31. Эрих Зуртамский

К огромному сожалению, гранд-мэтра увидеть ни на балу, ни после не довелось -казалось, что он испарился вслед за Ларчи.

На следующее утро я проснулся, когда солнце только-только выбиралось из-за горизонта,

- нервное возбуждение, жажда деятельности, злость не давали спать. Его сиятельство появился, когда я уже который час прохаживался вперёд-назад перед входом в главный корпус.

Разминка с утра была бы не лишней, конечно, даже необходимой в таком состоянии, но я боялся пропустить князя. И вот, протаптывал новую колею в не новой уже дорожке. И оттачивал я совершенно несущественный навык - сдерживать шаг, чтобы казаться спокойным, не срываться на бег и метания.

А это было непросто. Ещё бы: в Академии - переодетая парнем девица. Какой позор! Конфуз!

Меня распирало и рвало на части, потребность что-то сделать, куда-то бежать нарастала, и сдерживаться становилось всё сложнее. Но наконец появился гранд-мэтр. Он, сияя улыбкой, шёл ко мне, неловко раскинув руки - правая в широком жесте, а левая - прижата к боку. Ею князь держал подмышкой футляр, в каких обычно хранят рулоны бумаги.

- Ваше сиятельство! - я вытянулся и чётко поклонился, но гранд-мэтр по-свойски обнял меня и похлопал по спине.

- Как я рад тебя видеть, Эрих! Какое выступление! Просто взрыв! Вы отлично выступили! Просто отлично!

Я не разделял радости мэтра, и поспешил сообщить ему о своём деле:

- Ваше сиятельство, позвольте обратиться к вам по серьёзному вопросу.

Мэтр чуть прищурил один глаз и, наконец, перестал так радоваться.

- Что-то случилось, Зуртамский?

- Да, ваше сиятельство. Случилось.

- Тогда пройдёмте в кабинет.

Лестницы и коридоры тихого корпуса эхом отражали звук наших шагов - рано было даже по меркам клерков, которые в главном корпусе, казалось, работали круглые сутки. Но нет, сейчас было пусто - ни человечка.

Пока шли, молчали. Я был благодарен мэтру - я бы не смог разговаривать на ходу о важных вещах.

В кабинете, расположившись против князя, я изложил своё открытие относительно Ларчи, рассказал, что это девушка, что она скрывается в нашей Академии и тем самым нарушает Устав. И вообще, девицам не место в таких учебных заведениях, как наша Академия, а то, что она обманывает, возмутительно вдвойне.

Как я ни сдерживался, как ни пытался, но моя горячность к концу речи прорвалась, и я потребовал выставить нахалку из стен нашего учебного заведения. На что услышал потрясший меня ответ:

- Господин Зуртамский! Вы меня удивляете! Вы так ничего и не поняли?А ещё лучший студент!

Я подавился воздухом. Что? Упрёки? Но гранд-мэтр, от души веселясь, продолжил:

- Дорогой мой!Для меня это не секрет. Вспомните, ведь я же намекнул вам о том, что Ларчи это и не Ларчи вовсе, а Лиззи. Но есть ещё кое-что: Лиззи имеет полное право находиться в нашей академии!

Князь выглядел не просто довольным, а прямо таки лучился счастьем.

- Как?! - это всё, что я смог выдавить из себя.

Счастливая эта улыбка князя стала вдруг какой-то змеиной - коварной и тонкой.

- Как вы могли забыть? Мы уже не Мастерские, куда допускались только парни, дорогой мой! Мы - Академия, и потому имели право переписать Устав, - а в голосе такое торжество, будто не просто устав переписали, а прямо революцию совершили! - И новый документ уже давно лежал у его императорского величества. И лишь ваше с Лиззи выступление стало той последней каплей, которая убедила нашего императора в необходимости изменений! Вчера, прямо во время бала, он подписал новый Устав, в котором пункт об ограничениях для дам снимаются!

- Что?! - я потерял дар речи.