Глава 5

Даркхан игнорировал все мои послания. Я требовала встречи немедленно и где угодно, но он молчал. В конце концов, я пригрозила, что отправлю войско на столицу Медных Копей — вряд ли он отдал бы мне Коварн, но должен же был как-то среагировать! Между тем, разведчики доносили, что стычки на Искаре не прекращаются. А иногда разгораются с прежней силой.

— Ненавижу медных, — злилась Айла. — Они загрязняют джунгли. И Искар. И оскорбляют вас молчанием, владычица.

— В таком случае место одно — Алтарь Очей Истины: там никто не может лгать, и там заключаются самые надежные союзы на века. Даркхан не вправе отвергнуть этот зов.

— Боюсь, он не чтит ни наших традиций, ни наших богов, владычица. Но вы правы: если он проигнорирует, то проиграет без боя.

Мы выдвинулись к алтарю. По пути Айла доносила, что встречает скрытую разведку Даркхана, и я позволяла за нами наблюдать: я не прячусь! Я требую встречи! И говорю прямо, что хочу.

Через день мы были у Алтаря — хрустального святилища из зеркальных стен, путь к которому был так же выложен хрусталем. Его часовые — двое воинов из моей армии Стеклянных кинжалов — кротко поклонились и впустили меня внутрь. С другой стороны стояли часовые из Железных Клыков — воинов Даркхана. Дорожка с его стороны была выложена медью и вела к его владениям.

Был здесь и третий вход, охраняемый двумя каменными големами — воинами Элиона — третьего правителя Талгаара. Все земли джунглей делились между нами, но если мы с Даркханом годы напролет вели партизанскую (а в этот раз, выходит, что открытую) войну, то Элион всегда оставался нейтральным. Мне казалось, что его для этого сюда и направили, чтобы он следил за балансом сил. И он следил, я знала. По крайней мере, на общих Советах Талгаара я узнавала от него о таких вещах, что мне не сообщали даже Очи Истины.

А сейчас Очи Истины показывали мне Искар, пылающий в огнях на берегах и покрытый дымом от залпов пушек на воде: стычки набирали отчаянный оборот. Еще чуть-чуть, и вмешается Элион. Или еще хуже — сам владыка Карнак. А его никто из правителей видеть не желал никогда. И как минимум, поэтому Даркхан должен быть заинтересован в этой встрече!

И он пришел. Разбитый, высокомерный и злой. В искореженных доспехах, с кровоточащей раной на лице и почти серой кожей: был покрыт гарью и пеплом. С ним прибыли еще несколько воинов, как будто только что вытащенных с поля боя.

Я сохраняла спокойствие. Сложив руки на животе, я расправила плечи и ждала, когда наши гости займут свои места в круглом зале. Айла шепнула:

— Не подпускайте его близко, владычица. Помните, что ваш хрусталик видит ложь только на расстоянии.

Я кивнула и, не дождавшись, пока медные воины закончат построение, вышла в центр. Даркхан по-прежнему тяжело дышал, но не повел ни одним мускулом на лице.

— Ты принял мое приглашение, какая честь! — воскликнула я сходу и всплеснула руками. Даркхан не остался в стороне и выпалил:

— Ты не дала мне выбора, хрустальная стерва! Иначе бы я потопил все твои корабли!

— С чего бы тебе вообще их топить, печной черт⁈ Мы обо всем договорились!

— О том, что ты откроешь огонь сразу после отхода с моих берегов⁈

— Что⁈ — я не сдержала восклика. Хрусталик не отреагировал: он что, говорил правду?

— Ты отправила Стеклянных Кинжалов шпионить за мной! Разрушила мои баррикады, напала на мои кузницы! И после всего зовешь меня к Алтарю Очей Истины? Для чего? Перегруппировать силы?

Вместо ответа я повернулась к своей помощнице:

— Что он такое говорит, Айла?

— Не было указаний, моя владычица, — отчеканила помощница, и глаз так же не отреагировал.

— А от Лисандры?

— Не было, моя владычица.

— Тогда что… это значит? — спросила я робко, а, вспомнив, где нахожусь, сказала в полную силу: — Я бы не позвала сюда тебя, Даркхан, если бы была виновата в случившемся. Очи Истины не дадут соврать.

— Но корабли моих врагов носят твое знамя! — рыкнул Даркхан, и его глаза сверкнули янтарем. — Предлагаешь мне все спустить? Положить моих воинов под твои пушки? Если ты хотела войны, получи ее, и не о чем нам разговаривать.

Он махнул своим и развернулся, чтобы уйти, но я выпалила в спину:

— И тебе проще проливать кровь, чем разобраться? У тебя прямо сейчас шанс со мной договориться, и ты просто уходишь?

— Наведи порядок в Илмарисе, владычица, — ответил он глухо. — И тогда поговорим.

— Мы поговорим сейчас! — я зарычала и невольно приблизилась. Его доспехи засветились, и я отошла на шаг. — Со своими делами я разберусь. И со своими людьми тоже. Но стычки мы остановим прямо сейчас!

Огромный хрустальный глаз под куполом алтаря мигнул голубым светом и осветил круг между нами. Даркхан впился в меня отчаянным взглядом. Я держала себя в руках, хотя огонь его тела сквозь доспех долетал до моей кожи. А потом вмешалась Айла:

— Пусть он снимет доспех! И оставит оружие! Это священное место, мы заключаем договор, и пусть он подчинится!

Даркхан с вызовом перевел взгляд на речную волчицу и проделал все то, что она сказала. Воины из его свиты подняли доспехи и оружие и вышли наружу. Айла, убедившись, что мне ничего не угрожает, вывела наших. Двери со всех сторон закрылись. Из освещения остался лишь бледно-голубой круг под нашими ногами. И мы друг напротив друга.

Даркхан тяжело дышал, льняная рубаха была покрыта пятнами крови, кое-где — прожжена. Но я старалась не смотреть: мы должны скрепить союз печатью Ока Истины и вовек не трогать друг друга. Но также мы оба знали, что если коснемся друг друга в рукопожатии, то обменом клятвами этот ритуал не закончится.

Жар, исходящий от его тела, отдавался легким покалыванием в оставленных на моей коже ожогах. Его дыхание застывало в моих глазах, его крепкие руки так и манили коснуться.

И самое главное — мы должны были коснуться, чтобы заключить перемирие под Оком Истины. Но оба медлили, будто просчитывали риски и взвешивали все за и против этого шага. В конце концов, я не выдержала:

— Плевать! — Я вышла в центр круга и протянула ладонь. — Будь что будет. Мы действуем по правилам: чтобы владыка Каркак получил сигнал о том, что мы заключаем перемирие до тех пор, пока живы оба. И не топим ничьи баржи.

— И не подсылаем убийц! — воскликнул Даркхан и тоже подошел.

— Медные Копи и Хрустальные Рощи теперь нейтральны по отношению друг к другу, Искар — общая территория, — подытожила я.

— Кто нарушит договор, тот попадает под власть второго, — прохрипел Даркхан и с силой стиснул мою руку, что я невольно вскрикнула. А потом поняла, что значат его слова и предостережение о том, чтобы я навела порядок в Илмарисе: войну вел кто-то за меня и явно плевать хотел на наши уговоры.