Раскол

— Короче так, Лещ, мы с пацанами тебя из банды исключаем, бывай, — сказал Лёха и отдал пакет с чем-то чёрным.

— Почему? — опешил Алёшка. — С какого такого? Что произошло то?

— Прими это как факт, — Леший больше ничего не стал объяснять, развернулся и пошел к выходу со станции.

Лещ стоял в широком коридоре Бауманской и смотрел в спину лидеру его бывшей банды. Стряхнув мимолётное оцепенение от неожиданной новости, он вытащил из рюкзака дедову тетрадь и, чтобы не путались слова, стал шёпотом читать заговор. Ему нужно вернуть всё обратно. Никаких исключений, у него свои планы на пацанов, ещё столько дел нужно провернуть.

Лещ читал, слова произносились легко, но до Лешего не долетали. Тогда Алёшка пошёл за ним следом, незаметно приближаясь. На эскалаторе он пристроился сзади, через человека, и снова начал читать заговор из тетради. Почему? Почему не действует? Раньше всё было по-другому, с первых слов уже шла реакция, что не так?

Тем временем Лёха его заметил и, пропустив вперед разделяющего их пассажира, жёстко взял Леща за локоть.

— Зря стараешься, мне защиту поставили, не в твоих силах пробить. Я теперь знаю, кто ты и чем промышляешь. Даже не приближайся больше, пожалеешь, — оттолкнув худощавого пацана, Лёха пошёл по своим делам.

Лещ стоял и переваривал полученную информацию.

«Значит, теперь они всё знают. Ладно, попробуем с другой стороны зайти. Посмотрим, сколько они без меня протянут, нашлю на них порчу, проверим, как с ней защита справится», — принял решение Алёшка и отправился обратно на платформу. По дороге он достал из пакета то, что ему отдал Леший. Его старая чёрная куртка. Сунув её обратно в пакет, он включил музыку в наушниках и больше ни о чём не думал до самого дома.

Дедова хата встретила тишиной, Рык даже не выглянул навстречу хозяину.

— Ах ты, усатая морда, — пожурил он крыса. — Наговорил мне гадостей и спрятался. Смотри что принёс, — он вытащил из пакета и бросил на спинку дивана куртку с лейблом в виде оскалившейся крысы на груди. — Твоя любимая, помнишь, сколько мы с тобой в ней вместе проходили? Я в ней, ты в кармане. Да вылезай ты уже!

Алёшка наклонился посмотреть под диваном и направил туда фонариком. Рык неподвижно сидел и смотрел на хозяина своими маленькими чёрными глазками. Прямо над ним был какой-то пакет, приклеенный к днищу дивана скотчем. Быстро перевернув предмет мебели кверху ножками, Лещ отклеил скотч и вынул из целлофана стопку тетрадей деда Филиппа. Наконец-то. Столько раз диван с места на место перетаскивал, а посмотреть под него хорошенько не догадался.

Первую тетрадь он нашёл на самой верхней полке шкафа, когда хлам из квартиры выносил. Она сразу показалась ему странной, и он её не выкинул. А уж когда разобрался в дедовом почерке, то обрадовался ещё сильнее. Теперь в его руках сила. Только как оказалось одной тетради мало, нужно остальные найти, и вот теперь он их все держит в своих руках.

— Ну, Леший, погоди, — зловеще проговорил Лещ, и сам же рассмеялся над комичностью своей фразы. — Я тебе покажу, как исключать таких, как я. Сам пожалеешь.

Алёшка методично изучал, полученные записи. С красной ручкой в руках он выделял то, что может ему пригодиться в ближайшее время. Особенно его заинтересовало заклинание на вызов демона прислужника. У Филиппа было написано, что эта сущность за каплю крови готова делать всё, что ей приказывают. Заманчиво. Мальчишка посмотрел на часы, почти полночь, самое время. Что нужно? Огонь и кровь, всё есть. Что ему приказать? Пусть заставит Лешего поменять решение, пусть всё будет как прежде.

Лещ решил разводить огонь в ванной. Чёрные свечи у него уже были, нож с кухни он принёс, теперь нужно написать договор и скрепить его кровью. На листок бумаги он переписал текст из тетради и уже собирался начать проговаривать слова для вызова демона, как вдруг резко погасли свечи.

— Что за хрень, — возмутился Алёшка, заново чиркая спичкой о коробок. — Кто мне мешает?

