Глава 21. Тщательная проверка

Экран разделен на две части — на одной крупно лицо девушки, она уже красная, заплаканная, я даже через экран чувствую ее боль. А на второй — крупный план ее ануса и рука врача, держащая конус.

Кончик мягко касается ее анального отверстия, девушка тут же морщится, игрушка начинает входить еще… Глаза девушки расширяются, в них начинает плескаться боль, она кусает губу, когда конус проталкивается глубже.

… конус широкий… большой…

Решаюсь на вопрос к доктору:

— А до каких пор он будет вставляться в попу?

Врач не отвечает, будто не слышит, тем временем попку девушки уже серьезно расширили, вижу как попа натянута, вижу, как она дрожит.

И вдруг ее рот раскрывается широко, она начинает судорожно дышать, пытаться глотнуть побольше воздуха, эротично облизывает губу…

— Видишь, как может быть хорошо при работе с попой, — врач смотрит на меня так, что в этом взгляде я читаю — и я должна то же самое испытывать.

Киваю, чтобы он не задавал лишних вопросов, но врач не собирается меня отпускать.

— Завтра утром к тебе придут врачи — два молодых доктора. Ты при них не истери только. Поняла?

— А что они будут делать?

— Да ничего особенного. Утренние процедуры.

— А… какие? — мне лучше заранее знать.

— Ну что утром делают в больницах?

— А я не знаю.

— Вот и узнаешь, — улыбается медсестра.

Врач терпеливо говорит:

— Измерение температуры, осмотр рта, горла, ушей…

— А, поняла, — вздыхаю, киваю.

Это, по крайней мере, нестрашно.

— И укольчики.

— Уколы?

Меня бросает в дрожь.

Я ужасно боюсь уколов с самого детства, а потому избегаю идти ко врачам даже когда болею, чтобы меня не положили в больницу и не начали делать уколы.

— А какие?

— Тебе это не надо знать, — отвечает медсестра, а врач быстро переводит тему:

— А сейчас Ирина Петровна отведет тебя в палату, ты поешь и ляжешь спать.

Киваю, молчу. Обычно я поздно ложусь, но ничего ему не отвечаю. Я просто посижу и подумаю что это за клиника, погуглю, если мне дадут телефон, и, может быть, отсюда сбегу.

***

Ирина Петровна заводит меня в палату — кровать-односпалка, шкаф, и прикроватный коврик размеров на два шага.

На окне решетка.

— Вот, пришли.

— А одежда моя... где?

— Тебе же выдали халат. Пока тут находишься…

— А все мои вещи? Сумка, телефон…

— Телефоном пользоваться нельзя, пока ты здесь. Важно сосредоточиться на здоровье.

— А чем телефон мешает…

— Так, дорогуша, не спорь! Здесь все делается для тебя, доктор Вальтер даже согласился взять тебя на углубленное обследование, лишь бы ты поскорее прошла медкомиссию и не вылетела из универа…

Ощущаю, как она сразу давит на важное, на комплекс вины, типа я должна быть благодарна им.

Ничего не говорю. Молчу.

Странные осмотры, нетипичные слова от доктора, какое-то жуткое их поведение…еще и уколы. Но на ум тут же приходит логичное:

— Сейчас она выйдет и я отсюда сбегу.

***

Но медсестра и не думала уходить. Она показала мне маленькую комнатку где туалет — унитаз, раковина и поддон с лейкой — вот и все удобства. Села на стул и дождалась, пока мне принесут еду. Прямо в палату. Как в больнице.

На тарелке рисовая каша — жидкая, как я не ем и котлета.

Сидящая напротив медсестра начинает откровенно бесить. И почему она не уходит?

Смотрю на нее и говорю — будто обычно:

— А можно соус?

Может, уйдет за соусом, а я пока быстро смотаюсь. Хотя как я покажусь на улице в этом дурацком белом халате?

Как дура.

Как сумасшедшая.

Как сбежавшая из психушки, кстати, не психиатрическая ли это лечебница?

— Ишь какая! Подавайте ей соус! Это не ресторан, девочка, это больница. Тут здоровая еда и сразу же сбалансированная.

Кидаю разочарованное:

— Угу. Тогда мне ложку. Я такую кашу вилкой не съем.

— Ешь чем дали.

Лениво ковыряюсь в тарелке, съедаю пару вилок каши, котлету глотаю целиком — за весь день очень захотелось есть. Отодвигаю остатки с недовольным:

— Спасибо, я наелась.

— И все? А это кто будет есть?

Странные слова от взрослого человека. Пожимаю плечами:

— Я не знаю.

— Чай пей, — пододвигает кружку.

Как дура. Пью.

Она пододвигает стакан с водой и маленькую таблетку:

— На, выпей.

— Это от чего?

— Нет от чего, а зачем.

— Ну зачем?

— За тем, чтобы таких капризов больше не было.

Выпучиваю глаза:

— Так что это за препарат?

— Ну что ты какая пугливая! Это таблетка для сна. Сегодня выспишься хорошо.

Она смотрит на меня, беру в рот, выпиваю воду и она требует:

— Открой рот.

Пришлось глотать.

Она проверила мой рот и только после этого отвернулась — взяла в руки тарелку, чашку:

— Давай ложись, не затягивай. Завтра рано вставать.

И ушла.

Будто неспешно подхожу к двери, толкаю — заперто.

Меня бросает в пот.