Эпилог
29 апреля
Милана
— Крокодил, прием, как слышно, прием?
— Крокодил на связи, прием, двигаюсь по левому крылу. Цель пока что не вижу, прием.
— Понял, прием. Продолжаем поиски, прием.
— Конец связи, скунс.
— Я не скунс, — шипит в рации.
— Скунс!
— Я павлин!
— Конец связи, скунс!
Отключаю рацию и тихонько ступаю в полутемном коридоре офиса «ПЕЙВАЛЛЕТ». Я одета не хуже, чем бандиты в супер крутых боевиках.
Камуфляжные штаны и куртка, на лице маска, а в руках рация. Где-то там, в дугой части офиса, точно в таком самом виде бродит Марк. И нет, мы не собираемся грабить компанию — у нас спасательная миссия «Мистер Пиглс».
Дело в том, что минни-пиг оказался никаким не минни-пигом, а самой настоящей свиньей и вчера на собрании по поводу организации майовки было решено, что Мистер Пиглс отправится на шашлык.
Женская половина офиса возмущалась, обещала, что если любимца компании пустят на шашлык, то они уволятся.
Но у нас в стране демократия. Поэтому способом тайного голосования было принято решение отвезти бедную невинную свинку к мяснику.
Все это мне рассказал Марк, потому что я так и не вернулась в компанию, хотя он и предлагал место своей секретарши. Я решила немного отдохнуть, а летом приняться за поиски работы, несмотря на протесты по этому поводу.
Мы не живем вместе, хотя в квартиру Волкова перекочевало половина моей одежды, а в мой шкаф — его. Несколько раз он заикался о том, чтобы я перестала мотаться туда-сюда, предлагал даже выделить комнату, в которой я ютилась когда-то, раз я такая упертая, но я отмела в сторону это его сомнительное предложение.
Слишком рано. А еще страшно. Страшно, что в один прекрасный день он скажет — я разлюбил — и разобьет мне сердце.
Я стараюсь не строить далекоидущих планов, чтобы потом было не так больно. Мы часто ссоримся, часто обижаемся, психуем и бьем посуду. Разбиваем о стену телефоны, уходим друг от друга, хлопая дверью, а потом так же эмоционально и страстно миримся.
Я люблю Марка и без него свою жизнь уже не представляю. Мы идеально дополняем друг друга и, несмотря на то, что я регулярно грожусь убить его, а он — убить Алиску с ее котятами, которые временно проживают у нас, мы идеальная пара.
Конечно я часто ревную. Конечно же не пропускаю ни одного случая, чтобы не припомнить ему о «щеках, коротышке и маленькой груди», на что он просто затыкает меня поцелуем.
Иногда мне кажется, что это всего лишь сон и я безумно боюсь проснуться, потому что…
— Хрю, хрю, — слышу у горшка с пальмой.
— Скунс, прием, это крокодил.
— Павлин на связи, прием.
— Ты слишком высокого мнения о себе, скунс. Объект найден, иди к экономическому отделу, прием.
— Понял, прием. Скунсы, кстати, красиво выглядят, прием.
— И жутко воняют, прием.
Марк появляется через несколько минут, мы подкрадываемся к Мистеру Пиглсу, пытаясь понять, как заставить его идти в нужном направлении.
— Я схвачу его за ошейник и потащу к лифту, как думаешь, влезем все вместе?
— Это она, — поправляю в который раз, — надеюсь, у нас не случится перевес. Ее основательно так откормили перед майскими праздниками, — и я не преувеличиваю. С того последнего раза, когда я видела свинку, она была гораздо меньших габаритов. — Черт, вот чувствовала, что что-то не так было с этой минни-пиг. Не зря цена была в несколько раз ниже!
— В смысле? — резко сдергивает с себя черную маску Марк.
— Эмм, я…
Черт, и надо же было так спалится.!
— Эм… помнишь, кто-то делал пакости в офисе от твоего имени?
— Это ты про силиконовый член, которым меня отдубасили по лицу?
— Угу, — мычу, не смотря в его глаза. — Ну, это была я. Представляешь, увидела тебя и влюбилась.
— Серьезно? Черт, — он смеется так громко, что я начинаю переживать, что нас услышит охрана, — вот никогда бы не подумал, что это была ты.
— Это было давно. Потом я тебя ненавидела, так что не обольщайся.
— А что сейчас? — в его голосе не осталось ни капли несерьезности и я вдруг поняла, что еще ни разу не говорила ему, что люблю.
Он говорил, а я нет. Потому что боялась, что после этих слов все развалится.
— И я, — глотаю застрявший в горле ком, — и я люблю тебя. Очень.
Замечаю как блеснули его глаза, как поднялись уголку губ. Он схватил меня за руку и притянул к себе, нежно провел пальцами по моим пересохшим губам и так же нежно и осторожно поцеловал. Словно впервые.
— Эй, спасатели, вы там еще долго? У меня тут жена беременная, а на часах час ночи, — прерывает нас раздраженный голос Дениса из рации.
— Уже спускаемся, — отпускает меня Марк и хватает свинку за ошейник.
— Давай, братан, ты ведь не хочешь оказаться главным блюдом на праздничном столе?
Как бы это не было странным, а эти его слова работают.
Мистер Пигл совершенно не сопротивляется, когда мы ведем его-ее в сторону лифта, несколько раз тихонько хрюкает и утыкается в кроссовки Марка, пока спускаемся в лифте, и так же спокойно, не сопротивляясь забирается в багажник машины. Как хорошо, что у отца Сони в гараже оказался пикапчик. Хотя, пикапом этого монстра назвать язык не поворачивается.
