Глава 43

Злата

Перескакивала курсором с абзаца на абзац, не в состоянии сосредоточиться на тексте.

Июньская жара давала о себе знать — даже, несмотря на мощный кондиционер в кабинете, два часа работы под палящим солнцем во время товарищеского футбольного матча изрядно снизили боевой настрой.

Неожиданно с одного из снимков мне улыбнулся зеленоглазый молодой мужчина с квадратным подбородком и россыпью карамельных веснушек на гладковыбритых щеках. По коже побежали мурашки, потому что парнем на фотографии оказался Громов.

Сжав губы в тонкую линию, заскользила глазами по строчкам.

«Центральный игрок московского «Шахтера» Андрей Громов получил серьезную травму ноги в состоявшемся во вторник поединке с «БК Рязань». Доктора пока опасаются давать прогнозы, но, скорее всего, на восстановление уйдет несколько месяцев и Громову придется пропустить целый баскетбольный сезон».

Перед глазами зажглись и погасли сотни звезд. Я странно улыбнулась, испытывая внутреннее торжество. Закон бумеранга в действии. Нельзя бесконтрольно творить зло. Когда-нибудь наступит точка невозврата, и вселенная вряд ли погладит тебя по головке…

— Злата, зайди ко мне! — командирским тоном отчеканила Рина, когда я, наконец, обратила внимания на разрывающийся телефон.

— Рина Александровна, добрый день! — доброжелательно улыбнулась, как обычно устремив взгляд в панорамные окна: с высоты десятого этажа открывался умопомрачительный вид на новую Москву.

— И тебе добрый! Присядь! — пару минут мы обсуждали какие-то организационные вопросы, как вдруг эффектная светловолосая женщина заговорщически произнесла.

— Поздравляю с повышением, Мягкова! — я широко распахнула глаза, от удивления прикрывая рот ладонью. Воздуха в легких стало подозрительно мало.

— Что-о?

— Что слышала! Хочу попробовать тебя в кадре! Маринка уходит в декрет, и нам нужна новая ведущая утренних новостей! Ты идеально подходишь! Ну, и зарплата, конечно, будет уже гораздо интереснее! — подмигнула начальница.

— Рина Александровна, у меня просто нет слов! — грудь сдавило от переполняемых ощущений, и я захлопала в ладоши, еле сдерживаясь, чтобы не завизжать от счастья.

— Да, Злата, скажу тебе откровенно — это настоящий успех! А самое главное — есть куда расти! Надеюсь, меня-то не подсидишь?! — язвительно рассмеялась редактор программы «Первый гол», на что я только изумленно потрясла головой.

Еще пару часов после работы бездумно нарезала круги в ближайшем парке, уплетая третье по счету мороженое. Сегодня можно все. Хотя, по-хорошему, стоит ограничить себя в сладком, иначе щеки в кадр не влезут!

Присела на скамейку, ощущая себя на пороге чего-то большого и важного: нового этапа, к которому шла всю сознательную жизнь. Через считанные недели мне исполнится двадцать. Вспомнила, как совсем мелкой папа сколотил мне из досок телевизионный экран, и я зачитывала новости мягким игрушкам, а потом до ночи сочиняла стихи…

И хоть я никогда не забывала родной Новокузнецк, только теперь почувствовала себя на своем месте. Там, где всегда мечтала находиться моя светловолосая пытливая голова.

Вселенная, наконец, улыбнулась упорной провинциальной девочке Злате Мягковой!

* * *

— Да, мамочка, да! Я сама безумно счастлива! Ждем вас с папой в Москве, а пока смотрите меня каждое утро на телеканале Спорт-ТВ! — звонко рассмеялась, заканчивая разговор.

Родители, наконец, взяли отпуск и в ближайшее время собирались к нам в гости. Наконец, представлю друг другу самых близких людей.

Сегодня Феликс возвращался со сборов, которые проходили в Подмосковье. Мы не виделись три дня, и успели ужасно соскучиться. Весь вечер изобретала праздничный ужин, передвигаясь по кухне как на крылышках. Не терпелось поделиться шикарной новостью с любимым.

Пронзительный дверной звонок вывел из праздного оцепенения. Так звонить мог только Феликс, поэтому на ходу избавляясь от фартука, полетела открывать.

— Прив-е-е-е-т! — счастливо пропела, растворяясь в железобетонных объятиях своего великана.

— Здравствуй, родная! — тихо шепнул баскетболист, опуская мощные ладони на мои ягодицы, — Чувствуешь, как я соскучился? — он собственнически завладел губами, заставляя меня податься вперед.

