Глава 16

На следующий день я уговорила Даркхана показать мне сад — темнота его покоев давила мне на плечи, кожа впитывала тяжелый воздух. Не помогли ни цветы, ни струящиеся платья. Я ощущала себя в темнице. Добровольно.

Но он согласился. С сомнением и тяжелым вздохом вывел меня наружу под покровом ночи. Я радовалась, дышала полной грудью, кружилась тенью между широколиственных сладко пахнущих кустарников, наполненных влагой. Он шел рядом и молча смотрел. А я ловила странные мысли: я дурачилась перед ним, как девчонка, пряталась и обрушивала на нас потоки скопившейся в листьях воды. Я, Сейра Вельгарн, владычица Хрустальных Рощ с девятнадцати лет, никогда прежде не знавшая ласки и… одобрения. А он просто шел рядом, вслушиваясь в ночную тишь и даже не пытаясь скрыть своего желания — бороздки между мышцами снова превращались в дорожки лавы.

— Спасибо, — прошептала я на выдохе и позволила себя догнать. Сложила руки ему на шею и поцеловала. В волосах зазвенели маленькие хрусталики.

Даркхан обхватил мою талию, провел по открытой спине обжигающими пальцами, и я выгнулась, крепче прижимаясь к его горячему телу и ожидая решительных действий. Но он робко отстранился и, коснувшись губами мочки уха, прошептал:

— Не хочу, чтобы ты уходила. Пообещай, что мы увидимся после совета. Чем бы он ни завершился.

Я кивнула, сложила руки на груди и, отвернувшись, продолжила прогулку по саду. Настроение пропало: будто меня ударили прямо в сердце, и я перестала дышать. Потому что не могла думать о будущем.

Соберись, Сейра Вельгарн, ты теряешь силу! Ты стратег, ты… владычица Хрустальных Рощ! И в твоей власти заключать любые союзы.

Если одобрит Владыка Карнак.

На подъездах к Теневому Утесу через пять дней я думала о том же. Даркхан молчал. Мы все обсудили прежде, но разве можно предугадать действия Карнака? Даркхан предлагал хитростью получить его согласие на союз между нашими землями, я должна была противиться этому и приводить доводы, которые бы убеждали Владыку в обратном.

И это было несложно: несмотря на то, что Карнак презирал медного короля за неконтролируемую ярость, медь Талгаара он ценил куда больше, чем хрусталь. Но кроме этого, еще оставался Элион. Какую игру вел он? И на какую выгоду рассчитывал?

— Впереди твои люди, — задумчиво проговорил Даркхан, выглядывая в окно. — Вся делегация.

— Они… преграждают нам дорогу?

— Нет, но словно кого-то ждут.

Наши взгляды встретились. Брови Дархкана соединились на переносице, и я, кажется, догадалась, о чем он думал. Элион мог наплести моей стороне что угодно! Пообещать покровительство, направить против Даркхана и даже меня! Святая Шарат, почему я позволила держать себя взаперти все это время⁈

— Пора, владычица, — выдохнул Даркхан, сплел мои кисти тугим узлом. Я наблюдала за его напряженным лицом и сосредоточенным взглядом. Заметив, что смотрю, он коснулся моих губ и также накинул на них повязку: мы планировали выставить все так, что он поймал меня на рудниках и ведет представлять на суд Карнаку.

Дверь кареты открылась, двое копейцев-стражев с пиками наперевес ждали меня снаружи. Гордо расправив плечи, даже несмотря на «оковы», я вышагнула наружу, Даркхан — следом. Оказалось, мы почти добрались до Теневого Утеса: башня Элиона возвышалась за ближайшим пригорком. В отличие от джунглей, здесь было прохладно и даже зябко: пронзительный ветер развевал неряшливый подол и ронял бретельки. Даркхан едва сдерживался, чтобы не поправить, а на ухо прорычал:

— Манишь меня даже сейчас, Владычица. Не подведи.

И дернул за руки, как бы подгоняя. Я гневно глянула и постаралась крикнуть своим. Они словно ожидали чего-то: тут были Торн, Айла и… Лисандра. Что ж, очевидно, ее отец похлопотал, чтобы вытащить дочь. Да и что тут сомневаться, когда пустует трон? А ее всю жизнь только и готовили на то, чтобы занять мой трон.

Увидев меня, все трое бросились нам наперерез, но воины Даркхана перекрыли им путь. Я показательно вырывалась.

— Сейра Вельгарн под надзором Медных Копей, — произнес металлическим звоном Даркхан. — Ее нашли в руднике, среди шпионов. Владыка Карнак определит ее участь.

— По закону, вы должны были ее выдать нам! — воскликнула Лисандра и вышла вперед. Ее прикрывали Торн и Айна. Как меня когда-то. — Мы бы провели проверку!