— Все, загрузили. Поехали, — командует Марк и все выдыхают, понимая, что самое сложное позади. Теперь осталось лишь отвезти Мистера Пиглса на эко-ферму за городом, где о нем будут заботиться и ни на какой шашлык не пустят!
— Черный MITSUBISHI L200, примкните к обочине и остановитесь. Черный MITSUBISHI L200, примкните к обочине и остановитесь, — позади нас мигают мигалки. Патруль. просто чудесно. — Черный MITSUBISHI L200 со свиньей в багажнике, примкните к обочине и остановитесь.
— Как думаете, за кражу свиньи сажают? — сонно спрашивает Соня, поглаживая свой огромный живот.
— Технически эта свинья моя.
— Знаете, кажется, я рожаю, — девушка испуганно смотрит на Дениса, ожидая его реакции.
— Соня, ты уже восемь раз собиралась рожать, перепутав схватки с коликами в животе. Если мы приедем в девятый раз в приемное отделение с ложными схватками, боюсь, что когда настанет день Х нас просто не примут.
— Эй, бро, — бледнеет Марк, — ей как бы уже пора рожать. Может и правда, в больничку поедем?
— Черный MITSUBISHI L200, примкните к обочине и остановитесь, — мы уже и забыли о хвосте.
— Денис, — жалобно стонет Соня, — у меня это, воды отошли.
Несколько минут в салоне царит тишина, которую разбавляют мигалки патрульной машины, а потом Денис как крикнет — всем пристегнуться, будем удирать от погони — и понеслось.
Почему в моей жизни не может быть ни одного спокойного дня?!
Марк
Рассвет, Милана, Мистер Пигглс на эко-ферме, машина и роддом — что может быть романтичней?
— Вот родится у Дэна пацан, а потом у нас девочка и мы сразу же состряпаем брачный договор и породнимся.
— Я от тебя уйду, если ты так сделаешь. И у них будет девочка, так что твоим мечтам не судьба сбыться.
— Тогда подождем когда у них родится пацан. Или сами родим пацана.
— Волков, не мешай спать своими глупыми разговорами, — Милана сладко зевает, придвигается ближе, кладет голову на мое плечо и снова засыпает.
Смотрю на нее, такую милую и тихую, что бывает крайне редко, потому что она и в самом деле Огонь, и улыбаюсь.
Мистер Пиглс спасен, ментам пришлось дать взятку за нарушение всех возможных дорожных правил, но, к счастью, у нас была весомая причина такой спешки — Соня, которая грозилась родить прямо в машине — и нас не забрали в отделение.
Замечаю, как дверь в здание открывается и из него выходит Денис. Взъерошенный, нервный, достает пачку сигарет, долго смотрит на нее и выбрасывает в мусор. И зажигалку тоже.
Как-то не выглядит он счастливым папашей.
Снова смотрю на Милану, думая о том, что когда-нибудь и у нас будут дети. Наши голубоглазые копии. Но это когда-нибудь. Я к такому еще не готов. Может быть через лет пять, когда свожу свою девочку и на Мальдивы, и в Париж, и в Америку, покажу мир и насытюсь ею до такой степени, что буду готов делить ее внимание еще с кем-то. Даже со своими детьми.
Достаю из кармана колечко с камешком, пытаюсь прикинуть подойдет ли размером?
Увидел его сегодня и не сдержался. Решил, что это оно. То самое. И когда придет время — обязательно окажется на ее безымянном пальчике.
Денис нервно расхаживает по крыльцу роддома, потом лезет в мусорку у двери, роется и достает сигареты. Прикуривает, делает несколько затяжек и снова выбрасывает все добро обратно.
Может что-то случилось?
Осторожно отстраняю от себя Милану, пытаясь не разбудить и иду к другу.
— Тебя можно поздравить?
— Ага, — он выглядит так, словно у него родился как минимум тролль. — Никогда, слышишь, братан, никогда не соглашайся на партнерские роды! А лучше всего — прямо перед этим делом улетай в другую страну.
Точно никаких детей в ближайшем будущем, раз даже Дениса так пробрало!
— Так кто родился-то, папаша? — хлопаю его по спине.
— Копия Соньки. Про имя не спрашивай, — наконец-то улыбается он и мы как два идиота бросаемся в объятия друг друга.
И я счастлив. Так, как никогда не был. Смотрю в сторону машины, где спит моя девочка и понимаю, что вот оно счастье — верные друзья, любимая женщина рядом, будущее, которое ты распланировал на много лет вперед и никаких больше оргий на рабочем месте.
Ну, разве что с крокодильчиком. Я все еще не теряю надежды, что она согласится вновь стать моей секретаршей и я буду вызывать ее в свой кабинет, чтобы наказать за невыполненную работу.
Мы с Дэном молчим, наблюдая как медленно из-за горизонта появляется солнце. Отличное начало дня и новой жизни. Спешу к машине, чтобы отвезти Милану домой и больше никогда не отпускать из своей квартиры.
Говорят, люди не меняются, но что если есть ради кого изменить всем своим плохим привычкам и принципам? Что, если то новое, далекое и неизведанное будущее гораздо лучше беззаботного прошлого? Разве не стоит рискнуть? Разве не стоит попробовать изменится, чтобы каждое начало дня было не менее прекрасно?
Еще не было ни секунды, когда бы я пожалел о своем решении. Потому что это самое разумное и правильно из того что я сделал за всю свою жизнь.
Ваш Марк. Отпетый бабник в прошлом и прекрасный семьянин в будущем.