Глава 18.

Прошло несколько дней. За это время некоторые теории относительно убийства Олиха подтвердились, другие, рассыпались карточным домиком.

Наложница не была найдена ни живой, ни мёртвой. Все девушки, служившие в замке, не вызвали никаких сомнений и полность подтвердили свои личности. Не нашли ни намёка на постороннего мужчину, а значит убийца или сообщник наложницы испарился, как она сама.

Зато в одной из кладовых был найден связанным и с кляпом во рту торговец. Тот самый, что в день убийства выехал из замка на своей повозке. Один. Потому, что служанок, которых он собирался подвозить до ближайшего городка, задержали.

Торговца тщательнейшим образом осмотрели и допросили. Связан он был верёвкой, найденной тут же в кладовой. Узлы обыкновенные, их знает любой воин или наёмник. Кляп во рту - кусок рукава оторванный от одежды самого торговца. Запаха нет. Никакого.

Почему? Это объяснил сам торговец. Когда он очнулся, то крайне удивился такому пристальному вниманию к своей персоне. Он не помнил нападения, и ничего странного не заметил. Последнее, что он помнил, было то, что его отозвал в сторону один из охранников замка и всё... провал.

Может ли он описать его? Конечно! Обыкновенный воин, как вон тот и тот, и этот. Одет обыкновенно, шлем на голове, перчатки на руках. Как говорил? Спокойно, властно. Голос? Женский?.. Ну что вы! Разве можно принять женщину за мужчину, даже в мужской одежде! На каком языке говорил? На драконьем, конечно! Дракон же, чёрный или серый, наверное. Речь без акцента, правильная и чистая.

Этот момент допроса отсеял всех малообразованных и иностранных наёмников, ведь говорить на драконьем чисто, без акцента, могли только местные и неплохо образованные существа.

Пошли дальше и допросили стражу в воротах замка, которая выпускала "торговца". Вопросы несказанно удивили и оскорбили воинов. Конечно, они знают этого человека много лет и не перепутали бы его ни с кем другим! Что?.. Нет, конечно! От него не пахло женскими духами!

Этот момент вверг ищеек в уныние. По всему выходило, что им попался истинный мастер иллюзий, ведь только таким было под силу менять запахи. Иллюзии их были настолько точными, что абсолютно копировали заданное существо. Полностью и так достоверно, что не было значения мужчина или женщина мастер. Можно было даже лечь в постель с таким и быть уверенным, что он именно тот, за кого выдаёт себя.

Никто из людей Дароса никогда не слышал о мастере иллюзий женщине. Это сужало круг поисков. С другой стороны, нельзя было сбрасывать со счетов даже мизерную возможность... И версию о женщине оставили как вспомогательную.

Повозку торговца нашли у трактира неподалёку от ворот столицы. Торговец опознал своё добро. Дальше следы наёмника терялись потому, что никто из стражников, дежуривших у ворот, не заметил ничего странного в тот день. Неудивительно! Мимо них каждый день проходят тысячи людей, не упомнишь!

Так расследование зашло в тупик. Дарос немел от злости, когда докладывал дяде о его результатах. Из-за невозможности что-то сделать, и из-за равнодушия короля к судьбе племянника. Выбраковала судьба Олиха, что ж, к этому он шёл последние несколько лет. Самому Даросу следует как можно скорее принять титул наследника престола и входить в курс дел. Ведь судьба каждого из них так непредсказуема!

Дядя притворно вздыхал, поглядывал на него с подчёркнутой сердечностью, Дар держал лицо кирпичом и заверял Армоса, что он полон сил и будет править ещё долго, а значит, торопиться некуда. Дарос был уверен, прими он сейчас слова короля с энтузиазмом и за чистую монету, повторил бы судьбу отца и дяди. Не было ничего, что любил бы Армос, кроме власти. Ради неё он, не колеблясь, шёл на преступления и пойдёт опять. А значит, чтобы выжить, он должен быть правильным наследником: не соваться в дела государства и как можно реже попадаться дяде на глаза.

Что делать, а на похоронах Олиха они снова столкнулись. Проводил церемонию сам король, как старший родственник погибшего. Любимый и любящий дядя! Почти отец!.. Как король упивался этой ролью! Смотреть на это было больно, стыдно и смешно. Дар выдержал.

А вечером они устроили поминки прямо у себя в департаменте. Олих работал с ними некоторое время. Был толковым, надёжным... Пока не потерял себя.

