Глава 1

Замираю, осознав, что именно ляпнула, но не успеваю даже ничего предпринять, потому что моих губ вдруг легко касаются сухие тёплые мужские губы. Володя отстраняется на секунду, словно спрашивая разрешения, смотрит мне в глаза вопросительно и серьёзно. Я отвечаю таким же взглядом, тянусь вперёд, и следующий поцелуй оказывается уже совсем другим — влажным, тягучим, заставляющим прижиматься к твёрдому мужскому телу и хотеть… большего?

Меня отпускают через пару минут, раскрасневшуюся, тяжело дышащую, с саднящими губами. Мой спутник, который, не запыхавшись, ещё полчаса назад уложил на землю двух бугаев, тоже дышит явно с трудом.

— У меня завтра выходной, — вдруг говорит он, и я киваю — угадала! — а мужчина продолжает: — Встретимся, отметим твой день рождения? Надо же исправлять ситуацию, — слегка улыбается, — чтобы не вышло «как встретишь, так и проведёшь».

— Это ведь про новый год, — неуверенно улыбаюсь в ответ.

— Ну так и ты начинаешь новый год своей жизни, — он становится серьёзным. — Если только ты не занята. У тебя, конечно, могут быть свои планы…

— Нет! — выпаливаю быстро. — Своих планов нет!

— Отлично, — Володя ухмыляется, — потому что я собирался сказать, что тогда мне оставалось бы только вписаться в то, что ты планируешь.

Я неудержимо краснею. Невероятно, он только что сказал, что так или иначе настоял бы на встрече! Украдкой щиплю себя за руку. Больно. Точно не сон.

— Так, значит, ты согласна? — уточняет он ещё раз. — И я могу придумать план сам?

— Конечно, — отвечаю смущённо.

Мне открывают подъезд, мы поднимаемся на мой второй этаж. Володе выше, на четвёртый. Подрагивающей рукой достаю ключи, открываю замок, но не успеваю нажать на ручку.

— До завтра, Дина, — мужчина целует меня в уголок губ.

— До завтра, — шепчу, до сих пор не веря, что это происходит со мной. — И… я ведь тебя даже толком не поблагодарила. Спасибо тебе!

— Всегда пожалуйста, — он кивает и подталкивает меня к квартире.

Захожу домой и, закрыв дверь, тут же смотрю в глазок. Тёмный силуэт взмахивает рукой, заставляя опять залиться краской, и начинает подниматься по лестнице. Понял, что я буду на него смотреть.

Отлипаю от глазка, скидываю туфли и плюхаюсь на пуфик в прихожей. На губах расползается абсолютно идиотская улыбка.

— Надюша? — раздаётся сонное из маминой комнаты.

— Да, мам, — откликаюсь сразу, — спи, не волнуйся, всё в порядке.

В детстве и юности я не любила своё имя. Ну что это — Надя… Какое-то простецкое. Поэтому предпочитала иностранный вариант — Надин, а от него сокращённое Дина. Именно так представлялась, так же ко мне обращались все друзья. Надюшей меня звала только мама.

Подростковый бунт закончился, но до конца школы я оставалась Диной. Только год назад, когда начала учиться в медицинском колледже, решила не создавать путаницу. Медицина — дело серьёзное, как уж по документам есть, так и буду Надя. Тем более, что теперь я уже совсем не считала это имя глупым и простецким, наоборот. Дарящая надежду! Моей мечтой было стать сначала медсестрой, а потом выучиться на врача. К сожалению, поступить сразу в медицинский университет на бюджет не удалось, а денег на платное обучение у нас с мамой не было.

Вот только Володе почему-то тоже напомнила о себе, как о Дине… Ну да это неважно. Переодевшись и сходив в душ, зарываюсь лицом в подушку и расплываюсь в улыбке. До сих пор поверить не могу! Я — и Володя Солнцев! Он меня поцеловал, а завтра пригласил на свидание! Уи-и-и!

Подскакиваю с утра, но мама уже не дома — она у меня пекарь высшей квалификации, её смена на хлебозаводе начинается очень рано. Однако сейчас я этому рада. Не придётся объяснять, почему так сияю и куда пойду.