— Чтобы что? — прогромыхал Даркхан. — Чтобы так же оправдать? Но довольно! Совет Талгаара сегодня весьма кстати, и, полагаю, уже через час мы все узнаем. Неспроста же зрачок Хрустальной Владычицы показывает только правду!

Он даже схватил меня за подбородок и посмотрел в светящийся хрусталик. Я сжалась: как он будет лгать Карнаку, когда мой глаз скорее ослепит меня, чем позволит мешать карты?

Но Лисандра дала ответ:

— Покажет зеркало Элиона. Оно уже показало нам! — Она гордо вскинула подбородок, ее золотые локоны разметались по открытым плечам. Даркхан усмехнулся:

— Уверена, что это был не твой страх, хрустальная заместительница? Или, может быть, скрытое желание?

Лисандра вспыхнула, Даркхан кивнул своей страже разойтись и спокойно направился к башне. В спину я услышала взволнованный голос Айлы:

— Не волнуйтесь, владычица, этот медяк вас не тронет! Мой меч с вами!

— Смотри-ка какая резвая, — хмыкнул Даркхан. — Если после совета нам придется разойтись, с такой защитой буду за тебя спокоен. На время.

Я хмыкнула: полагаться на кого-то еще, кроме себя, в данной ситуации я бы не решилась. Несмотря даже на то, что Айла и правда никогда меня прежде не подводила. Но кто знает, чем жил Илмарис, пока я отсутствовала? А сейчас, в Теневой Башне Элиона, нужно было быть максимально осторожными: здесь даже тени шептали ложь, а зеркала показывали искаженную правду. Истина крылась только на его лице. Как и страхи смотрящего.

Темный зал советов разрезала дорожка тлеющих углей: владыка Карнак уже прошел здесь и теперь занял место во главе темного круга. Совет Талгаара — единственное событие, куда он приезжал лично: все-таки живые зеленые джунгли и полноводная река, обеспечивающая жизнью весь Пламенный Шат, давали нам преимущество в благословенности владыки. Но все же голову перед ним склонял каждый.

Между четырьмя массивными креслами с острыми спинками в виде копий стояли подносы тлеющих потрескивающих свечей. Пахло гарью. Я поморщилась, Даркхан подтолкнул меня в спину.

Хозяин башни возник в центре зала бесшумно, как дым, и великодушно оставил центр для меня. И высокий, с кожей, как потухший уголь, Карнак, и меднокожий Элион изучающе разглядывали меня. Даркхан остался рядом, стискивая мои запястья.

— Владыка! — Он поклонился и дернул руки, опуская меня на колени. — Вы почтили Талгаар своим присутствием, но недобрые вести постигли Медные Копи — сама хозяйка Хрустальных Рощ была уличена за шпионажем!

— Сейра Вельгарн? — Карнак зевнул и поудобнее уселся в кресле, перебирая длинными пальцами в золотых перстнях. — Я слышал, ее постигла змеиная болезнь. И что же, она излечилась?

— Владыка, я вам показывал лишь то, что видели Очи Истины и отражали мои зеркала, — с поклоном ответил Элион. Его пепельная мантия слилась с тенями зала, высокий черный воротник блеснул янтарной каймой.

— Так пусть они покажут еще раз! — Карнак топнул и сложил руки на груди, ожидая действий Элиона.

— Они за нашими спинами, — продолжал Элион. — Они покажут, как только впитают энергию.

— Искар тоже за нашими спинами! — рявкнул Карнак. — И он показывает пламя уже три месяца! Пока вы тут погрязли в междоусобицах, другие регионы не получают ресурсы и пьют воду с пеплом!

Я дернулась, Даркхан прижал меня к полу несколько резче, чем играючи, и произнес горячо:

— Они не сбавляют пыла даже в отсутствие своей владычицы. Мы думаем, что есть еще диверсии.

Я выгнулась и зарычала, вырываясь. Карнак захохотал:

— Вьется, как змея! Смотрите-ка! Видно, и правда яд поработил тебя, Сейра Вельгарн. — Он замолчал и потер подбородок, я замерла в ожидании, и наконец он протянул: — А это ведь и впрямь шанс уладить ваши войны. Вот что я повелеваю: будешь моей наложницей. Хрустальные Земли поделят Элион Молчаливый и Даркхан Железный Клык. Это будет проще, чем разбираться в ваших интригах.

Я почувствовала, как напрягся Даркхан за моей спиной, его кулаки на моих запястьях сжались. Спокойно, Железный Клык, это провокация. Он ничего мне не сделает — даже несмотря на свой сумасбродный нрав.

Даркхан отпустил оковы, снял повязку с моих губ и отошел, не смея перечить Владыке. Мне следовало повиноваться тоже.

Холодок пробежал по коже, хрусталики в волосах задрожали вопреки моей уверенности в блефе Карнака: что, если я дойду до него, и на этом все закончится? И что, если Даркхан вздумает меня вернуть? Ему придется собирать войско! И, значит, сейчас на моих плечах — исход квартального собрания Талгаара, моя судьба и, вероятно, жизни медных копейцев.

