6. История открытой двери и закрытого сердца

Я запутался. Я веду себя как настоящий, дебил. Придурок. Дурак. Такое со мной случалось однажды, но это было мимолётно.

В классе пятом я впервые влюбился. Это была моя одноклассница, над которой прикалывались все. Унижали. Бросали в неё мусор. Называли жирной. Уродкой. Всё потому что, она была не такой как другие дети. Миленький, пухлый комочек с рыжими волосами и карими глазами.

Я не был её спасителем. Мне не хотелось жалеть девочку. Это было бы слишком просто с моей внешностью. Вместо этого я хотел видеть унижение в её глазах. Искреннюю эмоцию подчинения мне. И чем больше она плакала, тем приятнее мне было внутри. Каждая её мольба возбуждало чувство собственного превосходства. Но в скоре всё закончилось. Через полгода, эта девочка перевелась в другую школу. Бросив меня с этими непонятными чувствами.

Да. Не спорю. Я ещё тот говнюк. Но тогда мне казалось, что это истинное проявление своей симпатии. В прочем, видимо с тех пор не сильно всё поменялось. Я стал выше и красивее. Мама часто восхищалась мной. И говорила, что я копия своего постоянно молчащего и холодного отца. Что уж говорить если имя мне дала сама мать. Она назвала меня Августом, в честь своего дедушки.

Моя мама была знойной итальянкой. Однажды мой отец поехал в командировку в Рим и там по чистой случайности встретил Франческо Росси. Стройную женщину с загорелой кожей, каштановыми, волнистыми волосами и карими глазами. Моя мать описывала эту встречу, как что-то судьбоносное. В то время как мой отец часто говорил только одно: Ну она была симпатичной и мне захотелось с ней встречаться. Пожалуй ничего удивительного.

Конечно, моя мать была очень экспрессивной и яркой женщиной. Она сильно отличалась от российских реалий. Ради отца моя мама переехала в Россию и воспитывала меня как могла. Да не без неудач, но даже за это я ей очень благодарен. Сейчас в моей памяти свеж почти каждый разговор с ней. Но последний я помню особенно чётко.

— Гуся, мы с отцом отъедем по делам. Ты же сможешь на даче, побыть несколько часиков один? Или хочешь поехать с нами? — спросила моя мама, собирая свои волосы в небрежный хвост. Хоть она уже почти семнадцать лет проживала в России, но по прежнему говорила с небольшим акцентом. Моя мама часто называла меня уменьшительно-ласкательно. Обычно это было "Гуся".

— Я наверное лучше побуду здесь. Посмотрю фильм или погуляю — пробубнил я, листая новостную ленту в социальных сетях.

— Хорошо, дорогой, мы скоро будем. Не скучай! И помни, что я безумно тебя люблю — улыбчиво произнесла мама и словно птица, упорхнула из дома.

Если бы я тогда знал, что это будет наш последний разговор, то ни за чтобы её не отпустил. Как и отца. Тогда бы всё было по другому. И возможно, у нас с Майей отношения сложились бы иначе.

По прибытию в дом дяди Вовы был для меня открытием. Во первых, я стал жить по соседству с симпатичной Майей. Девочкой, что имела округлые бёдра и аппетитную грудь. И я был уже на тот момент уверен, что это не предел. Она станет ещё старше и намного аппетитнее.

Майя казалась мне первое время слишком улыбчивой. Приветливой. Приторно сладкой и правильной. Слишком идеальной. Как будто в её жизни всё было в порядке и хорошо. Девушка с длинными волосами, что пахнут мёдом и зелёными глазами, напоминающими поле в той самой деревне. Но самое бесящее, что в ней было, это эмоции, что отражались на её лице. Я мог узнать всё что происходит у неё в голове. Она была открытой книгой. Без загадки или секрета. Для себя я ещё не решил хорошо это или плохо. Но вот её беспечность и наивность меня до ужаса раздражали. Хотелось испортить. Посмотреть на неё в гневе. Без этой слащавой улыбки на лице. И однажды я этого добился неоднократно. Мне не передать словами, какой кайф испытало моё сердце. Это было словно первая выкуренная сигарета. Непередаваемые ощущения. Хотелось повторить вновь.

В следующий раз я смог повторить и ощущения стали ярче. С каждым разом хотелось наращивать темп. Как с сигаретами. Всё начинается с одной. Так и здесь. Только было одно отличие. Тут чувства становились ярче, а не замедлялись.