Володя не сказал, когда мы встретимся, но я почему-то думаю, что вечером, и поэтому меня застаёт врасплох звонок в дверь. Открываю как есть — в домашних шортах и широкой футболке, с волосами, собранными в небрежный пучок на затылке.

— Ой! — глупо реагирую на улыбающегося мужчину, прислонившегося к подъездным перилам.

— Шикарно выглядишь, — он окидывает меня взглядом, задержавшись на голых ногах, а затем на груди.

Я краснею и обхватываю себя руками, потому что лифчика на мне нет, и соски тут же собираются в горошины, наверняка проступающие сквозь тонкую ткань.

— Думала, мы увидимся вечером, — лепечу растерянно.

— Мне уйти? — Володя ухмыляется.

— Н-нет, нет, конечно, — втягиваю в себя воздух и закашливаюсь.

— Хорошо, — хмыкает он, — но я бы и так не ушёл.

Прыскаю, не сдержавшись.

— Проходи, — отступаю от двери, пропуская его внутрь, — я только собиралась позавтракать…

— Позавтракаем вместе, — Володя улыбается, глядя на меня. — Я отвезу тебя в одно классное местечко.

Смотрю на него, не в силах оторвать взгляд. Ну какой же он…

— Дин? — мужчина поднимает одну бровь. — Не хочешь переодеться? Лично мне и так всё нравится, но…

— Ой, — скрываюсь в своей комнате, слыша за спиной тихий смешок.

Выхожу минут через десять уже в приличном виде и ловлю на себе восхищённый взгляд.

— Ты просто мечта, а не девушка, — выдаёт Володя, жадно разглядывая меня, хотя я надела простую белую футболку и обычную лёгкую юбку чуть ниже колена, правда, насыщенного апельсинового цвета. — Мало того, что красивая — глаз не оторвать, так ещё и собираться умеешь быстро.

Фыркаю, скрывая смущение за улыбкой, накидываю укороченную джинсовую куртку и обуваю удобные туфли на плоском ходу.

— Я готова! — объявляю весело.

— Отлично! — Володя берёт меня за руку, переплетая свои пальцы с моими. — Поехали!

Этот день кажется мне самым счастливым в моей жизни. За ним следуют ещё и ещё дни. Я летаю и парю в облаках своей влюблённости, не замечая ничего на свете. Всё развивается так стремительно, что уже через три недели я фактически живу на две квартиры, бегая между вторым и четвёртым этажами.

Хоть Володя и говорил, что нам ещё рано и надо потерпеть, утерпели мы недолго. И пусть для меня первый опыт оказывается болезненным, внимательность и осторожность моего мужчины и то, с каким восхищением он ко мне относится, делают своё дело, так что я уже начинаю получать удовольствие от нашей близости.

А ещё спустя несколько недель Володя уезжает в командировку.

— Динусь, меня не будет пять дней, — он складывает вещи в небольшую спортивную сумку, проверяет документы. — Ну не расстраивайся ты так!

Я шмыгаю носом. Так привыкла видеть его почти каждый день, что не представляю, как переживу это время.

— А ну иди сюда, птичка! — любимый подхватывает меня на руки и падает со мной на диван. — Привыкай, моя хорошая! Жена военного — это, знаешь ли, не только статус, но и умение ждать! Это ещё у меня служба такая, что в гарнизон куда-нибудь на крайнем Севере не пошлют.

— Что? — у меня пропадает голос, я ошарашенно смотрю на улыбающегося Володю.

— На Север не пошлют, говорю, — повторяет он хитро. — Остальное — когда вернусь! Всё, милая, мне пора. Ключи у тебя есть, надеюсь на горячую встречу! — целует меня в кончик носа, встаёт и пафосно произносит: — «Ждите меня с первым лучом солнца, я приду на пятый день, с востока!»*

Смеюсь, не удержавшись, и посылаю ему вслед воздушный поцелуй. Володя делает вид, что ловит его, складывает в нагрудный кармашек и, махнув на прощанье, выходит.

Вот только на пятый день, когда я слышу, как в замке поворачивается ключ и бегу в коридор, готовая уже броситься на шею любимому, по которому жутко соскучилась, там оказывается совсем не он.

__

* Володя цитирует слова Гэндальфа из второй книги «Властелина Колец».