128. Майлз. Небесный боец
Голову прямо, уверенность в глазах. Выбраться из стены, верить в то, что мне доступно вернуть ей прежний вид. Не выдать радость, когда получилось. Вернуть холодный взгляд моему спасителю:
- Тебя приставили меня охранять, небесный?
Сварожич усмехнулся, кажется, ничуть не смутившись. Такой же ненормальный, как его хозяйка?
- Нет, конечно. Просто хотел убедиться, что вы благополучно бежали под щиты Диеваса. Потом заметил драку. Моей богине станет интересно, кто так жаждал вас попортить. Мне обязательно нужно было рассмотреть их лица.
Верный пёс без тени сомнений?
- Тебе самому не кажется это ненормальным? Ну ладно она, она и нормальность – антонимы. Но ты-то правильно воспитанный чистокровный небесный боец. А я самый что ни на есть глубинный дон. Разве ты не должен был помочь нападавшим прибить меня, вместо того чтоб защищать?
Сварожич хмыкнул, казалось, решив не отвечать, но через долгую паузу всё-таки ответил:
- Два года назад ко мне пришёл самый умный и сильный из мужей этого мира и сказал: «Мы напортачили. Мы и те, кто были до нас. Жизнь, знаешь ли, не имеет черновика, но все в ней иногда ошибаются. Ошибки некоторых фатальней других. И ты, юноша, нужен этому миру, чтоб всё исправить. Чтоб не задавать вопросов, не сомневаться и неизменно надёжно прикрывать спину того, кто всё разрушит, вырежет гниль и оставит лишь то, что ещё способно возродиться».
Небесный усмехнулся. Причём усмешка у него была почти такая же, как у его хозяйки, дикая:
- Считаю ли я неправильным, что первый крылатый, в котором моя богиня увидела мужчину, оказался глубинным? Обидно конечно, но, может, это и есть вырезание гнили? Я и не знал, что всё настолько плохо, пока она не начала срывать покровы. Доны дрожат по углам, боясь расправить крылья, потому что там давно нет великих узоров. Прячутся от неё за спинами ликторов. С первого года прятались! Потому что уже не имеют той смелости и воли, которые приличествуют богам. Боятся заговорить перед равными, потому что давно не хранят великих тайн мира. Мир рушится, а они, даже не вглядываясь в её карты, кривляются, стараясь привлечь её взгляд лишь телом. Ничего больше в них давно нет. Пустышки, жаждущие присосаться к её силе, ничего не давая взамен! Возможно, в этой помойке вы действительно единственный, хоть на что-то годящийся высокородный.
Сказав всё это, он запрыгнул на балюстраду:
- Ищите Диеваса, вызывайте остатки охраны. Я немного присмотрю за вами сверху, но не больше часа.
Сварожич шагнул в черноту с бортика балюстрады и несколькими хлопками крыльев унёсся куда-то в чёрное небо. Я подошел к поверженным врагам. Да, как минимум один из них боец закатного дона Дьяуса. Уверен, Диевас узнает и второго. Тем более бежать им не грозит. У последнего связаны руки-ноги и склеены пальцы уже так хорошо знакомым мне приёмом Сварожича.
У второго через уши насквозь продета спица – приём Диеваса.