— Верни, что украл! — раздался глухой скрипучий голос из комнаты.

Лещ удивлённо обернулся. Дверь в ванную была открыта, и в кухне горел свет, поэтому очертания комнаты хорошо проглядывались. Со стороны балкона к нему медленно приближался силуэт старухи с всклокоченными волосами.

— Верни, что украл! — перешла старуха незваная гостья на визг.

У Алёшки уши заложило от её крика. Он закрылся в ванной и судорожно пытался зажечь фитиль свечи. Как назло спички ломались, и пламя гасло, не успев коснуться фитиля. Лещ запаниковал. Он ещё не сталкивался с нежитью, только читал про это. Тем временем в дверь начали стучать, сначала просто кулаком, а потом всё дверное полотно затряслось с такой силой, будто с той стороны был не призрак старухи, а куча здоровых мужиков.

Трясущимися от страха руками, Алёшка наконец зажег свечу, поднёс её к тетради и начал быстро читать заговор вызова демона. Пламя от слов заклинания вытянулось в тонкую струну и будто замерло. Закончив с заговором, Лещ резанул себя ножом по пальцу, припечатал кровью договор, написанный на листке ранее, и поджёг его от свечи. Лист бумаги ярко вспыхнул и практически мгновенно превратился в пепел.

Что делать дальше, в тетради написано не было. Лёшка замер в ожидании. Но ничего не происходило. Старуха за дверью всё так же бесновалась, прислужник не проявлялся.

— Чёрт, — выругался он в отчаянии. — Ну и где этот демон? Я ему крови не пожалел, а он не явился?

— Явился, — раздался спокойный голос из тёмного угла. — Для чего вызывал?

— Успокой эту сумасшедшую за дверью, — приказал Лёшка, пытаясь разглядеть того, кого он вызвал.

В темноте были видны лишь очертания тела, похожего на человеческое, и ожидаемые рожки на бугристой голове. Жёлтые круглые глаза поблёскивали, отражая в себе пламя свечи.

— Как прикажешь, — промолвил чёрт, и за дверью тут же стало тихо. — Что-то ещё?

— Да, сделай так, чтобы меня не исключали из банды, пусть всё будет как прежде, — быстро выпалил Лещ заранее подготовленную просьбу.

— Мелко мыслишь, — демон сделал многозначительную паузу. — Зачем как прежде? Может сразу главарём? Или не потянешь? — в голосе вызванного прислужника сквозила откровенная издёвка.

— А ты голова, — похвалил демона Алёшка, пропустив мимо ушей его смеющийся тон. — Точно, давай главарём, потяну.

— Как прикажешь, — в ванной раздался громкий хлопок, и свеча снова погасла.

Лещ ещё пару минут стоял в темноте и прислушивался. В квартире тишина, завывания старухи прекратились, в дверь никто не ломится. Алёшка набрался смелости и, отперев щеколду, приоткрыл дверь. В комнате никого не было. Включив везде свет, новоявленный колдун успокоился только тогда, когда проверил каждый угол. Старуха исчезла. Демона тоже нигде не было видно.

— Ты здесь? — на всякий случай спросил Лещ в пустоту. Никто не отозвался.

«Ну и хорошо, спокойнее будет без этой нечисти. Когда понадобится — позову», — подумал про себя Алёшка и вернулся к изучению тетрадей. Незаметно глаза его самопроизвольно закрылись от усталости, и он заснул.

***

Днем Лещу позвонил Слон и сразу огорошил предложением:

— Слушай, нам тут Леший про тебя пурги наплёл, но мы все его послали подальше. У него с этой беременной бабой совсем крыша поехала. Короче, Лещ, мы все проголосовали за тебя. Теперь ты всем рулишь, а Лешего мы исключили.

Алёшка на секунду растерялся, но вспомнив события ночи, довольно улыбнулся:

— Без базара, решили, значит так и будет. У тебя ещё нет намёток, куда следующий рейд делать будем? — внутри у новоявленного вожака всё ликовало, раз — и он уже главарь банды. — Я недавно инфу нашёл про заброшенный посёлок в Брянской области. Скину тебе на проверку, посмотри по своим каналам. Как узнаешь что-нибудь, звони. Соберёмся новым составом и обсудим.

— Да, конечно, пока, — согласился Слон и повесил трубку.

