Глава 8

В свое новое жилье я переехала спустя всего лишь три дня. К этому времени я уже сносно ходила, почти привыкла к новой руке и строила планы на дальнейшее будущее.

- Вот, смотри, - Алиса завезла меня в квартиру на коляске. – Тут у тебя кухня, - указала она на помещение с огромным окном. – Здесь ванная, - та оказалась весьма просторной, здесь спальня. Не сказать, чтобы все очень уютное, но жить можно.

- Здесь хорошо, - кивнула я, рассмотрев все.

- Ну, тогда смотри: твои вещи находятся в этом шкафу. Завтра приедет Дамира, она тебя измерит и подберет одежду. Тебе же для работы нужна одежда? - Алиса строго глянула на меня, видя, что я хочу возразить. Пришлось закрыть рот. Та одежда, что у меня осталась дома, мне не подойдет. Я же в два раза меньше теперь, а работать в чем-то надо. – На кухне все, как у всех, но Макс, например, сам не очень хорошо готовит. Ему из кухни санатория обычно еду присылают. На столешнице лежит номер телефона. Ах, да! - Она похлопала себя по карманам. – Про телефон я забыла. Держи, это рабочий. Но твоего личного телефона на месте аварии мы не нашли, так что пользуйся на здоровье.

- Спасибо, - не стала я спорить, принимая в руки телефон неизвестной мне марки.

- Сейчас в холодильнике есть какая-то еда, но питаться лучше свежими продуктами, - наставительно сказала она. – Так же здесь есть небольшой кабинет, - она завезла меня в небольшую комнатку, где из мебели были только стул и стол. И полочка на стене. Все, что нужно для работы. На столе стоял ноутбук и лежал блокнот. – Если будет скучно, то ты можешь попросить Веру Родионовну и она сможет отправить тебе документы, чтобы ты с ними поработала. Но тебе пока рано ездить на завод. Это я тебе как врач говорю.

- А когда можно будет? – Подняла я голову.

- Не раньше, чем через неделю, - ответила она.

Максим зашел в гости вечером, когда я пыталась разобраться с едой. В одном из лотков обнаружилась некая зеленая субстанция, которая странно пахла.

- Что это? – Решила я спросить у парня.

- Соус, - коротко ответил тот. – Садись за стол, я свежую еду принес.

- Но Алиса сказала, что в холодильнике тоже свежая, - попыталась возразить я.

- Это утренняя, - отрезал он и принялся выкладывать из сумки судочки. Мда, кажется, меня и здесь решили нещадно контролировать. – Вот здесь вся еда приготовлена полчаса назад. Завтра утром принесу свежую.

- Я и сама могу заказать, - насупилась.

- Зачем? – Не понял он.

Я вздохнула.

- Для того, чтобы почувствовать себя живой, - ответила с горькой усмешкой.

Максим замер. Медленно убрал сумку, сел рядом на стул и нахмурился.

- Что еще заставит тебя почувствовать себя живой? – Спросил он.

- Самостоятельность, - это я знала точно.

- А если тебе нужна будет в чем-то помощь, то ты попросишь об этом? – Склонил он голову набок.

- Нет, - честно ответила я. – Я устала чувствовать, что я ничего не решаю. Я хочу трудностей, хочу преодолевать что-то, хочу жить так, как мне нравится.

Парень выглядел удивленным. Кажется, ему такое и в голову не приходило.

- И как тебе нравится жить? – Решил он докопаться до меня.

Я пожала плечами.

- Мне нравится быть полезной, - ответила первое, что пришло в голову.

Максим кивнул и поднялся на ноги.

- Давай так, сегодня ты поужинаешь свежей едой, а завтра научишь меня что-нибудь готовить, - он поставил на стол две тарелки и приборы. Перевалил в мою тарелку рагу, а себе положил спагетти с мясом. – У меня совсем не выходит готовить. А ты, наверное, умеешь.

- Умею, - кивнула я, взявшись за ложку. – Когда мама умерла, то некоторые обязанности по дому легли на меня. Мне пришлось научиться готовить. Иногда мне даже нравится это делать.