Он и женщинами-то не интересовался особо. После случая с Варгом так точно. Та бездна горя, разврата и убийств, куда заглянул молодой дракон благодаря Варгу, испугала и шокировала его. И после, он бывал на смотринах как того требовал закон: раз в семь лет. Девушку брал не всегда. Если брал, то, конечно, выпивал, инстинкт срабатывал. Это подхлёстывало чувство вины и он забывал о женщинах ещё на семь лет.

Так было до тех пор, пока он не встретил Любаву.

Он явился тогда в департамент сияющий и счастливый, а Дароса продрал мороз предчувствия. Что он творит? Нельзя привязываться! Нельзя! Ведь это было бы тем же самым, как если бы дракон, обладающий условным бессмертием, привязался к бабочке-однодневке. Бабочка неминуемо умрёт. А что станет с драконом?

Сам он дал обет не прикасаться к существовам с которыми возможен энергообмен по двум причинам. Первой и очевидной, была вина отца. Вторую разглядел в нём и озвучил Армос: он страшился слабости, зависимости, сумасшествия.

Неужели они с Армосом так похожи? Он интуитивно почувствовал это, и потому сделал преемником его, не Олиха? И значит ли это, что однажды он сам станет таким же ублюдком?

Когда все участники попойки, кроме дежурных, которые должны были сохранять адекватность и драконов, кого напоить было не в пример сложнее, чем других существ, мирно спали за столами и на подходящих для этого поверхностях, драконы продолжили поминки.

Только теперь без притворства и ложного смирения перед судьбой. Они пили с мрачными лицами и мысленно провожали собрата в путь. Скорбели не только о нём, а и о себе, ведь любой из них мог стать следующим. С уверенностью можно сказать, что каждого из них хотя бы раз за вечер посетила болезненная, бессильная мысль. Чем заслужили они проклятие богов: быть самыми сильными и одновременно самыми хрупкими существами в нескольких мирах?

***

Неожиданно случилось так, что они получили к себе в камеру сильного шамана. История с убийствами драконят получила развитие. Похитили ещё одного драконёнка из знати. Они были начеку и потому почти успели. Почти... На месте убийства удалось схватить старого орочьего колдуна. Остальные скрылись.

Орка водворили в камеру. Дарос видел его, пока старика вели, и успел понять о нём многое. Он попался только потому, что сам пожелал. Могущественный колдун! И шёл теперь смирно, по-стариковски шаркая ногами!.. Его, конечно, сунули в самую изолированную камеру, да разве это поможет, если что? Казалось бы: захватили главного исполнителя и, вероятно, вдохновителя преступления. Радуйтесь! А у всех кислые, настороженные лица. Они сами притащили к себе "домой" неслабый такой гемор. Ведь с таким "дедком" у них могло быть только два варианта развития событий: или на департамент вот-вот нападут, дед поможет нападающим и всем им придётся реально плохо. Или старику что-то нужно от одного из них. Пришёл на встречу, так сказать.

Все, в той или иной мере, понимали к кому мог явиться этот вестник судьбы и что за вести он, вероятно, принёс с собой. А потому, с сочувствием поглядывали на Дароса. Тот досадливо кривился: как ни крути, а к деду идти ему. Его он хотя бы не прибьёт слёту. Пытки тут бесполезны, значит, придётся разговаривать. Да, он и не посмел бы. Ведь за то, что он посягнул бы на Смотрящего вдаль, его самого прибил бы Харк.

Харк был одним из его бессменных телохранителей в детстве. Их было несколько и все из разных рас. Так своеобразно позаботился о нём отец, в своё время. Когда он нашёл в себе силы прийти и познакомиться с сыном, то привёл с собой нескольких своих воинов. Те разогнали приставленных Армосом нянек и стали маленькому Дару семьёй. Они сами и их семьи.

Это был самый лучший подарок, какой мог сделать своему ребёнку сходящий с ума дракон. Он позаботился о том, чтобы Дароса вырастили адекватные, любящие существа, которые привили ему разумные представления о мире и о том месте, что он сам должен занимать в нём.

Они до сих пор влияли на него. Любовью и преданностью. И сейчас, направляясь к камере для знатных преступников, в которой даже имелось окно и всё необходимое, Дар, посмеиваясь, думал об этом. Харк и так снимет с него голову за то, что он посмел запереть патриарха его племени. А уж если он сделает это без должного уважения или комфорта... Ему можно будет только посочувствовать. Седой, как лунь, Харк не улучшил с возрастом ни свой характер, ни язык...

***

Старый орк отвернулся от окна, когда он вошёл.

- Спасибо.

- Мой воспитатель из вашего народа.

