126. Майлз. Неподобающий вид
Именно в этот момент, пока я пытался собрать из осколков себя и ситуацию хоть в какое-то понимание, события начали закручиваться очень быстро.
Женщина на мне постепенно пришла в себя и вновь активизировалась. Она, наконец, отвязала мои запястья. Причём делала это руками, видимо, для того чтоб поелозить по мне всем телом. А потом вообще заявила:
- Думаю, нам надо выпить. И серьёзно поговорить. Ты же хотел поговорить?!
Звучало это… Она всё-таки заметила, что я сделал? Заметила, но решила дать мне закончить, а после наказать?! Ну, или просто не хотела прерываться в том, что делала?
В любом случае мне требовалось срочно исчезнуть. Не думаю, что такое можно простить. Так что если она видела – она меня убьёт. И в такой ситуации будет даже в рамках правил. Если же не видела и отравится сейчас при мне, живым я отсюда не выйду. Где-то за дверью её верный пёс, и ему будет плевать на последствия при защите хозяйки.
Габриэль… я заставил себя назвать её именно этим именем, расслабленно удалилась в другое помещение, и я тут же подскочил. Бежать!.. Замерев через шаг… голым? Всю мою одежду она, словно специально, распустила на ниточки. После воздействия великого меча дней пять никого слабее такая материя слушаться не будет. Сюртук!
Я призвал к себе так удачно сохранившийся в моём подчинении предмет одежды и выскочил за дверь.
- Кхм!
На кресле прямо напротив двери, из которой я появился, полулежал Сварожич. Он демонстративно осмотрел меня, усмехнувшись. Ну да… В гостиную я выскочил, аккуратно закрывая за собой дверь, чтобы эта ненормальная женщина не услышала, как я сбегаю, то есть голым задом вперёд, сюртуком прикрывая пока лишь перед.
Я заставил себя выпрямиться, как есть, голым, окинуть небесного взглядом, как это полагается высокородному, и спокойно спросить:
- Остановишь?
Он снова усмехнулся, удобнее укладываясь в кресле:
- Нет. Если бы моя богиня хотела, чтоб вы точно не ушли, она бы закрыла дверь. А раз она оставила для вас эту возможность, то, видимо, хотела узнать, воспользуетесь ли вы ею. – Он махнул в сторону абсолютно открытой взлётной площадки в ночное небо академии. – Диевас ждёт вас там, где мы забрали. Летите.
И мне не нужно было предлагать дважды. Я спешно трансформировал сюртук хоть в какие-то штаны на себе и сиганул вниз, с взлётной площадки, раскрывая крылья уже почти над кронами деревьев, чтоб ни один случайный взгляд каким-нибудь неведомым невезением не отследил, откуда именно я вылетел.
Диевас действительно сидел на балюстраде той самой галереи, из которой меня похитили. Он заметил меня издали. Вскочил на ноги, руками показывая мне приземляться на мостик между зданиями. В архитектуре академии явно читалось, что изначально её строили так, чтоб было удобно взлетать и приземляться буквально везде. Но студенты прятали крылья и постепенно многие открытые площадки по тем или иным соображениям закрыли.
Мой ликтор осмотрел меня и явно нашёл мой вид вызывающим обеспокоенность. Ну да. Я бос, полугол, растрёпан и штаны на мне несуразные из плотной ткани сюртука. Я постарался как можно небрежней усмехнуться:
- Только не вздумай по этому поводу что-нибудь сказать.
После чего сосредоточился, преобразуя штаны в более приемлемые шёлковые, а из освободившейся материи даже получились легкие туфли. Мой ликтор молча осмотрел этот мой вид и, так же без слов, сформировал большое зеркало из своей боевой материи.
Ну… я не просто был лохмат и полугол. По моему виду никто зрячий никогда бы не усомнился, чем именно я занимался несколько минут назад. Губы, следы на шее, на груди… А на правом плече вдобавок синяк, в котором явно читается отпечаток ладони… Я переплёл косу максимально свободно и перебросил её на это плечо, закрывая большую часть:
- Нужно пройти так, чтоб меня не видели.
Диевас поморщился, явно сомневаясь, что такое возможно. В коридорах мы обязательно кого-нибудь встретим. Множество сеньоров в глубинной башне ценятся своими донами за то, что всё видят и знают. И они очень постараются меня не пропустить. Но другого способа нет. Лететь? Не вариант. И дело даже не в крыльях. За прошедшие сутки меня несколько раз пытались вывести из игры и сделать это в полёте намного проще. Стрела, сеть, просто верёвка из подчинённой материи, которая запутает мне крылья на высоте, и никто никогда не поймёт, что я упал не сам.
Поэтому я просто добавил, объясняя:
– Нужно попытаться. Увидят, ну и бездна с ними. Моя помолвка разорвана. Моя личная жизнь никого не касается.
Мой ликтор кивнул. Интересно, что он думает о происходящем. Хотя, что он может думать? Таких следов не оставляют женщины. Особенно синяков. А значит, мои зацелованные губы, следы на шее и синяк оставлены мужчиной… любовником.
Выпрямиться. В бездну чужие домыслы! Доберусь до своих комнат, там буду подсчитывать потери и промахи.