Глава 22
Адлер 20 лет.
Верный помощник и правая рука Адлера, Карл Хартманн, мужчина двадцати восьми лет, сразу сдружился с молодым начальником. Они были во многом похожи. Пытливый ум, спокойная аристократическая манера держаться на людях. Даже внешне Карл не сильно отличался по росту и широте раскаченных плеч. Единственно что, его карие глаза были слишком жестоки.
И не зря.
Карл Хартманн отличался определенными пристрастиями в сексе.
Мужчине доставляло удовольствие подавлять своей волей и неуемной жаждой доминировать своих многочисленных любовниц. О его садистских наклонностях в постели знали многие, и Адлер в том числе.
Возможно, в этом их вкусы тоже сошлись бы. Вот только молодого начальника из-за загруженности на работе не тянуло на слишком экстримальные эксперименты.
Все изменилось под Новый Год.
Карл предложил Адлеру сходить в необычный клуб по интересам.
Само название "Инкогнито" уже говорило о многом, если не о всем. Чувствуя друг в друге тягу к жестокости и садизму, мужчины сговорились посетить таинственное заведение сразу после праздников.
Карл быстро вошел в заброшенное с виду здание на одной из второстепенных улиц Берлина.
Чувствовалось в его немой уверенности, что он частый гость подобных заведений и прекрасно знает дорогу.
Стоило Адлеру пройти темный безлюдный коридор, как он оказался перед массивной дверью с огромным охранником на входе. Карл протянул верзиле две черные пластиковые карты и перед мужчинами распахнулись врата в другой мир…
Мир откровенного разврата и похоти.
Мир, посетив который единожды, люди возвращались другими. Развращенными и циничными.
Потому, как публичный дом "Инкогнито" предлагал своим гостям изысканные наслаждения. Реализацию самых темных и беспощадных желаний.
Интерьер помещения был пропитан роскошью. Бархатные бордовые диваны вдоль сцен, на которых истязали голых девушек в ошейниках и масках, были заполненны посетителями. При желании можно было тоже надеть маску, скрывающую лицо от других. Те, кто хотел остаться неопознанным, пользовался этим преимуществом. Многие приходили сразу в своих аксессуарах.
Голая официантка в одной портупее и черной повязке на глазах, встретила мужчин с серебряным подносом. Адлер выбрал мужскую маску и надел на лицо. Карл же предпочитал не скрываться за черной полоской кожи.
После нескольких коктейлей и разглядывания очень откровенных и жестоких шоу, Карл выбрал девушку из посетительниц и отправил ей с официанткой письмо. Она благосклонно приняла его предложение и, вскоре, они скрылись за одной из дверей. Частные закрытые комнаты были оснащены звукоизолирующими стенами.
Адлер сидел долго сам. Выпивал и курил кальян. Расслаблялся после очередного рабочего дня. Он еще до конца не понял, нужен ли ему сексуальный опыт такого рода. Одно дело относиться к любовнице холодно и равнодушно, бесцеремонно выпроваживать ее после секса. Но совсем другое избивать девушку и получать от этого кровавого действия изощренное удовольствие. Ощущение внутренней брезгливости подсказывало, что это не в его вкусе, несмотря на врожденную жестокость.
К нему подошла официантка и, улыбнувшись, красными губами, протянула надушенный конверт. Его выбрала девушка и предлагала себя сама.
Адлер проследил за столиком, на который указала официантка.
Красивая высокая блондинка с прямыми волосами, одетая в черный латексный лиф, короткие шорты и ошейник с шипами, зазывающе помахала ему рукой.
Мужчина прищурился, решаясь. Не зря же он проделал путь сюда. Тем более, что тратить время в пустую он не любил.
Адлер кивнул ей. Девушка, не ожидая ответного письма, встала и плавной эротичной походкой на высоких каблуках, последовала ему навстречу.
Блондинка подошла к Адлеру и подала ему руку с острыми красными коготками. Адлер принял ее предложение и встал перед ней. Сжал холодную тонкую кисть.
Девушка призывно улыбнулась, оголяя ряд ровных белых зубов. Развернулась к нему спиной и увлекла мужчину за собой.
Из записок в личной книге А. Л. 21год
После праздников Карл познакомил меня с одной из своих подруг из клуба "Инкогнито" — Фридой Вернер. Высокая блондинка с пышными формами была старше меня на восемь лет. Однако ни в жизни ни в постели разница в возрасте между нами не ощущалась. Опытная любовница с радостью принимала всю мою ярость и неуемную жажду.
Мои встречи с Фридой проходили с завидной регулярностью один-два раза в месяц.
Покорная девушка испытывала на своем теле всю мощь моей одержимости другой. Наивно воспринимала мою страсть на свой счет.