Парень скупо улыбнулся и больше не проронил ни слова за весь ужин. Странный он все-таки. Необычный.

Следующим утром я, выбравшись из кровати по стеночке, на пути в ванную застала на кухне постороннего человека.

- Ты что тут делаешь? – Прищурилась.

Максим, до этого рассматривающий содержимое моего холодильника, отскочил от него на метр.

- Эмм, решил посмотреть, из чего мы сегодня будем готовить, - быстро оправдался он.

Я доковыляла до него и протянула вперед ладонь.

- Отдай мне ключи от моей квартиры, - велела.

Максим секунд пять с недоумением смотрел на меня.

- У меня их нет, - покачал он головой.

- А как ты тогда сюда вошел? – Недоверчиво спросила.

- Через дверь, - пожал он плечами. – У нее нет замка.

- Что-о? – Не поверила я и отправилась проверять. На самом деле замок был, но запираться я должна была изнутри. Вот я тормоз! – Ладно, - вздохнула. – Извини. Но ты не мог бы в следующий раз позвонить мне, прежде чем просто врываться в квартиру.

Максим медленно кивнул.

- Хорошо, - он подумал несколько секунд. – Мне сейчас уйти?

Хотела ли я, чтобы он сейчас ушел? Наверное, нет. Я слишком часто завтракала в одиночестве, чтобы сейчас прогонять единственного человека, кроме отца, который захотел утром заглянуть ко мне за последние годы.

- Не надо. Подожди меня, я сейчас приведу себя в порядок. – Я направилась в сторону ванной, все так же держась за стену.

- Тебе помочь? – Услышала в след.

- Не надо, - покачала головой. Мне просто необходимо много ходить, чтобы быстрее начать жить нормальной жизнью. Помылась я на скорую руку, чтобы не заставлять Максима ждать. Переодеваться мне пока было не во что, потому я и осталась в больничной пижаме. – Ну, что ты хочешь приготовить? – Спросила, вернувшись на кухню.

- Не знаю. А что из этого можно приготовить? - Он указал на стол, где лежали продукты, вытащенные им из холодильника.

Тут были и яйца, и творог, и ягоды, и странное фиолетовое варенье из каких-то палочек.

- Может быть, сырники? – Предложила я.

Максим согласился, усадил меня за стол и велел командовать процессом. Все шло хорошо ровно до того момента, пока мы не обнаружили, что у меня нет муки. Парень куда-то сбегал и через пять минут она у нас появилась. Первую партию сырников он сжег. Я даже не посмотрела, что он выставил самую большую температуру на плите.

- Я все выброшу, - расстроенно он смотрел в сковородку. – Есть горелое опасно для жизни.

- Если опасно, то выбрасывай, - я тоже скептически посмотрела на черные неаппетитные кругляшки.

Зато во второй раз все получилось, и мы все-таки позавтракали. Максим радовался, как ребенок, первой получившейся еде. Даже посуду за нами помыл после завтрака.

- Можно, завтра я снова приду? – Жалобно спросил он, когда уходил.

Отказать я просто не могла, а потому кивнула, закрыла дверь и защелкнула замочек изнутри. Так, а мне чем теперь заняться? Я еще раз обошла свое жилище. Все было в порядке, все было на месте. Я даже на уютный балкончик выбралась. Отсюда открывался просто удивительный вид на озеро. Как бы я хотела остаться здесь навсегда.

От лицезрения водной глади меня отвлек деликатный, но настойчивый стук в дверь. Пришлось топать к двери и открывать ее.

- Ты чего закрылась? – Клавдия хмуро осмотрела меня с головы до ног. – Выглядишь уже лучше.

- Спасибо, - кивнула я, отойдя от двери.

Жена Валерия Семеновича хмыкнула и вошла в квартиру. Следом за ней вошла невысокая, но безумно красивая брюнетка, которая несла на плече несколько чехлов с одеждой.

- Знакомься, это Дамира. А чем это у тебя тут пахнет? – Клавдия сморщила нос.