Как назло, в кармане шорт ожил мобильный.

— Слушаю! — дразняще хихикнула, выскальзывая из лавины цепких рук. Только улыбка медленно сползала с лица, по ходу того, как староста группы озвучивала информацию.

— Маша, это правда? Какой кошмар! — мой голос странно сник, когда однокурсница, наконец, закончила повествование.

Первоначально, она звонила сообщить, что зачетки уже можно забирать из деканата, а заодно и поделилась последними сплетнями.

— Ну, ладно. Спасибо. В голове не укладывается… — я отключилась, устало рухнув на стул.

— В чем дело? — саркастически поинтересовался Железнов.

— Карина. Ну, моя бывшая соседка по комнате…

— И что приключилось с этой любительницей бананов?! — вопросительно вскинул соболиную бровь спортсмен.

— Её исключили из университета за распространение порнографии! Она выкладывала свои видео на каком-то сайте… — еле слышно пробормотала себе под нос.

— Твою мать! — присвистнул любимый, — Но думаю, со всеми своими навыками она обязательно найдет себе применение! — сдержанно подытожил Феликс.

— Тебе виднее. Сам же с ней забавлялся! — укоризненно вздохнула в ответ.

— Только если считать забавой её неумелый стриптиз! — дразняще подмигнул Железнов, нажимая подушечкой пальца на ложбинку у основания моей шеи.

— Тогда на лестнице, ты говорил, что вы… — запнулась, не в состоянии произнести это вслух.

— Да брось, Злат. Я бы столько не выпил! — криво ухмыльнулся, приглаживая волосы ладонью.

— Феликс, лучше не ври. Я всё видела… — насупила брови от негодования.

Мы так ни разу и не обсудили этот момент, и теперь решила окончательно прояснить ситуацию. Вряд ли, конечно, смогу долго на него дуться, но, по крайней мере, сегодня точно оставлю быка осеменителя без сладкого.

— И что же ты видела? Мы сидели на постели, которая даже была не примята. Твоя озабоченная соседка только и успела, что попрыгать передо мной в одном застиранном белье! И если бы ты не подоспела вовремя, пришлось бы убегать через окно…

— Но она говорила… — прикусила язык, когда Феликс уселся рядом, одним рывком перетаскивая меня себе на колени.

— Могу поклясться на крови, что мы не трахались… — Железнов обезоруживающе улыбнулся, стискивая пальцами кожу на моем подбородке.

Шах и мат моим сомнениям. Щелкнула красавчика по носу, испытывая титаническое облегчение.

— Злата, мне нужно с тобой очень серьезно поговорить… — без тени улыбки на лице выдал Железнов, и ладони моментально покрылись испариной.

— В чем дело? — растерянно пробормотала, не в состоянии унять нарастающее волнение. Напряженный тон любимого не предвещал ничего хорошего.

— По правде говоря, я уже несколько недель не знаю, как тебе об этом сказать… — Феликс замолчал, потупив взгляд. Секунд тридцать он собирался с мыслями, а затем, наконец, еле слышно проронил.

— Мне предложили контракт с клубом «NBA». Через несколько недель уже ждут в Миннесоте. Увы, это пока не самый титулованный клуб! Команда играет с переменным успехом, но такой шанс выпадает раз в жизни… Если меня заметят…

Губы раскрылись, но слова так и застряли где-то на середине гортани. Несколько мгновений ошарашено пялила глаза, пытаясь осмыслить полученную информацию, пока Феликс внимательно изучал мое лицо.

— На сколько?

— Минимум на три года…

- Три года?! — дернула плечом, нервно мотая головой.

— А может и дольше, если всё пойдет хорошо… — напряженно добавил любимый, заключая мои ладони в свои руки, — Злата, ты поедешь со мной?

Пространство между нами наполнила невыносимая тишина. В душе взорвалось торнадо, уничтожая все радостные эмоции на своем пути.

— Но это значит, я должна уволиться с работы, уйти с учебы, бросить все, к чему стремилась всю жизнь… — голос осип, — Почему ты даже не посоветовался со мной?! Это очень серьезное решение…

— Боялся, что ты откажешься. Я ведь знаю, ты с детства мечтала добиться успеха в журналистике. И сессию закрыла на одни пятаки. А там чужая страна, язык, и я еще больше времени буду проводить на тренировках, летать на игры в другие города… — Феликс замолчал, шумно сглатывая.