Мы были бы идеальной парой людей, если б не моя тяга к Евгении.
***
Из записок в личной книге. Адлер Леннон 21год.
Я все чаще ловил себя на мысли, что моя лесная фея взрослеет. Хотел увидеть ее во что бы то ни стало.
Только узнал, что она отправилась в летний лагерь, помчался к ней. Отец, довольный моей работой, безропотно отпустил меня на пару дней.
Когда я увидел маленькую хрупкую девочку в коротком топе на сформировавшейся груди и коротких джинсовых шортах, я осознал, что моя одержимость ей никуда не делась. С годами лишь окрепла.
Проблема состояла в том, что я нуждался в большем. Хотел ее всю и сразу. Еле сдерживался, чтоб не накинуться, не растерзать ее. А Евгения чистая и невинная девственница. Малышка.
Ее неукратимая энергия, девичий восторг от нашей встречи, убивали меня.
К сожалению, я понимал, что мое время еще не пришло. Впереди минимум несколько лет томительного ожидания и тоскливого одиночества, которое даже опытная Фрида не сможет развеять.
А вечером я увидел в соцсетях ее фотографию и охренел.
Моя девочка-космос обнималась с каким-то утырком. Зататуированным бугаем, который однозначно гораздо старше ее.
Первым порывом было поехать и убить его. За то что позволил себе коснуться моей красавицы. Евгения вызывала во мне бурю эмоций, на которые я был уверен раньше, что неспособен.
Жажда обладать и желание единолично владеть ей сводила с ума.
Евгения раздобыла мой телефон и звонила, оправдывалась. Можно с уверенностью сказать, что она подтвердила вынесенное мной наказание для того диджея. Я не мог смириться, что моя девочка была с кем то кроме меня.
Я позвонил своему агенту в Германию. Он связался с людьми в этой стране и раздобыл мне всю информацию на будущего смертника.
Константин Самметов, или диджей Саммет. Адрес, возраст двадцать три года.
Он был старше меня и соблазнял мою Евгению…
Он подписал себе смертный приговор!
Я отправился к его дому и поджидал в машине. Надел перчатки и костет. Не хотел испортить свои кулаки, чтоб не вызвать подозрения у Евгении.
Помню только, как выплеснул на него всю клокотавшую во мне ярость. Бил говнюка так сильно, что тот уже захлебывался пузырящейся кровью.
Если б не случайные прохожие, я бы добил его.
Ему несказанно повезло, и он остался жив.
На следующий день я должен был встретиться снова с моей крошкой. Потому что уже утром следующего дня улетал. Возвращался на работу в Берлин.
Евгения влюбилась в меня. Такая нежная и отзывчивая. Наивная. Моя.
Даже не представляла маленькая, какой озабоченный подонок перед ней. Тянулась ко мне своим телом и душой. А я жадно ловил моменты. Впитывал необходимые мне невинные ласки.
Тогда я понадеялся, что рядом с ней смогу стать другим. Лучше. Заткнуть своих демонов за пояс.
Уезжал с четким осознанием, что вернусь за Евгенией. Заберу себе навсегда…
Не сорвусь, выдержу и дождусь ее добровольного согласия на наши отношения.
В один из обычных безликих, однообразных дней, Евгения позвонила мне сама и отвлекла меня от серьезного совещания. Маленькая!
Моя девочка стремилась ко мне, как глупый мотылек на огонь.
Я тосковал без нее. И даже ее каждодневные звонки не могли заполнить мрачную пустую дыру в душе.
Спасала лишь монотонная рутина. Работа — бокс. С недавних пор я стал чаще посещать подпольный бойцовский клуб. Только там мог спустить ярость и злость от бессилия, что не могу прикоснуться к своей мечте.
Когда Евгения заговорила за Саммета, я напрягся.
Все таки, она поняла, что его реанимация моих рук дело.
Сначала я хотел успокоить ее, соврать, что не причастен к кровавой расправе. Но врать не было смысла. Прийдет время, и она осознает, что я не милый принц из ее ванильных фантазий. Признание своей вины — хороший повод дать ей возможность смириться с моей темной стороной души.
Я надеялся, что пройдет время, и ее чувства пересилят. Что моя девочка-космос сможет принять меня таким, какой я есть.
Не знаю, на что я рассчитывал…
Разочарование и боль в шоколадных глазах моей любимой малышки не доставили мне радости.
Она положила трубку, а я вдруг осознал, что Евгения единственная девушка, мнение которой для меня важно. Но вот только что теперь делать с этим осознанием? Я прикрыл глаза и откинулся на кресло. И снова в висках застучало наваждение и мысль, что прийдет время и я ее уже не отпущу от себя. Заберу к себе в Берлин и сделаю ее счастливой. Даже если она сама будет против…