Старик чуть кивнул. Орки не говорили лишнего. "Слова забирают силы и творят реальность",- вспомнил Дар наставления Харка.

- Зачем?- спросил он.

Старик, ветхий и высохший, задумался. Глаза его снова обратились к горизонту, за который садилось солнце. Зачем было такому мудрому существу убивать детей?

- Я принёс жертву,- ответил мудрец через долгое время на не заданный вслух вопрос.- Обратил ваше внимание на то, что творите вы с нашим и другими мирами. Дал пить вам ту же чашу, что тысячелетиями подносили нам вы.

Он опять долго молчал. Они вообще говорили в эту ночь очень мало и с длинными паузами. Для кого-то это было бы странным, но не для Дароса. И это опять же было влиянием Харка: он вбил в него, что нужно обдумывать слова, прежде чем отпускать их творить мир.

- Больно терять близких?- уставился орк на Дара немигающими глазами.- Больно. Ты знаешь, как больно. А другим?.. Так почему вы думаете, что боль других созданий менее ценна для Мироздания?..

Дарос замер, боясь спугнуть это мгновение. Вот же он - ответ на "тот самый" вопрос!!!

- Но как же мы проживём и не выродимся, о мудрейший, если откажемся от жертв?

- Вы продолжаете гневить богов и при этом надеетесь на милость?- с невыразимой насмешкой оскалился старик.

- Но как?..

Дарос чувствовал себя сейчас зелёным мальчиком, который только пытается постигать тайны мира. А старик после очень долгого молчания изрёк:

- Почему ты не отягчаешь свою совесть?

- Не хочу.

Ответ был так себе, но лгать и изворачиваться нельзя, а объяснить самому себе тот внутренний запрет, что был в нём, Дарос никогда полностью не мог. Обосновать, да, но не объяснить.

Мудрец однако удовлетворился этим странным "не объяснением".

- Хорошо. Ты идёшь по пути. Это хорошо.

Снова такая долгая пауза, что продолжение фразы прозвучало странно:

- Не сворачивай с пути, иначе повторишь судьбу отца.

- Зачем?- опять спросил Дар. Было многое в этом вопросе. Старик понял.

- Боги дают вам шанс время от времени, но никто из вас так и не выучил урок.

В голове Дароса рефреном зазвучали предсмертные слова отца: "может быть, хоть один из нас выучит урок...".

- Он старался и у него почти получилось,- ответил на его мысли мудрец.- Он не смог принять то, что любовь всегда несёт риск потери... Вы слишком сильны и вам трудно учиться смирению... Учись...

Опять долгое молчание во время которого они оба смотрели на яркие звёзды, что сияли в небе. Сидели в темноте. Зажечь светильник не пришло в голову ни одному из них.

- Не печалься о тех детях... Рода те совсем растлились и должны исчезнуть... Они выросли бы чудовищами...

И правда, семьи, потерявшие наследников, славились своей звериной жестокостью.

- Но мне больно, что я сделал это... Я, который всегда хранил жизнь, убил жизнь, чтобы сохранить её для вас... Не находишь это ироничным?..

Старик не ждал ответа. Что тут скажешь?..

- Я уйду вслед за ними... на рассвете. Спасибо, что провёл со мной мою последнюю ночь. Спасибо за звёзды... Твоя поддержка ценна для меня... Передай привет и благодарность Харку. Он хорошо воспитал тебя.

Вот так. Есть ли что-то скрытое от этих глаз?

Орк хохотнул:

- Немногое. Потому, что я смотрю не глазами... Сердцем... Показывай, что принёс.

Дарос покорно подал свёрток с рубашкой. Подумать только, Смотрящий сердцем! Высший иерарх орков! Нужно...

Морщинистая ладонь легла на его руку и узловатые пальцы сжали её с неожиданной силой:

- Твой порыв делает честь тебе, дракон. Но меня не нужно спасать. Время моё пришло. Я выбрал тебя для самого важного разговора в моей жизни.

Да. Дарос знал, что последний разговор для орков всегда самый важный. Тогда снимаются покровы с тайн и сердец. Почему этого удостоился он?..

Склонил голову перед стариком:

- Это честь!

Мудрец не ответил, пробежался пальцами по ткани рубахи:

- О чём ты хочешь спросить?

- Кто носил её? И почему это так важно для меня?

Старик неожиданно улыбнулся:

- Это же твоя самая большая загадка, просьба и подарок будущий король Ха́ллворона! Смотри сердцем и ты узнаешь, поймёшь и получишь то, чем боги желают благословить тебя!

...Видящий сердцем умер на рассвете на руках у Дароса...