26. Моё сокровище

В родительском доме всегда царил порядок. Чистота. Всё на своих местах. Всё кроме меня самого. Серые стены каждый день давили на меня. Безупречность была даже на полу. Плитка лежала идеально. Везде. Идеальные серо-бежевые стены, что отлично сливались с остальными предметами интерьера. Я чувствовала себя в родительском доме словно чёрная клякса в старом фильме на плёнке. Ненужный никому.

Маминой любви было недостаточно. Ведь мы с ней находились в окружении больничных, идеально серо-бежевых стен. Она была сильной женщиной. Но из-за отца её глаза тускнели с каждым годом всё сильнее. Я знал, что по ночам она тихо плачет в ванной от бессилия. Мы были с ней в тупике. Мужчина, которого она любила, не любил её вовсе. Уйти от него мама не хотела. Чувства тяжёлой цепью держали за отца. И эти кандалы даже я не мог снять.

Самое печальное то, что мне приходилось жить в иллюзии любви. Мой отец был подобен манекену в фешенебельном магазине. Весь идеальный и опрятный. В присутствии гостей и на празднике. А дома если я опять в очередной раз нарушал его порядок он меня избивал. Последняя такая стычка была в четырнадцать лет. Тогда я ещё на что-то надеялся в этой жизни. Жизни с моими родителями.

Это был тот день когда я опоздал из школы. На улице была ужасная слякоть и грязь. Обычно я вызывал либо такси, либо же меня мать отвозила домой сама. Но в этот день она уехала к своей лучшей подруге. И как на зло в приложение водитель всё никак не хотел приезжать. Уже сменилось три, когда я понял, что придётся идти пешком.

Мой отец ненавидел грязь и беспорядок. Если в детстве он терпел мои пакости, как ребёнок, то сейчас правила стали жёстче. Он мог ударить меня, отхлестать проводом или ремнём. И это были не мягкие удары, а те что оставляют синяки и кровоподтёки. Отец всегда называл это наказанием за не послушание. За нарушение порядка дома.

В тот день я промок насквозь. Мои ботинки были ужасно грязные. Когда я заходил домой то молился, что отца там не будет. Ведь если он увидит всё это, то мне не жить. Я быстро заглянул в квартиру и понял, что его ещё не было. Но это было фатальной ошибкой.

— Август, не думал, что ты вернёшься так поздно — послышался его грозный голос сзади. Я тогда забыл, как дышать. С моей одежды на пол капала грязная вода. Ботинки частично испачкали прихожую, когда я разувался. Мне было страшно оглядываться. Я лишь услышал, как он захлопнул входную дверь, снял тугой галстук, а после всё как в тумане. Помню только боль. То как он избивал меня ремнём и даже секунду не колебался. Лицо моё вжимал в пятна на полу, словно нашкодившего кота. Да так сильно, что из моего носа капнула кровь. Она окрасила светлую плитку в красный цвет. Это слегка отрезвило тогда отца. Он перешагнул через меня и пренебрежительно взглянул напоследок. И этот взгляд я буду помнить всегда. После инцидента, всё стало как раньше. Наша домработница прибрала то, что я натворил. Вещи были постираны. А моя душа выпотрошена снова. Помню, как курил после всего на балконе. Сигарета за сигаретой. Сдерживая рвущиеся наружу слёзы. Втягивая всё новую дозу никотина и выдыхая в воздух. Будто отпуская все эмоции, что меня беспокоили.

Когда Майя узнала о моём тайнике, я вышел из себя. С ней вообще было тяжело сдерживаться. Этот ящик я бережно собирал по кусочкам. Шапка была первой находкой связанной с моей сводной сестрой. Этот ярко — жёлтый трофей попался случайно. В гардеробе я обнаружил, что она валялась прям под её курткой. Мне пришлось поднять шапку, оттряхнуть от грязи и засунуть в свою чёрную сумку. Я хотел отдать ей. Но не смог. Само ощущение того, что теперь у меня была частичка её самой в моей комнате, возбуждало. После этого всё пошло по наклонной.

Её милые патчи со звёздочками, что так забавно выглядели на улыбчивом лице. Кисти, которые она забывала засовывая в пучок своих волос, или вовсе иногда грызла, когда рисовала. Даже это мне казалось прекрасным. Майя всегда по ошибке путала стакан для промакивания кистей и чашку с чаем. А потом, когда осознавала морщилась. И делала вид, что этого не было.

Майя обожала музыку. А в особенности свой музыкальный центр. Включала одну за другой кассеты, чередуя с дисками. При уборке она всегда включала свой центр и под музыку убиралась. Но конечно, большую часть времени Майя брала швабру или пылесос, представляла, что это микрофон и подпевала. В такие моменты я не мог сдержать улыбки. Она была такая милая и совершенная. После того, как Майя ушла в очередной раз гулять с подругой я взял одну из её кассет. И смотря в этот ящик перед сном, вспоминал мою пчёлку. Мне хотелось сохранить всё. В особенности часть души, хранящихся в этих вещах. Это был мой личный клад с драгоценностями. Моё сокровище.