- Максим попросил меня научить его готовить и сжег сырники, - ответила я чистую правду.

- Максим учился готовить? – Не поверила девушка и щелкнула выключателем на стене. Через несколько секунд запах исчез. – Встроенная экспериментальная вытяжка. Ее по всему корпусу сделали, - пояснила она мне, еще раз щелкнув выключателем. – Так, Мирка, ты пока занимайся ей, а я пойду с нашим безумным гением-кулинаром побеседую.

- Клав, не зли его только, - передернула плечами брюнетка.

- Ничего не обещаю, - фыркнула она и вышла из квартиры, оставив нас с Дамирой вдвоем.

- Ну что же, Лира. Давайте я сниму с вас мерки, и мы пошьем вам костюмы в ближайшее время, - Дамира перекинула чехлы с одеждой через спинку стула. – Какая одежда вас интересует?

- Любая, наверное, - пожала я плечами.

- Ну нет, так дело не пойдет. Где тут у вас одежда хранится? – Я показала шкаф, где жалкой кучкой расположились мои вещи. Точнее, их остатки, которые были найдены в разбитой машине. – Какой кошмар! – Решила девушка. – Здесь же ничего нет. Белье нужно, халатов пару штук. Так, я сейчас все измерю, и напишу Фоме. Пусть отправит Градова за вещами в город.

- Я давно не видела Акима, - вдруг вспомнила я про оборотня.

- Его Лохматов загрузил работой, но один день он выделит на поездку, иначе я его женю на первой встречной, - она коварно похихикала. – Так, Лира, раздевайтесь и приступим.

Да, похудела я значительно. Даже не так, кости страшно проступали сквозь кожу, талия выглядела ненормально впалой, высокая раньше грудь смотрелась совсем печально. Мне было стыдно раздеваться впервые с момента излечения.

- Наверное, на меня сейчас мало что можно купить в магазине, - пробормотала я, наблюдая за девушкой, которая скрупулезно записывала все данные.

- Поэтому этим и займется оборотень, для которого это не станет проблемой. При их упрямстве, они всю область носом пророют. Я Акиму сброшу список нужных магазинов, - Дамира сморщила миленький носик и сдула с лица черную прядь волос. – Так, а еще вам нужен парикмахер.

- Зачем? – Удивилась я.

- Как зачем? – Девушка вскинула идеальные брови. – Будем создавать образ. Идемте, - она подтащила меня к единственному в спальне зеркалу, к которому я еще не подходила. Я вообще решила себя пока не разглядывать. Дамира стянула с моей головы шапочку и бросила ее на подоконник. – Волосы отрасли сантиметра на два. Если убрать у ушек, сформировать челочку и выбрить затылок, то получится образ стильной леди. Эх, мне бы такую внешность.

У меня челюсть отпала после этих слов. Я с сомнением покосилась на девушку, но с удивлением встретила лишь взгляд полный зависти.

- Такую внешность? – Недоуменно переспросила я, ткнув в свое ухо пальцем.

- Ну да, - Дамира всплеснула руками и развернула меня к зеркалу. – Можно мне с вами на «ты» разговаривать? – Уточнила она. Я кивнула, не понимая, к чему она ведет. – Вот смотри, у тебя шикарная фигура: ты высокая, почти модель. Плечи широкие, но не слишком, ключицы красиво обрисованы, - она оттянула ворот моей футболки. – Руки длинные, ноги тоже, - она задрала одну мою штанину выше колена. – Ты посмотри, какие изящные лодыжки. Тонкие, аристократичные. Ты вся как будто слеплена из красивых нюансов, механическая рука лишь добавляет шарма. А лицо!

- А что лицо? – Я пока не очень понимала, куда она ведет. Мое бледное невзрачное лицо раньше ни у кого интереса не вызывало.

