Глава 1

Столица империи — благословенная Даэргия. Спустя 6 стандартных лет

Простой 21 день срединного летнего месяца на Терримуне всегда превращался в нечто особенное. В этот день на планету слетались корабли со всей огромной империи. Маленькие и большие, богатые и бедные, быстрые и тихоходные. И все они стремились в военный космопорт, располагавшийся в шестидесяти лье от столицы Терримуна — благословенной Даэргии. Для гражданских он открывал свои платформы только раз в году, чтобы принять новую партию сумасшедших деток разных рас, грезивших космосом: ведь 21-го начиналась подача документов в элитную, лучшую звёздную академию империи под ёмким названием, сохранившимся с первых побед империи над пиратами Рейнской гряды, — «Бастион».

В Бастионе было всё, о чём только можно мечтать! Лучший преподавательский состав, лучшие программы и практики, лучшие условия для проживания и обучения. И ошеломляющая карьера после.

Там, на огромной территории, совсем недалеко от космопорта, который также был собственностью академии, располагался целый комплекс жилых зданий, учебных кабинетов, научных лабораторий, испытательных полигонов, спортивных площадок и прочее, и прочее. А какие здесь были травяные взварни. МММ!!!

И что самое главное, для всех поступивших это было БЕСПЛАТНО! Мечта! Чудесная, неповторимая мечта!

Но ключевыми, естественно, были два слова: «для поступивших». Именно здесь и крылась главная загвоздка и многоходовая интрига. «Для поступивших»!!! На одно место — тысячи желающих со всей империи! И среди них — цвет имперской элиты, за спинами которых деньги, связи, блестящее домашнее образование…

***

С самого рассветного дня к высоченным воротам, впускающим будущих кадетов, стояла невероятная по длине живая очередь. Это условие — живая очередь из претендентов — было первым и неизменным испытанием, включенным в отбор самим основателем академии — первым императором, родоначальником династии АркДеТирро. Будущие кадеты с первых шагов должны были подтвердить свою решимость. И сообразительность. И терпение.

21-й день срединного месяца всегда был самым жарким в году. Вход в академию начинался с полудня. А занимать очередь можно было только с рассветного часа. Те, кто не желал жариться под Даэргскими тремя светилами, в первые годы приходили только к открытию. И, по слухам, оставленным в истории Бастиона, не всегда попадали внутрь, проигрывая счастливым выскочкам, с напором, изворотливостью и задором, всеми правдами и неправдами пробиравшимся в Бастион до конца приемного дня.

Сейчас же два огромных планша на воротах академии чётко отслеживали порядок очереди. И если появлялись нарушители, то системе хватало всего 4 стандартных секунд, чтобы среагировать и вернуть всё на свои места. Конечно, раньше бывало по-другому. Но сейчас — так. Честно и предсказуемо: стой, терпи, жарься.

Рядом с очередью, на расстоянии двух корпусов, не более, в технические помещения текла спешно лента, на которую складывался багаж. Она подтекала к воротам и там проваливалась в люк, мгновенно сортируя чемоданы и сумки по прилетным кодам и перенаправляя их до востребования в комнаты хранения.

У самых ворот, прямо перед началом пропуска соискателей на территорию Бастиона, свое место по периметру заняли кадеты 3 курса всех командных факультетов. «Единоличников» с аналитического, например, в этот день предпочитали не беспокоить.

Кадеты, в своей невероятно красивой, белой праздничной форме, стояли на небольшом возвышении. Им хорошо было видно всех, кто сегодня пришел попытать удачи. И хмурые лица соискателей, вызванные долгим стоянием под палящими светилами, вызывали у юношей и девушек лишь короткие, саркастичные смешки. Сами были такими когда-то!

— Эй, гарх, — из одного угла в другой полетел сдавленный смешок, — чего-то сегодня твоей безумной фанатки не видно! Сдалась и полетела к мамочке в Найрон?

Красивый, плечистый блондин (хотя они все там были плечистыми), нервно потянул шею:

— Сам на это надеюсь!

— Да нет её в очереди! Не — эт! Эту бешеную мелкоту со стикским мотором в заднице мы бы уже заметили! Не такой у нее характер, чтобы спокойно стоять на одном месте. Точно улетела!

— Жаль, если так, — вклинился ещё один сочный мужской голос, — я уже привык засыпать под её серенады. Неплохо она так поёт. А главное — громко! От самых ворот до нашего корпуса слышно! Это ж, какую лужёную глотку нужно иметь! И какую страсть!

Кадеты негромко рассмеялись. Но время между тем подходило к открытию, и крупные цифры на входных планшах отсчитывали громко и звучно последние минуты. Очередь перед воротами пришла в движение. Люди вставали на ноги, отряхивались, пили воду, умывались — в общем, приводили себя в достойный вид. И именно поэтому, наверное, никто так и не заметил (а если и заметил, то не успел отреагировать), как по транспортной ленте, подложив под пятую точку небольшой плотный чемодан и уместившись на нём полностью в позе скрученного лотоса, к воротам, застыв каменным изваянием, со всем возможным комфортом подъехала золотоголовая хрупкая фигурка в неприметном, сером комбинезоне техника с космодрома.

В тот момент, когда лента должна была «упасть» в открытый люк, золотоголовая словно проснулась, качнулась неосторожно и, слетев очень неаккуратно, оступилась, упала, но не остановилась, а прочертив по странной траектории на спине двойной кувырок, попала прямо под ноги первому счастливчику, стоявшему у ворот. Тот дёрнулся, на рефлексах желая помочь, но девушка уже вскочила, отряхиваясь и неловко опираясь на кнопку входного планша, на которой последней секундой застыл отсчёт.

Ворота пилимкнули гордой музыкой и на планше, считывая «первую руку», появилась надпись, озвученная ИИ:

— Люосория Диннара, планета Найрон, 16 лет. Признанная совершеннолетняя по закону империи 32 РВ — 98 97 4412 СК. Зачислена в соискатели с бонусным баллом — 10 баст.

И пока до первого стоящего доходило, что его наглым образом обошли, Люосория, подхватив небольшой сверток с земли, прошествовала первой в открывшиеся ворота Бастиона.

***

— Это ж надо, как повезло! Раз — и в дамки! — протянула штурмовичка со второго курса, неизвестно как затесавшаяся среди встречавших толпу третьекурсников, что оторопело наблюдали за только что случившимся.

Возмущенные головы курсантов, как единый организм, в мгновение повернулись в её сторону. Но не успели ничего сказать, потому что низким, бархатным голосом куратора группы, лейтенанта космических войск, торенца, прозвучало веское:

— Если вы, кадет Теглен, считаете, что сиаминский двойной спинной переворот, совершённый за неполных 4 секунды, — это чистое везение, то вам нечего делать в академии.

***

А Люосория Диннара, не скрывавшая торжествующей улыбки, шла навстречу своей блондинистой мечте, повторяя:

— Мелка река, да круты берега!