ухо, и я вздрогнула как от хлёсткого удара хлыстом, когда кончик его языка стал медленно скользить по моей шее.
Боже. Нет.
Мучитель так сильно вжимался в меня, что бёдра окутало жаром, исходящим от его паха. Меня колотило от стыда, пока он нависал надо мной широкими плечами, обводя языком выпирающую венку на шее.
— Сюда никто не войдет, — произнес в полголоса, будто рассказывает сказку. — Да и мы ведь никого не пустим?! Правда, золотце? — чуть прикусил маленькую мочку, и горлу подкатил тошнотворный ком.
— Предлагаю отметить первое сентября и обновить эту аудиторию, тогда мы будем квиты… Как тебе такой вариант?! — длинные пальцы коснулись моих волос, и на лице мучителя вдруг застыло умиротворенное выражение.
Почувствовала, как вторая его ладонь с талии скользнула ниже.
В это мгновение я словно вынырнула из глубины…
— ОТВАЛИ ОТ МЕНЯ, КОЗЁЛ! ТЫ МНЕ ПРОТИВЕН! — закричала, изо всех сил толкая шантажиста ладонями в грудь.
От неожиданности он даже сделал шаг назад, посылая в меня дьявольскую улыбочку.
— Эх, Злата-Злата, я думал ты умненькая девочка… — хрипло выдал, скользя бесстыжим взглядом по моим губам, бессовестно облизываясь.
Щёки залила краска стыда, но я больше не собиралась молчать.
— Можешь прямо сейчас заявить на меня! Готова ответить за свой некрасивый поступок! Но я не собираюсь выполнять твои извращенные желания! Уясни себе это! — даже топнула ногой для пущего эффекта.
Адреналин, поступающий огромными дозами в кровь, оттеснил чувство страха. Попытается взять меня силой?! Ничего не выйдет! Расцарапаю смазливую физиономию!
Вдруг в голове всплыла любимая фраза отца: «Мягковых голыми руками не возьмешь!». Испытывая новый прилив внутренних сил, я сжала ладони в кулаки. Меня просто разрывало от ярости.
Мгновение и на дне холодных пустых глазах затанцевали языки пламени. Будто кто-то внутри его бессердечной души поджег фитиль.
— А знаешь, Злата, сегодня я поверил в высшую справедливость… — полные губы «цыгана» сложились в обаятельную улыбку.
Наши взгляды встретились, и внутри что-то дало трещину. Кажется, это было моё сердце, по которому будто заехали железным молотком.
— Я сама пойду в полицию… — изрекла дрожащими губами, ощущая, как по спине скатывается капелька пота.
— У нашей семьи из-за тебя одни убытки, золотце. Только банка камчатской икры и бутылка сухого красного из лучших погребов Швейцарии — это всё мелочи!
Я замерла, пытаясь понять, к чему он клонит, как вдруг шантажист тихо сказал.
— Сегодня утром мать обнаружила, что из серванта в гостиной исчезла коллекционная ваза из муранского стекла, выпущенная в честь Великой Октябрьской революции. По самым скромным оценкам её стоимость варьируется от трехсот до четырехсот тысяч рублей…
Двухметровый психопат равнодушно пожал плечами, продолжая как бесноватый на меня таращиться. Мечтала оглохнуть, чтобы только не слышать его дальнейших слов.
— Мы пока не решили, будем ли заявлять об этой пропаже в полицию, но, если всё-таки заявим, первой, на кого падет подозрение, будет новенькая официантка, которая так стремительно сбежала с праздника. Ну, а учитывая запись в моем телефоне… — мучитель жизнерадостно улыбнулся. Его глаза пылали безумным огнём.
Пока я стояла как вкопанная, изо всех сил стараясь придумать достойный ответ, парень безэмоционально добавил.
— Я предлагаю сделку. Ничего сложного, просто изредка тебе придется мне помогать… — он замолчал, вопросительно заглядывая в глаза.
— Помогать? — повторила почти беззвучно, теребя пальцами пуговицу на блузке.
— Ага! — лукаво щурясь, кивнул «цыган».
— Но… — поморщилась, даже удивляясь, что каким-то чудом поступила на журфак. Сейчас слова путались на языке, отчаянно не желая складываться в предложения.
— Если уж ты категорически против, то без интима. Хотя… Еще сама умолять будешь! Знаю я вас! — поджала губу, мечтая призвать высшие силы, чтобы сию секунду в аудитории разразился гром, превратив самовлюбленного урода — в горстку пепла.
Даже черти в преисподней были лучше, чем этот бессердечный тип.
— Что мне нужно будет делать? — прошептала, лишенным эмоций голосом.
— Всё, что я тебе скажу!
В этот момент я поняла — если сразу соглашусь и дам слабину, он уже никогда не оставит в покое, поэтому решила рискнуть. Вдруг это просто блеф, и придурок всего лишь прощупывает почву?!
— Нет, — ответила тихо, но решительно. Мои щёки пылали.
— Ну, хорошо, — выдал он, расплываясь в зловещей улыбке. — Нет, так нет! — я вздрогнула, с ног до головы покрываясь гусиной кожей.
Наши взгляды в очередной раз пересеклись. Психопат шумно дышал, доставая из кармана мобильный. Колючие мурашки стали быстрее передвигаться по пояснице. Ноги держали из последних сил.
Боже. Что он собирается делать?!
— Тогда я считаю своим моральным долгом предупредить студентов университета! Не удивлюсь, если со дня на день сокурсники начнут жаловаться на мелкое воровство…
В два счета преодолев расстояние, шантажист сунул мне в лицо свой телефон. Не успела пикнуть, как он снял блок, открывая программу сообщений «Whats app».