- Сейчас, - она выбежала из комнату и вернулась буквально через десять секунд. – повернись, - велела она и я заметила в ее руках ярко-алую помаду. Она потратила еще полминуты, чтобы накрасить мне губы. – Вот, смотри, - вернула она меня к зеркалу. Я послушно посмотрела. Хм, странно. Еще минуту назад я выглядела невзрачной молью, но один яркий акцент и я уже выгляжу не больной, а какой-то… стильной что ли. – Ты, как холст. Любой акцент делает тебя просто безумно яркой. Тебе каждый день можно быть разной. Это я каждый день одинаковая, - она тяжело вздохнула.

- Ты красивая, - не согласилась я.

- Толку-то, - поморщилась Дамира. – Перекрашивая волосы, я их только испорчу. Лицо свое я не смогу изменить, что бы ни делала. Оно слишком яркое. Фигура у меня тоже специфическая. Нет, она хорошая, но изменить что-то во мне сложно. А ты можешь быть хамелеоном хоть по десять раз на дню.

Я не стала спорить. В красоте я не разбиралась вообще, так что свое мнение высказывать не стала. Наверное, я смогу быть когда-нибудь хотя бы привлекательной.

Пока Дамира звонила мужу, я отдыхала и переваривала полученную информацию. А потом….

- Макс сказал твои примерные параметры, так что я привезла немного одежды со склада ателье, - девушка вернулась в комнату и бросила на кровать рядом со мной одежду. – Так что давай-ка примерим все это и…. Блин, я еще про обувь забыла. У тебя какой размер?

- Сорок первый, - поделилась я печалью.

Дамира с сомнением посмотрела на мои ступни.

- Не похоже. Но я стопы тоже измерю, - пригрозила она и принялась вытаскивать одежду из чехлов.

Не знаю, как она это делала, но в первом же костюме я даже сама себе понравилась. А несколько акцентов в виде платка на шею и яркого пояса действительно меня украсили. Еще и помада эта яркая.

- Она не стирается, - поняла я, попытавшись ее сгрызть с губ.

- Суперстойкая, - с гордостью ответила девушка.

Одежда мне подошла вся, а потому была развешана в шкафу.

- Белье жди завтра. Обувь, наверное, тоже. Ателье костюмы пошьет через три дня, парикмахера жди в ближайшее время. Надо Клавке написать, чтобы прислала кого-нибудь, - Дамира все записывала в блокнот. – Вот мой номер телефона, если что-то понадобится, то звони, - она положила на стол визитку. – А я пойду искать Клавку. И куда ее унесло?

Тихая девушка-парикмахер приехала уже через пару часов. Осмотрев мою голову, она поцокала языком и отказалась стричь «это».

- Почему? – Мне стало до слез обидно.

- Потому что я приеду через неделю, а тут мою работу никто не увидит. Вот, - она достала из сумки маленький флакончик. – Это Максим разработал. Пшикаешь это на волосы, и они растут, как не в себя.

Флакончик я опробовала уже вечером, обработав волосы так, как было написано в инструкции. А еще я сама позвонила по номеру телефона и заказала еду. Вот только принес ее снова Максим.

- В столовой нет доставщиков? – Я, видимо, пока не очень понимала, как здесь все устроено.

- Просто я собирался забрать там свою еду, когда и твою приготовили, - пожал он плечами, задержался взглядом на моих все еще ярких губах и просочился в мое жилище. Не квартира, а проходной двор какой-то получился.

Максим поставил оба пакета на стол и полез за тарелками.

- То есть, ты каждый день собрался приносить мне мою еду, - перевела я с мужского на человеческий.

- Тебя это не устраивает? – Обернулся он с тарелками в руках. Я только головой покачала, не очень понимая, как на это реагировать. – Мне уйти? – Снова спросил он.

Мне что, человека выгонять? Он же как лучше хотел.

- После ужина, - решила я, что поужинать в одиночестве еще успею, когда Максиму надоест в благородство играть.

После ужина он все так же помыл посуду и ушел. Только перед сном позвонил и спросил, что нести к приготовлению завтрака утром. Я даже разозлиться на него не смогла. Ведь он действительно пытается быть дружелюбным, и не его проблема, что это я дружить совсем не умею.