Сжимала до посинения края столешницы, пытаясь понять, как нам жить дальше.

Не могла похвастаться блестящим знанием английского языка, и никогда не планировала жить в Америке, а еще безумно хотела попробовать себя ведущей новостей на «Спорт-ТВ». Положа руку на сердце, такие предложения тоже не поступают каждый день…

— Феликс, но ведь у тебя и здесь все прекрасно! Тебя признали лучшим игроком сезона! Может, всё-таки не стоит пока уезжать?! — сбивчиво пробормотала, ощущая, как на глаза наворачиваются слезы.40393c

— Ты не понимаешь! Я всю жизнь слышал за спиной: «Мажор, богатенький урод, ничтожество!» Все обожали меня только из-за денег отца! Настоящее проклятье!

— Феликс…

— Вот он, мой звездный час заткнуть рты всем этим шавкам! Обелить запятнанную фамилию Железновых! Прославить своих родителей на весь мир! Да, еще ни черта не известно! Может, с позором вернусь назад, это ведь «NBA» — другой уровень! Там своих звезд полно, но я должен попробовать… Первое время будет непросто. Адски сложно. И поверь, я пойму, если ты не поедешь! Я все пойму… — как заведенный шептал любимый мужчина, с силой надавливая на мое запястье.

— Ну, что скажешь? — хмурый взгляд серо-стальных глаз колол меня без ножа.

— А мне сегодня предложили стать ведущей новостей… — еле слышно пробормотала, давясь своим языком.

— Поздравляю, золотце! — натужно улыбнулся Феликс, целуя тыльную сторону моей ладони.

* * *

Три недели пронеслись как тревожный сон. Мы почти не разговаривали на тему отъезда. Просто жили себе и жили, будто ничего не происходит.

Сказать, по правде, все это время я ждала хоть какой-то конкретики со стороны Феликса. Намек на смену фамилии в паспорте сразу бы укрепил мою решимость, но любимый не давал никаких гарантий.

Он сам не до конца осознавал огромные перемены, происходящие в наших жизнях, поэтому мы решили взять таймаут: он поедет покорять «NBA», а я попробую себя в качестве телевизионной ведущей. Сложно было давать какие-то прогнозы на будущее. От виражей судьбы в очередной раз захватывало дух.

За несколько часов до рейса Феликс помог перевести мои вещи обратно в квартиру к тете Жанне. Мы спустились к подъезду, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.

— Даже не верится, что это всё… — процедил он еле слышно.

— Потому что никто не знает, всё ли это… — улыбнулась сквозь слезы, в глубине души понимая, что наша история подходит к концу.

Какие бы сильные чувства я не питала к этому умопомрачительному сероглазому мужчине, лучшее, что могла для него сделать — просто отпустить.

Как отправить в небо красивую дикую птицу или ярко-красный воздушный шар. Легкий порыв попутного ветра подбросит его высоко-высоко… до самых звезд!

Феликса Железнова ждет легендарное спортивное будущее! Собственный млечный путь, по которому он пронесется с гордо поднятой головой. И как бы больно мне сейчас не было — верила, что поступаю правильно. Не хотелось становиться для него обузой. Сколько в своей жизни он ещё повстречает всяких Злат…

Возможно, когда-нибудь мы случайно встретимся вновь. Я стану популярной телеведущей, а он самым титулованным российским спортсменом. И мы проведем целый вечер за воспоминаниями, как были беззаботно счастливы в те недолгие месяцы нашей любви.

— Я буду ждать тебя… — вздохнул Феликс, на прощание прижимая к широкой груди.

— Пообещай мне кое-что… — любимый не ответил, шмыгая носом, — Пообещай, что станешь лучшим! Сделаешь там всех! Докажешь, что русских не сломить!

— Обещаю, золото, обещаю… — шептал, словно в бреду.

— Я верю в тебя, мой чемпион!

Секунда, и наши губы нашли друг друга. Мы целовались в запой. Как умалишенные. Хотелось успеть надышаться. Наполниться до краев его запахом. На прощание. В самый последний раз. А потом отпустить туда, где он будет счастлив.

Мужчина засунул ладони в задние карманы моих джинсов, а я опустила голову ему на плечо. Слезы закапали отложной ворот его белоснежной футболки-поло, когда убитым голосом мой Железный Феликс произнес.

— Золотце, мне пора…

— Спасибо тебе за сказку…

Наспех расцеловав мои мокрые щеки, он скрылся из виду, а я, держась руками за стены, на дрожащих ногах, поплелась в подъезд.