— Что ты…? — взволнованно пробурчала, ощущая, как ладони покрываются испариной.
— Отправлю вчерашнее видео декану факультета журналистики! У него больше опыта, пусть сам и решает, что с тобой делать!
— Но… — во рту стало сухо, как в пустыне Гоби.
Глупо хлопала ресницами, изумленно глядя на то, как он выбрал в списке контактов имя адресата «Сергей Иванович (декан ФЖ МГУ)», а затем ловко прикрепил к сообщению до боли знакомое видео.
Не говоря ни слова, парень провел подушечкой пальца по подсвеченному экрана, и в ту же секунду сообщение ушло.
Глаза обожгло, будто в аудитории распылили перцовый баллончик.
Мне стало нечем дышать.
В эту секунду вдруг вспомнила, как тряслась в промерзшей маршрутке в двадцатиградусный мороз, добираясь до места очередного репортажа. Я подрабатывала с четырнадцати лет, чтобы только исполнить заветную мечту — бесплатно поступить на самый престижный в России факультет журналистики!
По щеке скатилась одинокая слеза.
Молча, глядела на две маленькие галочки на экране телефона. Они означали, что сообщение доставлено, и с минуты на минуту видео будет просмотрено адресатом…
— Кстати, у «Whats app» есть функция — удалить отправленное сообщение! У тебя остался последний шанс… — задумчиво произнес шантажист.
Я подняла голову, встречаясь взглядом с глазами цвета железа. На лице парня застыло безумное агрессивное выражение. Ленивая улыбка, блуждающая на полных губах, больше походила на звериный оскал. В этот момент он был похож на серого волка. На голодного дикого зверя, который смотрел на меня так, будто хотел прокусить кожу и пустить кровь…
— О, декан появился в сети и вот-вот откроет видео! Ну что ты решила? Будешь отрабатывать должок или первый день на учебе станет последним?! — внутренности скрутило ржавой проволокой, а пульс в ушах зазвенел бешеным гулом.
— Я согласна… — с трудом вытолкнула из себя слова, так как сердце, застрявшее в горле, не давало нормально говорить.
Столько лет упорного труда, и всё коту под хвост из-за какого-то мажора?!
— Чего-чего ты там пробубнила? Я не расслышал! — ответил он дразнящим голосом, и тут я не выдержала.
— Пожалуйста, удали это чертово видео, я сделаю всё, что ты скажешь! Только удал-и-и-и… ПРОШУ ТЕБЯ! — последние слова смешались с потоками слёз, и, обессиленно опустившись на ближайший стул, я зарылась лицом в ладони.
Сотни малюсеньких шагов вперед, и такое позорное падение на финише в игре под названием Жизнь.
Только тут до меня дошло, что парень, о котором вчера ночью с придыханием рассказывала Карина, сейчас стоит передо мной. Это с ним мне не посчастливилось столкнуться прошлым вечером. Вот так ирония.
— Вижу, ты осознала свою ошибку, и с этой минуты наше общение перейдет на абсолютно новый уровень… — отлепила влажные ладони от щёк, потерянно заглядывая ему в лицо.
— Не волнуйся, я успел удалить сообщение. Просто пожелал декану хорошего дня и извинился, что не смог посетить ознакомительную встречу студентов! — душегуб вновь сравнял расстояние, приближая к моему расстроенному лицу мобильный телефон.
— Ну, убедилась?! Я сдержал обещание! — прошептал он, расплываясь в жизнерадостной улыбке.
— Чего ты от меня хочешь? — спросила пустым бесцветным голосом человека, приговоренного к казни.
— Ничего сложного. Всего лишь пару вещей. Первое — ты будешь за меня учиться! Думаю, не составит особого труда помочь ближнему. Второе — изображать перед предками мою девушку! Продержишься до конца семестра, оставлю тебя в покое!
Я тяжело вздохнула. Если насчет первого варианта еще более-менее понятно, то второй вызвал в организме волну отторжения.
— Что значит «изображать твою девушку»?! — переспросила, со свистом выталкивая воздух из легких.
— Родители мечтают, чтобы я взялся за голову. Начал учиться, гулять с какой-нибудь правильной девчонкой… Устал объяснять, что всё это не для меня! Поэтому нужно прикрытие. Какая-нибудь обаятельная простушка, которая пару раз взмахнет ресницами, и мать сразу растает!
Он улыбнулся. На этот раз вполне безобидно. Кажется, так поступает акула перед тем, как проглотить свою жертву!
— У меня есть парень! У нас всё очень серьезно. Извини, но я не смогу… — нервно вскинула подбородок, проведя тыльной стороной ладони по волосам.
На лице шантажиста вдруг появилась агрессия.
— Чем ты слушала?! Я же сказал: интим по желанию! Ты симпатичная, но немного простовата для меня… — «цыган» беспечно пожал плечами, в то время как по моему телу пронеслась волна негодования. Вскинула бровь, холодно возразив.
— Слава Богу. Потому что ты для меня туповат. И не немного… — мучитель выдавил из себя улыбку, которой можно было пугать детей.
— Стало быть, ты согласна?! — лукавый взгляд серо-гранитных глаз прошиб до озноба.
— А у меня есть выбор?! — медленно поднялась со стула, бесстрашно делая шаг вперед, буквально упираясь грудью в раскаченный торс.
— Конечно же…нет! — ухмыльнулся он, поедая взглядом мои губы, — Ну, что же, золотце… Поздравляю. До конца семестра мы с тобой как ниточка с иголочкой. Послушание и подчинение! Вот два кита, на которых будут строиться наши отношения… — глаза цвета первых осенних сумерек недобро вспыхнули, заставляя непроизвольно поёжиться.
В эту самую минуту я еще не предполагала, что заключила договор с самим дьяволом.