Майя больше не улыбалась мне. Её истинное, злое лицо выходило наружу, при каждой нашей встречи. Но чаще всего девушка, просто пряталась от меня в комнате. Конечно Майя показывала мне разнообразные эмоции. Смущение и страх, когда сидела на моих коленях. Раздражение, когда я называл её пчёлкой. И любопытство, когда наши глаза встречались. Мне хотелось увидеть больше эмоций на её забавном лице. Я как изголодавшийся вампир, выдумывал всевозможные планы по поимке своей жертвы. И все они шли гладко. Просто идеально. Пока я не столкнулся с проблемой.

Это случилось, когда мы вместе с дядей Вовой пошли отдавать документы в колледж. В сером кабинете, с относительно новой мебелью, сидела женщина преклонных лет. Она взяла из рук дяди папку и начала просматривать все бумаги, что там находились.

— Значит теперь, Мёдов Август Александрович будет учиться у нас. Красивый у вас однако мальчик — пробубнила старушка с лёгкой улыбкой на лице. А я от этого напрягся.

— В смысле Мёдов? Разве у меня не должна была остаться фамилия Прохоров? — обратился я с этим вопросом к дяде.

— Пока ты находишься под моей опекой будешь носить эту фамилию. После выпуска из колледжа при желании ты можешь спокойно вернуть свою обратно. Я же тебя официально усыновил, это часть государственной процедуры. Смена фамилии обычное дело. В двадцать тебе всё равно придётся менять паспорт — спокойно и размеренно объяснял дядя Вова.

— Но я хочу свою фамилию обратно! — возражал я. В мои планы не входило официально оставаться старшим братом Майи до окончания колледжа. Это же слишком долго.

— Пока не получится. По закону, ты мой сын. Эти документы официально заверены. Придётся тебе немного потерпеть меня в качестве отца.

Я не был против такого отца как дядя, но мне не нравилось то, что официально на бумажке Майя моя младшая сестра. Да не родная, но всё же. То что, я хотел бы с ней сделать, выходит за рамки братских чувств. Похоже придётся практиковать воздержание. До окончания колледжа.

Над этим я размышлял уже дома, лёжа в кровати Майи. Мне нравилась её комната. Она была такой уютной в сравнении с моей тёмной берлогой. Светлая, с лёгким беспорядком, ковром и мягкими подушками. Но самое главное это запах. Её аромат был везде. Умиротворяющий и расслабляющий. Он успокаивал меня. Но по прежнему досадное чувство не покидало мою душу. Я не мог присвоить Майю себе, пока она моя сестра. Печально. Мне всего лишь хочется увидеть её с другой более интересной эмоцией. Всего лишь. Но увы это так сложно подстроить. Всё с ней ужасно сложно.

От мыслей меня отвлёк звук открывающейся входной двери. Она с громким хлопком закрылась, а после я услышал быстрые шаги. Это была Майя. Но она не бежала в свою комнату, а в другую сторону. Позже шаги остановились в стороне ванной комнаты. Я поднялся с мягкого матраса девушки и направился к ней. Мне хотелось её припугнуть. Да это банально. Но я уже представил в своей голове как лицо Майи станет красным, а глаза станут похожими на блюдца. Осторожно приоткрыв дверь я увидел её. Она уже сбросила свою юбку и блузку. Майя стояла в одном нижнем белье. Потная, запыхавшаяся и слишком милая. Закусывая нижнюю губу, она своими тонкими пальцами растянула неудобный бюстгальтер и тяжело выдохнула. Под её грудью и над ней появились красные полосы от белья. Но боже, как же мне хотелось дотронуться до этих мест. Я не мог отвести взгляд. Бельё только стискивало её тело. Интересно, как она будет выглядеть в моей рубашке на голое тело? Боже слишком ужасные мысли, от которых становилось тесно в брюках. Но ведь фантазии это не грех. Никто не узнает о них. Только я.

Но когда Майя зашла в душ, я окончательно перестал дышать. Её округлые ягодицы и обнажённая спина будут сниться мне ни одну ночь. Мокрая, совершенно без одежды. Красные отметины от слишком тесного белья, на светлой коже. И боже мой, длинные волосы. Когда я случайно облокотился на дверь, она заскрипела. Этот звук отрезвил меня. Я побежал к Майе в комнату, не замечая ничего. Сердце стучало с бешеной скоростью. Похоже я сильно влип.