4. Мёд на губах

Я очень любила мёд. Не знаю с чем именно это было связано. Может с моим чудаковатым именем? Сладкая, тягучая субстанция янтарного оттенка, была такой вкусной. Особенно на корочке свежего хлеба из пекарни со сливочным маслом. Этот бутерброд, казался пищей богов.

Мои родители закупались мёдом у деда Саши. Это был уже седой дедушка, проживавший в конце нашей улицы. Многие соседские дети распространяли забавные сплетни о нём. Например, он настолько старый, что застал открытие города. Что видел как горит Москва в 1812 году. Что застал, как вымирают динозавры и так далее. В общем он был местной легендой для детей.

За мёдом у нас обычно ходил закупаться отец. И брал много. Как минимум зима у нас была с домашними, мамиными закрутками и сладким, янтарным мёдом. Также иногда мой отец и дед Саша обменивались провизией. Это был своеобразный бартер. Мы ему курицу, яйца и кое какие закрутки, а он нам вкуснейший мёд. Всё-таки дедушка был уже не молод, и самому закрывать варенья и соленья ему было в тягость. По крайней мере, так утверждал отец. И в это лето не обошлось без мёда.

Стоял последний месяц лета. Жаркий август. Мой сводный брат, после того случая не приближался. Он тактично игнорировал меня. Собственно как и я его. Конечно, мне приходилось ловить взгляды парня на себе. Ну уж лучше так, чем он будет меня лапать или ещё чего хуже.

Август всегда держался на расстоянии. Когда мы сидели за столом, он располагался с краю. Подальше от меня. Молча ел. Не поддерживал разговор родителей. Моя мать считала, что стоит Августа отвести к психологу, но отец утверждал, что это лишнее. Часто разговор строился именно на этом за столом. Мои родители не замечали очевидного. А именно то, как Август смотрит на меня. Медленно я начала задумываться о своей адекватности. Может это всё мои галлюцинации? Тогда почему до Августа, они не проявлялись? Слишком странно. Что же это тогда?

Но однажды случилось то, что позволило мне понять. Это не было плодом моей фантазии. Или галлюцинацией. Стояло приятное, летнее утро, я как обычно встала и направилась на кухню готовить завтрак. Накануне отец привёз пятилитровые банки с мёдом, от которых у меня текли слюнки. Я поставила полный чайник воды, достала булку хлеба и сливочное масло и приступила к готовке.

В этот день у всех домашних был выходной. Отец работал в кабинете, мама лазила в огороде. Поэтому я не боялась разгуливать на кухне, в своей любимой, жёлтой пижаме. О том, случае с Августом мне хотелось игнорировать. Я решила, что это не важно. Ну было и было. Значит дружить с ним не буду, как и общаться. Сейчас здесь только я и огромная банка мёда. Это намного важней. Намазав ломти хлеба сливочным маслом, я потянулась, чтобы открыть банку. Она поддалась лишь с третьей попытки. Настолько сильно залипла крышка. Я намазывала бутерброды чайной ложкой. Аккуратно, чтобы сливочное масло не попало в банку. После того как я закончила, то все руки были в мёде. Пальцы слипались между собой и хотелось их облизать, чтобы ничего не пропало зря. Но для начала я это проделала с чайной ложкой, что была в мёде. Пройдясь языком и собрав весь сладкий нектар, я бросила прибор в раковину, а потом обернулась. Сзади меня стоял Август. Парень облокотился руками на стол и смотрел. Он внимательно наблюдал за каждым моим действием. Раздевал меня своим пронзительным, тёмным взглядом.

— Доброе утро — пробормотала я, чтобы перевести его внимание на своё лицо. Август посмотрел в мои глаза и мне тут же пришлось пожалеть об этом. Тёмные, всепоглощающие. Словно чёрная дыра. Неизвестные и загадочными. Никогда не знаешь, что именно скрывается за ними.

— Доброе, пчёлка Майя — прохрипел мой сводный брат. В его глазах сверкнуло, что-то на редкость не доброе. Мне захотелось вновь отвернуться. И благодаря свистящему чайнику я смогла это сделать. Мне хотелось, чтобы Август ушёл. Понял, что ему тут не рады и вернулся к себе в комнату. Но похоже этого не произошло. Сзади послышались медленные шаги. Он приближался. Шаги утихли лишь тогда, когда парень оказался вплотную к моей спине. Его горячее дыхание опалило мою нежную шею. Я тут же повернулась к нему и заявила: Отойди!

— С утра ты не в духе, пчёлка? — спросил он, ехидно ухмыляясь. Меня раздражало это. Его высокомерие. Его насмешливый тон. Это бесило.

— Да! Я не люблю, когда ты подходишь ко мне в плотную. Отойди, пожалуйста! — попросила я, но на это он ещё шире улыбнулся, обнажая свои клыки. У Августа слегка выпирали они. Из-за этого его улыбка выглядела не мило, а кровожадно.

— Лучше не говори такого мне, иначе накажу — грозно прохрипел парень и приподнял мой подбородок, своими грубыми пальцами.

— Ну и как же ты меня накажешь, умник? — гнев кипел во мне, когда я смотрела в его тёмные глаза.

— Ты вся липкая — выдохнул Август и нагнулся ближе к моему лицу. Я не заметила того, как наши лица оказались в миллиметре друг от друга. Мне не удалось возразить. Август провёл своим горячим, влажным языком по моей нижней губе, а потом и по щеке. Я вздрогнула. Даже показалось, что лёгкие перестали работать. Я не дышала. Не моргала. Не шевелилась. Это было слишком неожиданно. Я чувствовала какой Август горячий. Как его сердце стучит с бешеной скоростью. Как его дыхание учащается. Но ничего при этом не делала. Я как будто превратилась в безмолвную статую. Пока моё сердце не возобновилось с новой выходкой брата.

Он оторвался от моего лица и поднял мои руки. Парень начал медленно облизывать мои пальцы, испачканные в мёде. Посасывать и слегка прикусывать. При этом, не отрывая глаз от меня. Язык Августа, был очень горячим. Он облизывал мои пальцы не правильно. Слишком странно. Парень вскоре остановился, когда вылизал весь мёд с моих рук, а потом прошептал: Сладкая. Ты вся такая сладкая, пчёлка Майя.

После этого он вновь усмехнулся и ушёл. А я лишь осела на пол. У меня не было слов. Лишь красное от стыда и злости лицо. Зачем он это делает? Чего добивается? Зачем он издевается?

Мне не хотелось больше есть. Я бы даже сказала у меня появилось отвращение к мёду. Теперь когда его ела, перед глазами стоял Август. С вожделениям облизывавший мои пальцы.