И когда Майя расплакалась увидев, всё это я вышел из себя. Почему слёзы? Ты что меня жалеешь? Не думаешь о том, что я люблю тебя? Или я кажусь тебе мерзким? Мои чувства не соответствуют твоим представлениям? Но я не смог задать ей вопросы, после того как услышал её ответ.

— Хотела узнать, что тебе нравится, дурак! — вскрикнула тогда Майя. Её глаза были влажные от слёз, такими ярко зелёными и совершенными. Прекрасными. Как и губы. Алыми и припухшими от слёз. Эти слова ведь фактически значат, что я ей интересен. Неужели? Наконец-то Майе удалось понять. Я почувствовала как меня переполняли чувства. Её губы манили, мои засосы ещё не успели сойти с её кожи на милом животе. Я не сдержался. Хотелось с ней прочувствовать всё. Я много раз представлял, как её бёдра будут вилять подомной. То, как буду заливать её тело спермой. То, как буду жёстко входить в неё. То, как буду кончать внутрь её влажной вагины.

Но тогда она, снова оттолкнула меня. Я ничего не успел сделать. Лишь слегка помассировал её грудь. Она была такой мягкой и чувствительной. Хотелось коснуться её кожи языком. Ощутить вкус. Но Майя как всегда сбежала от меня. Вновь побег. Когда же она наконец перестанет это делать? Но только именно в этом побеге было, что-то не так.

Вечером перед сном, дверь в её комнату была заперта. Я дёргал ручку несколько раз и даже стучал. Но она не открывала. Я шантажировал её нашей сделкой, но в ответ услышал лишь молчание. Мёртвая тишина. Тогда я не выдержал и вышел на улицу. Принёс лестницу к её окну и не смог его открыть. Оно было плотно закрыто и зашторено. Злость начала кипеть во мне с новой силой. Я вернулся в свою комнату и написал ей:

"Майя, открой сейчас же дверь! Ты же помнишь про сделку. Я не буду её выполнять если ты сейчас же не впустишь меня!"

На моё сообщение она ответила спустя пять минут. И от него я взорвался ещё сильнее.

Майя: "Я хочу побыть одна. Сегодня поспи у себя, Ави"

Август: "Быстро открой мне дверь! Поговори со мной"

Майя: "Ты серьёзно?"

Август: "Да! Открой дверь и впусти меня"

Майя: "Я устала и не хочу говорить с тобой. Я тебя боюсь"

Август: "Это всё из-за вещей?"

Майя: "Нет. Ты перешёл все границы. И даже не извинился"

Август: "Я не считаю, что сделал что-то ужасное. Я хотел этого. И скажу честно. Пошёл бы даже дальше. Я бы снял с тебя всю одежду и взял бы прям там. Потому что хочу. Потому что не считаю это ошибкой"

Майя: "А ты вообще спросил хочу ли я этого?"

Август: "Зачем спрашивать? Ты хочешь меня, а я хочу тебя. Разве, что-то ещё нужно?"

Майя: "Август, этого недостаточно"

Август: "Чего недостаточно? Я красивый, спортивный, умный, чистоплотный, что тебе, блять, ещё не хватает?"

Майя: "Ты слишком торопишься. Я не готова"

Август: "Майя, ты никогда не будешь к этому готова"

Майя: "Август, пожалуйста, оставь меня сейчас. Я устала"

Август: "Майя, открой мне дверь!"

Но на последние сообщения она мне не ответила. Вышла из сети. Я всю ночь не мог уснуть. Ходил по всему второму этажу весь на нервах. Снова проверял открыта ли её дверь. Но она была заперта. Утро для меня настало незаметно. Всё это время я не сомкнул глаз. Ждал пока она выйдет попить воды хотя бы. Но Майя не появлялась. И когда уже наступило время идти в колледж на пары, она не вышла. Я постучался к ней снова.

— Майя — начал шёпот я: Пора на пары.

— Иди без меня. Мне не хорошо — произнесла она за дверью. Казалось, что моя сводная сестра плакала. Я слышал, как она шмыгает носом по ту сторону двери.

— Майя я не хочу тебя оставлять одну. Может мне…

— Нет! Август иди в колледж — твёрдо произнесла Майя, после чего я ушёл.

Весь день на парах был не в своей тарелке. Думал, как там Майя? И лучше ли ей станет, когда я приду домой. Но всё оказалось намного сложнее. Дома меня встретили тётя и дядя. И по их лицам я всё понял. Майя всё рассказала.