Лещ с довольной улыбой на лице потирал ладони. Он теперь с этим демоном столько дел наворочает, его не только ценить, его боготворить начнут. Беглым взглядом он осмотрел комнату в поисках верного друга.

— Рык, ну чего ты в клетку забился? Давай, вылезай, поговори со мной, я сегодня добрый, — Алёшка принудительно вытащил упирающегося крыса из клетки и посадил себе на колени. — Чего ты такой невесёлый? Всё же хорошо, ты мне записи дедовы помог найти, я себе прислужника организовал. Ну, куда ты убегаешь?

Крыс явно поменял своё отношение к хозяину. Если раньше он был готов сидеть на коленях и наслаждаться поглаживаниями вечно, то сейчас спрятался в спальник в своей клетке и не высовывался оттуда.

— Ну и ладно, сиди там, если так хочется. А я пойду к матушке, она меня горяченьким накормит.

Алёшка подсыпал питомцу свежего корма, сменил воду и ушел к матери. На душе у него было легко, планы в голове строились крепко и устойчиво, ничего не предвещало беды, всё замечательно.

* * *

Лёха совсем не ожидал такой подлости. Его бросили, с ним не согласились, да ещё и выставили полным идиотом. Утренняя сходка по поводу исключения из компании Леща закончилась исключением его самого. Все пацаны единогласно поддержали деньги, а не долгую дружбу их банды.

— Продажные сволочи, — выругался он вслух, сидя в кресле напротив телевизора. — Ещё и Сашку мою приписали, а меня съехавшим подкаблучником назвали… Ладно-ладно, вот как одно место загорится, так вспомните меня. И слова мои сразу нормальными покажутся. Сами идиоты.

По телеку показывали футбольный матч. Обычно рьяный болельщик красных, сегодня Лёха вообще не мог сосредоточиться на игре. То, что произошло, кардинально меняло направление жизни. Теперь вопрос: либо он собирает новую команду, либо идёт работать в найм, чего ему очень не хотелось. Где искать новых пацанов вопрос не стоял, загвоздка была в доверии, ведь то, чем они последние годы занимались было опасным и рискованным делом. Да и шансы на обнаружение хорошего схрона никогда нельзя было спрогнозировать. Хотя Лещ это мог. Но теперь-то Лёха знал, как он это делал. И это ему совсем не нравилось.

Парню дико хотелось выговориться, просто слить то, что у него сейчас в душе, чтобы его послушали и пожалели. Сашка ещё в больнице, друзья бросили, кому бы позвонить. В списке последних звонков числился номер Милки.

— Привет, — просто поздоровался он, ожидая реакции на той стороне линии.

— Привет, — Меланья поздоровалась холодно и отстранённо, как будто их ничего не связывало.

— Как дела, как добралась, отдохнула уже? — это были вопросы не с целью получить на них ответы, а с целью понять, хочет ли она с ним разговаривать.

— Лёш, говори прямо, зачем ты звонишь? — Мила быстро расставила всё по местам, стало понятно, что поплакаться в жилетку не удастся.

— Просто хотел спросить, не хочешь, можешь не отвечать. Извини, что потревожил, — в голосе прозвучала обида.

— Как Сашка? — ради приличия задала вопрос Мелана.

— Врачи оставили понаблюдать ещё на пару дней, если всё будет хорошо, то выпишут.

— Старуха больше не приходила?

— Больше нет, Сашка сегодня утром хвалилась, что всю ночь как убитая проспала. Тебя хвалила. Спасибо передавала.

— Хорошо, приняла, не беспокой меня, пожалуйста, по пустякам. Всё, пока.

Звонок прервался, а Лёха ещё долго смотрел на тёмный экран смартфона. Щемящее чувство тоски сжало в груди. Захотелось тупо выпить стакан водки и завалиться на диван, но нельзя. Завтра обещал к тёще заехать, вещи Сашкины забрать и извиниться. А перегар Тамара Петровна за версту чувствует, выгонит с порога. Лёха решил пойти в качалку, сейчас потягает железо, а там мозг разгрузится, может и мысли дельные на ум придут.

До железа он в этот вечер так и не добрался. По пути к спортзалу встретил Светку, с которой мутил два года назад, зацепились языками, и парень получил прекрасную «жилетку» для сброса накопленного негатива. Девчонка тоже осталась довольной, уж что-что, а ублажать женщин Лёха умел. Утром, с чувством лёгкой вины, он поехал к Тамаре Петровне.