— Вам незачем держать меня в наложницах, владыка, — сказала я твердо, расправляя плечи, и даже позволила себе осмотреться: позади в полупоклоне согнулся Даркхан, по левую руку от Карнака застыл Элион. Зеркала в зале начали мерцать. Свечи от моих слов потухли. — Разве вам приятно будет видеть, как мой хрусталик будет разбиваться при каждой встрече с подданными?

Звенящую тишину разрезал злобный хохот Карнака:

— Остроумно, Сейра Вельгарн, но против лжецов у меня есть и свои приемы. Ты мне нужна не как защитница, уж поверь.

Я спиной почувствовала жар Даркхана, но едва заметным движением плеча дала ему знак держаться. А сама выдохнула:

— Тогда наверняка вы хотите узнать обо мне всю правду, владыка.

Я встретилась глазами с Элионом и нашла в них непонимание: он словно спрашивал, действительно ли я хочу открыться? И, поджав губы, я едва заметно кивнула.

Он вышел чуть вперед, опасливо поглядывая поверх меня — боялся реакции Даркхана? Но и он приблизился. Я даже слышала его тяжелое дыхание, но не об этом следовало думать: зеркала должны показать истину. Даже если она будет мучительно болезненной.

Зеркало на щеке Элиона отразило блеск моего хрусталика, и темный зал озарился светом вспыхнувших зеркал. Только на миг я засомневалась в правильности своего решения — мимолетная слабость перед последним шагом, который определит все. Но я готова была скинуть последнюю маску, чтобы предотвратить любые необдуманные действия в дальнейшем — что свои, что Даркхана, что Карнака. Элиону это не грозило: он хранил баланс Талгаара, вымерял каждый свой ход до сантиметра и никогда не поддавался эмоциям.

Дыхание замерло, а потом что-то дернулось в груди, когда я увидела ночной Искар — на первый взгляд, спокойный, будто спящий, но чем дольше всматривалась, тем яснее видела клубящийся дым кузен. Как тогда, в ночь нашей встречи с Даркханом.

И как тогда, сейчас мою шею сдавило невидимыми тисками, дыхание сжалось, и холод пронзил мое тело. По коже побежали черные прожилки, как вены на белой коже. Во рту встал приторный сладкий вкус, а зеркала показали тени: в тростнике, на берегу, перед моими ногами.

— Твои… шпионы, Элион? — схватившись за горло, прошипела я и, не в силах держаться на ногах, осела на пол. — Почему зеркала не показывают их лиц?

— Потому что это твои страхи, владычица.

— Тогда что… сейчас со мной?

Хрусталик по-прежнему был направлен в зеркало на щеке Элиона: зеркала не лгали. Они просто… не показывали всей правды.

— И что я должен с этим делать, позвольте спросить⁈ — прогромыхал Карнак. — Вы плетете свои интриги искуснее змей, и, заметьте, никто из вас не умер!

— Но вас надо оградить от яда, владыка! — воскликнул Даркхан и, уже не заботясь о том, что скажут, накрыл меня собой.

Сейчас я не ощутила его огня. Зеркала Теневой башни словно втягивали мои силы, их холод пронизывал мое тело, сплетаясь с нитями яда под кожей. Но если такую истину показали зеркала Элиона, значит, жар Даркхана так и не смог прижечь эту сковывающую тьму?

— Это все аура! — вдруг воскликнул Элион и взмахом длинного рукава стер изображения с зеркальных поверхностей. — Ко мне приходили змеи с дарами, их аура очень ядовита. Я все обработал, но хрусталь… боюсь, что Сейра Вельгарн ослабла в темнице Медного Короля, и потому особенно восприимчива.

— Что-о⁈ — взревел Карнак, вскакивая и срывая с себя перстни. — Ты и меня хотел отравить⁈

— О, нет, повелитель, я все почистил…

— Увести ее! Заковать! Бросить к Улдрошу! Чтобы из-за твоей ауры мы погубили Талгаар⁈

Он громыхал, Элион жестом показал убираться. Даркхан свел мне локти за спиной, но ему буквально пришлось меня волочить по полу: я оставила все силы в теневом зале. Но за дверью он тряс меня за плечи и повторял:

— Очнись, Сейра! Что с тобой? Что это было?

— Тише, Даркхан, — я скользнула ослабшей ладонью по его руке. — Это был ответ, и теперь ты знаешь правду… во мне по-прежнему яд, и никакой медный огонь его не разрушит, потому что…

— Тебя заразила любовь, — закончил за меня Железный Клык. — Я помню, что ты сказала в нашу первую встречу.

— Зелье из Поющих Топей… оно поможет.

Я вдохнула, поймала растерянный взгляд Даркхана, и наступила темнота.